21.09.2004 00:00
Общество

"Пять вечеров" ушли не далеко от "Большой стирки", а "Постскриптум" разнес Ельцина

Текст:  Юрий Богомолов (обозреватель)
Российская газета - Федеральный выпуск: №0 (3583)
Читать на сайте RG.RU

Разговоры о том, что прямое телевидение скончалось, не совсем основательны. Если приглядеться к экрану, то его довольно много. Во-первых, это футбольные репортажи. Во-вторых, программа "Золотой граммофон". В-третьих, пятничный "вечер" Андрея Малахова. А вскорости начнет новый сезон передача "Что, где, когда?". Думаю, что и она будет выходить в прямом эфире. Появится ли в нем программа, в рамках которой будут кипеть споры по части общественно-политических проблем - вопрос "на засыпку" руководителям федеральных каналов.

Альтернативная действительность

Поскольку "Времена" Владимира Познера до сих пор не заступили на свою эфирную вахту, а свято место программы, итожащей прожитое за неделю, не может быть пусто, то его и занял Андрей Малахов со своим проектом "Пять вечеров".

В пятницу он организовал в прямом эфире интерактивное голосование по степени важности событий, случившихся на неделе и взволновавших страну. Вот они: старт "Фабрики звезд-5" под художественным руководством Аллы Пугачевой - раз, установление памятника Брежневу в Новороссийске - два, победа теннисистки Елены Дементьевой на открытом чемпионате США - три.

Народ должен был ответить на ребром поставленный вопрос: событие, предлагаемое для обсуждения, - со знаком минус или со знаком плюс?

Самое смешное, что в этом опросе рейтинг позитивного восприятия Брежнева превзошел рейтинг хорошего отношения к "живой легенде" отечественного шоу-бизнеса Алле Борисовне. Так что старая шутка, будто о стремительно маразмировавшем генсеке Леониде Ильиче будут вспоминать как о политическом деятеле эпохи Пугачевой, оказалась не слишком пророческой. Мы, пожалуй, чересчур хорошо думали о себе и своем чувстве юмора в те незапамятные уже времена.

В зеркальном отражении

Другие федеральные каналы заметили, что на неделе произошло и нечто еще, помимо возвращения на пьедестал почета товарища Брежнева.

На НТВ в программе "К барьеру" живо поспорили о предложенной президентом политической реформе бывший губернатор Борис Немцов и настоящий губернатор Александр Ткачев.

Николай Сванидзе ("Зеркало") в полемике со своим зеркальным отражением о пользе реформы был убедительнее, нежели Алексей Пушков ("Постскриптум") в аналогичной дискуссии со своим крайне осторожным внутренним голосом.

Зато последний выглядел абсолютно правым в "споре" с самим собой о вредоносности Бориса Ельцина.

При всем том что политическое ток-шоу Владимира Соловьева часто превращается в конкурс популистских тезисов, здесь есть нерв и драйв. Не имея возможности вступить с участниками программы непосредственно в спор, по крайней мере раздражаешься, то есть возражаешь им мысленно и худо-бедно вырабатываешь собственную позицию.

Как телезритель, я к Николаю Карловичу Сванидзе со всем уважением и почтением, но отчего бы ему свою систему аргументации не проверить контрдоводами... В спорах истина, возможно, и не рождается, но она там мерцает, проблескивает, учащенно дышит, а в лекциях если и дышит, то, извините, на ладан.

А в прокурорских обвинениях без права на защиту ее и разглядеть невозможно, в чем можно было убедиться на "Постскриптуме" в сюжете о первом президенте РФ. Крепко ему досталось. Со времен "Итогов" Евгения Киселева на него так сильно не "наезжали". Много чего ему было на сей раз вменено и вчинено. Собственность разбазарил, олигархов породил, коррупцию распространил... Но, главное, чего нельзя простить Борису Николаевичу, так это то, что он развалил наши спецслужбы, нынешняя слабость которых предопределила сегодняшние беды и несчастия.

Я бы как зритель и согласился с Алексеем Пушковым, если бы до этого не посмотрел очень приличный по качеству сериал "Красная капелла".

Тень Штирлица его усыновила?

Сериал "Красная капелла" - художественный, но основан он на реальной истории, реальных судьбах, достоверных фактах. В отличие от "Семнадцати мгновений весны", явившихся в свое время плодом буйной фантазии беллетриста Юлиана Семенова.

При всем желании от сравнения этих созданий вряд ли удастся уйти. Оно невольно и естественно. Там и тут в героях - разведчик-интеллектуал. Там и тут ему противостоит гестаповец-интеллектуал. В обоих случаях речь идет о срыве сепаратных переговоров людей Гиммлера с союзниками. В обоих случаях наш человек берет верх над "ихним" в силу своих морально-волевых качеств и умственных способностей.

Различия не менее существенны, чем совпадения. Жан Жильбер (артист Андрей Ильин) не сделал карьеру в спецслужбах Третьего рейха, как это удалось Исаеву-Штирлицу. Он не имел чести быть знакомым с Борманом, Шелленбергом, Мюллером и прочими бонзами из нацистской верхушки. Он пошел по коммерческой части. Возглавил фирму по продаже чего-то, аккумулировал всю информацию и транслировал ее на Москву с помощью радистов-пианистов.

Тот, который ему непосредственно противостоял, тоже не был крупным гестаповским чином. Штурбанфюрер Гиринг считался большим профессионалом, мастером сыска. И в своем деле слыл художником.

Впрочем, это все мелочи. Главное в другом. "Семнадцать мгновений весны" - это всего лишь миф о КГБ с человеческим лицом. Авторы так расстарались, что их военно-патриотический сериал разошелся на очень смешные анекдоты.

Вот это как раз и не грозит "Красной капелле". В ней есть достоинство художественного вымысла и уважение к реальности, чего сильно не хватало "Мгновениям".

Реальностью, между тем, было то, что глава "Красной капеллы" знал цену не только Гитлеру, но и Сталину, не только гестапо, но и КГБ, которое его и всю сеть не однажды подставляло. Которое его, Жильбера, потом, по окончании войны, наградило десятью годами без права переписки.

* * *

Альтернативная действительность хороша в качестве забавы и развлечения. Но за ней нужен глаз да глаз. Она то и дело, подобно шварцевской тени, пытается заместить собой реальность.

Конечно, старания маэстро Малахова по этой части смешны. Хотя он теперь такой важный, глубокомысленный... Задумчиво прогуливается по дорожке меж диспутантами, рассевшимися на ядрено красных диванах. Точно товарищ Сталин во время заседания Политбюро.

Проблема в том, что тот, кто слишком долго перетряхивал грязное белье, за какой бы проект не взялся, непременно сделает еще одну "Большую стирку".

Так оно и вышло. В конце "пятого вечера" в студию внесли наполненный водой прозрачный чан, в котором девушка показала нам класс фигурного купания в прямом эфире.

СМИ и соцсети Кино и ТВ