02.06.2005 02:00
Власть

Что означает для Союзного государства французское "нет" Евроконституции

Что означает для нашего Союзного государства французское "нет" Евроконституции
Текст:  Анатолий Шаповалов (Москва - Минск - Варшава)
Союз. Беларусь-Россия - Федеральный выпуск: №0 (217)
Читать на сайте RG.RU

Сегодня российские и белорусские юристы, эксперты, аналитики, входящие в рабочую группу (ее состав утвердил в апреле Высший Госсовет), работают над проектом Конституционного акта Союзного государства. В ноябре на очередном заседании ВГС будет заслушана информация по подготовке этого документа. Поэтому всем нам интересен и полезен опыт объединенной Европы, работа над евроинтеграцией и, в частности, над единой конституцией. И России, и Беларуси выгоднее иметь дело с объединенной Европой, обладающей общим Основным законом.

Поэтому важно понять, что такое евроконституция, какие ключевые моменты в ней заключены, кто из западных политиков наиболее активно "двигал" ее? И еще немаловажно прояснить: почему столь важно сегодняшнее "нет" Франции и какие последствия оно будет иметь для стран Восточной Европы?

А ведь именно Франция и Голландия были 55 лет назад застрельщиками объединения континента. И вдруг - злополучное "нет". Его сказали чохом: и социалисты, и правые, и "зеленые", и антиглобалисты, и крестьяне, и учителя, и чиновники. Как тут не удивиться: почему, в чем дело?

На наш взгляд, поражение потерпела не идея объединения как таковая, а ее версия и действия администрации Евросоюза в последние годы. В отличие от прошлых лет, когда еврочиновники тщательно готовили каждый шаг, разъясняя населению все его выгоды, с расширением ЕС методы и механизмы принятия решений отдалялись от граждан, а логика власти становилась все менее ясной. Например, западноевропейскому обществу не совсем понятно, зачем было приглашать к общему столу сразу десять новых государств, не приспособленных к современной европейской политике и правилам поведения за этим столом?

По мнению директора департамента Евросоюза министерства иностранных дел Польши Павела ШВЕБОДЫ, французское "нет" означало "да" для нереалистических экспериментов с Европой - более социальной, менее солидарной и закрытой для новых членов ЕС. Речь идет не столько об опасениях классически понимаемой суверенности, сколько об утрате социальной суверенности. Именно поэтому Франция решительно высказалась против расширения Евросоюза, в том числе против включения в него Польши и запланированного принятия Турции. Французы, не секрет, боятся конкуренции со стороны новых членов ЕС. В канун референдума каждому французу вручили по экземпляру евроконституции. Более 400 статей, содержащихся в нем, оказались для простого человека малопонятными. Не случайно на людей нагоняли страх: польский сантехник наводит в квартирах парижан порядок, отбирая хлеб, работу у своего французского коллеги. На берегах Сены опасаются и того, что французские предприятия будут перенесены в Польшу или Словакию, где, как известно, рабочая сила более дешевая. Отвергая евроконституцию, французы выражали недоверие политике своего правительства, при котором условия жизни и без того ухудшились: безработица достигла 10 процентов, зарплаты снизились... А что же будет, если в ЕС примут мусульманскую Турцию, а потом - революционную Украину...

Немало проблем и у новых членов ЕС. К примеру, у той же Польши. В Варшаве не скрывают того, что ощущать себя на новой границе Европы - некомфортно. Это показали более десяти истекших лет. Они прошли не за железным, а золотым занавесом тех, кто состоит в процветающем европейском клубе. Положение усугубилось после того, как Польша вошла в ЕС и НАТО, став границей, которая охраняет вход в позолоченную зону безопасности. Варшаве не нравится, что она является западным бастионом против Беларуси, Украины и России. Польша хотела бы, чтобы буферной зоной был кто-то другой - например, та же Украина. Правда, польские мидовцы уверяют: стратегия их страны не носит антироссийского характера. Но ведь очевидно и то: таким может быть конечный эффект, несмотря на первоначальный замысел.

Переполох в европейском доме уляжется, пожалуй, не скоро. Все ждут, как отреагирует Великобритания. Комментируя итоги референдума во Франции, Тони БЛЭР заявил, что проблема евроконституции требует времени на размышление. Брюссель напомнил премьеру, что он уже подписал этот документ, теперь дело за его ратификацией. Блэр парировал: похоже, не обойтись без референдума, предположительно весной 2006 года.

При этом дав понять, что британцы, согласно социологическим опросам, отвергнут евроконституцию, так как они не хотят глубокой интеграции с Евросоюзом (именно конституция, напомним, является ее символом), а также считают этот документ не либеральным, как французы, а слишком социальным.

Сроки между тем поджимают. По расчетам Брюсселя, евроконституция должна быть ратифицирована 25 странами ЕС к 1 ноября 2006 года. Уже ясно, что сделают это 19-20 государств. Как быть с остальными? Сторонники конституции считают, что несоглашающихся надо принудить к повторному голосованию. Париж встает однако на дыбы: такой вариант не приемлем, поскольку на весну 2007 года запланированы президентские и парламентские выборы. Пусть, дескать, победившие на них и примут решение о повтором референдуме.

Брюссельские эксперты в этой связи считают: да, евроконституция еще не умерла, но вместе с тем ясно и то, что она не войдет в жизнь осенью будущего года. Это случится лишь через год, а может, и два. Но теряться в этой ситуации, по их мнению, не стоит. Нужно руководствоваться принятым в Ницце в 2000 году договором, а также действующим законодательством, которое насчитывает тысячи страниц и является в сущности основой европейской интеграции. Иными словами - претворять в жизнь положения евроконституции, то есть назначать министра иностранных дел ЕС, формировать дипломатический корпус, избирать президента Совета Евросоюза...

Вот такая непростая ситуация возникла в Европе, за которой внимательно следят в Москве, Минске, Киеве и Варшаве.

Внешняя политика Европейский союз Союзное государство России и Беларуси