17.11.2004 03:00
Происшествия

Восемь лет после Каспийска. Жизнь продолжается

Восемь лет Галина Корчебная помогает семьям погибших в Каспийске
Текст:  Виктор Чемодуров (Курская область)
Российская газета - Черноземье: №0 (3631)
Читать на сайте RG.RU

Погибла 28-летняя дочь Галины Терентьевны – сержант Алена Трусова, совершенно случайно оказавшаяся в ту ночь не на службе. Погибла внучка, семилетняя Наденька. Спала бабушка с внуком Антоном, их разбудил, сбросил с кровати грохот-толчок невероятной силы. Кинулись в соседнюю спальню к маме-Алене и Наденьке, а никакой спальни нет – квартиру просто разорвало на части…

С того дня Галине Терентьевне пришлось жить не только со своим лютым горем (годы, оказывается, совершенно не властны над ним!), но и со своей обязанностью воспитывать Антона, который осиротел в девять лет. Обязанность как раз и помогала ей жить-выживать самой, держала и держит на этом свете, но трудностей было, как говорится, выше крыши. Поднимать-то внука пришлось на гроши – свою маленькую пенсию (получала по тысяче, сейчас около двух), небольшие деньги от отца и государственные выплаты Антону «за погибшую маму», тоже унизительно мелкие, как подачка. Долгие годы официально считалось, что сержант Алена Трусова, будучи награжденной посмертно орденом Мужества, погибла не при исполнении служебных обязанностей, и только в январе 2003 года Корчебной (как и другим «каспийцам» – каждому в отдельности) удалось получить на руки сначала восстановившее справедливость решение Курского районного суда, а потом и деньги, которые ей государство задолжало за все эти годы. В Тамбове, кстати говоря, родители погибшего в том же доме старшего лейтенанта Сергея Помазанова до сих пор не могут доказать даже и в суде очевидное, но это история, заслуживающая специального разговора…

Надо сказать, редакция «Российской газеты» тоже многие годы была чем-то вроде опекуна для подраставшего сына пограничников Антона Трусова. Так вышло, что собкор «РГ» по северо-кавказскому региону Людмила Бельдюгина в самые мрачные дни оказалась рядом с Антоном, с Галиной Терентьевной, поведала о них в своих первых репортажах с места трагедии. С тех пор и вплоть до совершеннолетия Антона бабушка ежемесячно получала из нашей редакции небольшие деньги на воспитание внука. Ну, большие или небольшие, а Галина Терентьевна при каждой встрече и при каждой созвонке сегодня считает нужным сказать мне, что редакционное «пособие» их с Антоном здорово выручало.

Вскоре после взрыва они переехали под Курск, в поселок Косиново, и «эстафета» дружбы с Галиной Терентьевной и Антоном перешла от ставропольского к курскому собкору «РГ», то бишь ко мне. Не могу похвалиться, что помогал преодолевать житейские невзгоды (хотя публикация в нашей газете сдвинула-таки с мертвой точки больной для этой семьи вопрос об установке телефонного номера в их курской квартире), но контакты есть, контакты поддерживаются. Причем инициатором, как правило, выступает энергичная, деятельная Галина Терентьевна. Не было, наверное, ни одного праздника, с которым бы она не поздравила меня открыткой. А то просто звонит, сообщает о новостях своей и Антоновой жизни.

В сентябре пригласила, чтобы подъехал в Курске на железнодорожный вокзал - повидаться перед поездом, которым она ехала к Антону в Подмосковье на День присяги. Сын пограничников с прекрасными результатами окончил Косиновскую среднюю школу и, к удовольствию отца-офицера, поступил в Голицынский погранинститут. После присяги, само собой, позвонила и рассказала, как хорошо и торжественно все прошло. Заодно я узнал, что бабушка и в войсках «наводит порядок» – решительно «разрулила» какую-то конфликтную ситуацию, возникшую у Антона. Тому, конечно, пришлось потом доказывать сослуживцам, что это не он «сявит», а просто бабушка внимательно наблюдает за ним, где бы он ни был. Курсанты-однокурсники в конце концов все правильно поняли и теперь, чуть что, в шутку предлагают Антону: «Давай твоей бабушке рапорт напишем – пожалуемся на командиров…»
В конце октября мы с Галиной Терентьевной встретились у нее дома, в Косинове. Пригласила она меня как раз в связи с тем, что помощь газеты потребовалась уже не ей, а проживающим в Тамбове родителям погибшего офицера-пограничника. К Корчебной, я понял, стекается вся информация о нынешнем житье-бытье людей, переживших трагедию в Каспийске восемь лет назад. Ей звонят из других российских городов, ей пишут письма, в которых сообщают и о том, как складывается жизнь, и о возникающих проблемах.

Помимо квартирного, бабушка обзавелась мобильным телефоном – на него она едва ли не ежедневно получает записки от Антона. Когда пишу эти строки, она, оказывается, ждет совершенно конкретное сообщение – о том, благополучно ли Антон вернулся со встречи с отцом, оказавшимся в Москве в командировке. И, конечно же, они перезвонились 16 ноября – вместе помянули маму и сестренку Антона, а с ними и всех погибших друзей, знакомых по взорванному дому…

«РГ» с вами, Галина Терентьевна! И с тобою, Антон…

Теракты Курская область Центральная Россия