03.02.2006 04:06
Власть

Писатель Алексей Слаповский: У нас нет системы воспитания в армии

Почему дедовщина в армии стала нормой?
Текст:  Татьяна Владыкина
Российская газета - Столичный выпуск: №0 (3988)
Читать на сайте RG.RU

В сегодняшней "экспертизе" мы попробуем найти причину появления дедовщины и ответить на вопрос - почему десятки лет ничего не меняется? В роли гражданского эксперта "РГ" сегодня писатель Алексей Слаповский.

Российская газета | Алексей Иванович, дедовщина - явление не сегодняшнего дня. "Ужас!" - восклицаем мы при очередном, случайно известном факте и забываемся до следующей выходки отморозков. Такое ощущение, что дедовщина стала нормальным явлением...

Алексей Слаповский | Да нет, конечно, нормальным это никогда не считалось. Проблема в том, что наше общественное внимание импульсивно, оно возникает время от времени.

РГ | А вы сами служили в армии?

Слаповский | Я после университета проходил сборы, но я ж не в безвоздушном пространстве живу. У меня старший брат был профессиональным военным, он уволился. Он просто не вытерпел тех порядков, а в одиночку бороться не мог.

РГ | Что именно его раздражало?

Слаповский | Воровство бескрайнее, разгильдяйство и повальное попустительство. В общем-то, все это было и раньше. Но вот отец мой рассказывал, что, когда служил он, на рубеже 50-х, дедовщины не было. Дедовщина в ее крайних проявлениях стала появляться где-то в 60-х.

РГ | А как вы думаете, с чем это связано?

Слаповский | Мне кажется, что отсутствие дедовщины было связано с общим настроем народа в ту пору на послушность. Дисциплина держалась на страхе. То есть отсутствие дедовщины в 50-е годы - это ведь плюс относительный. Одно дело - отсутствие оной в свободном обществе, там, где служат, допустим, по контракту, или там, где развиты демократические традиции. А в стране тоталитарного режима дедовщина была невозможна лишь потому, что было беспрекословное подчинение. Вот вам и парадокс: дедовщина, на мой взгляд, появилась с ослаблением тоталитарного режима. Потому что исчезла беспрекословность, а система воспитания была абсолютно не налажена. Это было по всей стране - тоталитарным государство оставалось идеологически, но рушилось по своим основам. Чуть ли не открыто посылали начальника куда подальше с криками "да за такую зарплату". В армии получилось отражение этого бардака, приказов никто не слушается - командир берет себе в союзники старослужащих, и получается система "разделяй и властвуй". Учитывая, что в современной армии, не обладающей оптимальной системой обучения солдат, иногда занять их нечем. У нас было три месяца сборов, и то возникало ощущение, что командиры уже не знают, что с нами делать. У нас не только нет нормальной системы воспитания в армии, но и оптимальной, жесткой, насыщенной программы обучения солдат. Поэтому известны анекдоты, что они красят бордюры, метут плац зубной щеткой и т.д. Еще Толстой писал, что армия есть миллионы людей, пребывающих в состоянии узаконенного безделья. Армейская работа нравственно тяжела, потому что молодые люди ничего не производят. А человек, не создающий материальных и духовных ценностей, - это человек, находящийся в состоянии стресса. Что он делает? Учится? Чему? И ему никто толком не может объяснить, почему это не впустую.

РГ | Наверное, решение проблемы - это контрактная армия. И все-таки, может быть, вопрос "бить или не бить?" зависит от внутренней культуры?

Слаповский | Бьют-то по морде не только в армии, неуставные отношения существуют и в других местах. Я понимаю, к чему вы клоните, - все зависит от человека. В каждом человеке, как мы знаем, есть плохое и хорошее. Вопрос в том, что оказывается востребованным в данной ситуации. Если общество поощряет плохое, последнее и процветает. Правы, конечно, сами военные, говоря, что армия есть отражение общества. Но все-таки это особая структура внутри общества. И если с чего-то нужно начинать, давайте начнем с армии. Давайте ее сделаем образцом для остальных. Конечно, многое зависит от человека, от его воспитания, и начинается это задолго до армии. И почему мы считаем, что офицеры идут в армию по призванию? Ведь иногда идут просто от безысходности, потому что некуда деться. Там казарма, обуют, оденут, накормят. И о какой интеллигентной офицерской прослойке, как бывало когда-то, можно говорить? Легко заметить по литературе, по кино: офицер - это чаще всего человек пьющий, грубый и т.д. Недаром, наверное, в "Особенностях национальной охоты" главный пьяница - генерал. То есть в народном представлении армия - это сборище людей, которые неизвестно чем занимаются, пьют и продают казенное имущество. При этом мы все время твердим, что нужно создавать имидж России.

РГ | Я поэтому опять хочу вернуться к первому вопросу. Ощущение, что дедовщина стала нормой. Проблема не решается.

Слаповский | Вроде бы сейчас какие-то меры начинают принимать. Но почему сейчас? Почему так поздно? Что же, пока не будет контрактной армии, все так и будет? Это полная ерунда, конечно. Вот придумали сейчас ввести военную полицию, я считаю, что это правильно. Понимаете, на самом деле все институты есть - есть суд чести, он должен работать, а он не работает. Потому что кроме суда чести есть корпоративная круговая порука.

РГ | Будь ваша воля, как бы вы наказали тех, кто изуродовал жизнь рядового Сычева?

Слаповский | Я противник насилия, но я осознаю необходимость наказания. Просто наказание должно быть соответственным и, главное, публичным. Мне жаль этих ребят. Жаль, что жизнь их изуродовала, а они изуродовали других. Они должны быть наказаны хотя бы потому, чтобы у другого "дедушки", прежде чем зачесался бы кулак, что-то зачесалось в голове. Я очень боюсь ощущения безнаказанности.

Армия