12.01.2006 04:00
В мире

Эксклюзивное интервью пресс-секретаря президента США

Российская газета - Федеральный выпуск: №0 (3968)
Читать на сайте RG.RU

 Этот человек появляется на телевизионных экранах чаще, чем президент США. И именно ему приходится объяснять всему миру позицию Белого дома.

О себе и о своей работе пресс-секретарь президента США Скотт Макклелан рассказал в эксклюзивном интервью "Российской газете".

Российская газета | Что вам больше всего нравится в вашей работе?

Скотт Макклелан | Мне кажется, самое интересное - это находиться в гуще событий и помогать президенту. Когда-то мне бы и в голову не пришло, что я окажусь на этом месте.

РГ | А что самое трудное в работе официального представителя Белого дома?

Макклелан | Приходится многим жертвовать. Например, общением с родными и близкими - из-за многочасового рабочего дня и частых разъездов. К тому же постоянно находишься в напряжении. Представитель Белого дома обязан ответственно относиться к своим словам, поскольку они разносятся по миру.

РГ | Сколько обычно продолжается ваш рабочий день?

Макклелан | Встаю в пять утра, просматриваю газеты. На работу приезжаю в 6.30-7 часов утра. Уезжать стараюсь не позже восьми вечера. Правда, все это - если мы находимся в Вашингтоне. Во время же поездок с президентом график может сдвигаться в любую сторону.

РГ | Какие из ваших выступлений запомнились вам больше всего?

Макклелан | Тот эпизод, когда я еще в должности заместителя пресс-секретаря проводил первый брифинг, касавшийся инцидента с американским самолетом-разведчиком. В апреле 2001 года наш самолет протаранил китайский истребитель и был вынужден совершить посадку на китайском острове Хайнань.

Остался в памяти также момент трагической гибели космического корабля "Колумбия" в феврале 2003 года, которую мне пришлось комментировать.

РГ | Доводилось ли вам говорить такое, о чем вам позже пришлось пожалеть?

Макклелан | Наверняка такое случалось, хотя конкретных примеров сейчас не припомню. Но я полагаюсь на нашу команду, на экспертов из Совета по национальной безопасности, которые заранее подсказывают мне правильные слова в том или ином случае. Ведь порой то, что мы говорим в Америке, совершенно иначе воспринимают за рубежом. И это приходится принимать во внимание.

РГ | Бывали случаи, когда вы отстаивали позицию главы государства, с которой лично вы были не согласны?

Макклелан | Не вдаваясь в подробности, скажу, что свои разногласия с президентом я обсуждаю в беседах лично с ним. Такое случалось, хотя не скажу, что часто. Но моя работа заключается именно в том, чтобы отстаивать взгляды главы государства. Он избран на свой пост американским народом, и принимать решения - его прерогатива.

РГ | Недавно газеты "Вашингтон пост" и "Нью-Йорк таймс" напечатали разоблачительные материалы о зарубежных тюрьмах ЦРУ и об электронном перехвате международных телефонных разговоров. Почему бы президенту не поговорить с издателями и не рекомендовать им по таким-то причинам воздержаться от публикации этих статей?

Макклелан | Когда публикация той или иной информации вызывает тревогу с точки зрения интересов национальной безопасности, мы можем выразить свою обеспокоенность этим. Но в конечном счете пресса сама решает, что ей делать.

РГ | Следовательно, опубликовав эти материалы, газеты поступили неправильно?

Макклелан | Я бы просто заметил, что в данных случаях речь идет об информации, которая, судя по всему, была раскрыта госслужащим. Наш президент уже говорил, что подобная утечка секретной информации позорна. Есть законы о доступе к секретной информации - не случайно же они принимались. Всякий раз, когда секретная разведывательная деятельность становится предметом открытого и публичного обсуждения, особенно в военное время, это вредит нашей национальной безопасности. Кстати, та же "Аль-Каида" не обсуждает публично свою тактику.

РГ | Один из моих коллег по пресс-пулу при Белом доме утверждал, что разница между республиканской администрацией президента Джорджа Буша и администрациями демократов состоит в том, что вы работаете "через голову" прессы, апеллируя непосредственно к народу. Это соответствует действительности?

Макклелан | У нас - общая ответственность. У меня и моих коллег в администрации и у тех же журналистов. Народ должен иметь верное представление о решениях, принимаемых в Вашингтоне. За прессой остается последнее слово. Поэтому при общении с представителями СМИ мы стараемся подчеркивать те аспекты своей позиции и повестки дня, которые хотели бы донести до американского народа.

РГ | Если у вас возникли возражения против какой-нибудь публикации, к кому вы обращаетесь?

Макклелан | К автору - журналисту или редактору. Наверное, в каких-то случаях можно выйти и на издателя, но мне лично этого делать не приходилось. Вообще-то дело репортеров - излагать факты, а для изложения редакционного мнения есть своя полоса в газете. И издатель, по идее, вмешиваться в этот процесс не должен.

РГ | Если происходит не совсем приятное, на ваш взгляд, для страны событие, как следует преподносить такую новость?

Макклелан | Лучше всего сразу дать как можно больше информации. Пусть станут известны все факты. Если доверяешь собственному народу, то он сам делает необходимые выводы.

РГ | В наше время образ Америки в глазах остального мира оставляет желать лучшего.

Макклелан | Считаю, что надо продолжать разъяснять, за что мы выступаем. Что мы делаем для защиты прав человека за рубежом, продвижения демократии и укрепления мира во всем мире. Мы, правда, сегодня ведем войну, войну против терроризма. А наши враги-террористы любят использовать пропаганду и дезинформацию, пытаясь "демонизировать" Америку. Конечно, ошибки были. Но пусть точку над "i" поставит история. Иногда трудно объективно оценить происходящее.

РГ | Такие ошибки, как размещение в иракских газетах проплаченных статей, написанных американскими военными.

Макклелан | Наш президент уже говорил о неудачах в Ираке, о допущенных недочетах. Войны без ошибок не бывает.

РГ | Кому предоставляется право задать вопрос на пресс-конференции президента?

Макклелан | У нас обычно пресс-конференции открыты для всех. Иногда президенту подсказываю что-нибудь я. Ну а потом он и сам решает, кому дать слово.

РГ | А согласование вопросов перед пресс-конференциями происходит?

Макклелан | Такого не бывает. Журналисты имеют право спрашивать, о чем захотят. Другое дело, что мы следим за новостями и, как правило, представляем себе, какой вопрос может прозвучать.

РГ | Ряд аналитиков и в России, и в США полагают, что пресса зачастую способствует созданию некоего негативного фона, который не способствует развитию двусторонних отношений между нашими странами. Вас вот, в частности, критикуют за политику "упора на личности".

Макклелан | Президент Буш действительно глубоко убежден, что личные взаимоотношения с мировыми лидерами позволяют налаживать прочные двусторонние связи. У него хорошие отношения с такими коллегами, как президент России Владимир Путин, и это помогает делу. Понятно, что в некоторых областях они придерживаются различных точек зрения. Но, благодаря личным отношениям лидеров, эти расхождения зачастую удается преодолеть. Поскольку обсуждение происходит открыто.

Подготовил Андрей Шитов, корреспондент ИТАР-ТАСС в Вашингтоне, специально для "Российской газеты"

США