09.04.2008 03:10
Экономика

Евгений Гонтмахер: Каждый год в России становится на миилон инвалидов больше

В России более тринадцати миллионов людей с ограниченными возможностями
Текст:  Евгений Гонтмахер (руководитель центра социальной политики Института экономики РАН)
Российская газета - Федеральный выпуск: №0 (4633)
Читать на сайте RG.RU

Наше архаичное представление об инвалиде как о человеке, который лишь частично трудоспособен, требует радикальных перемен. Это повлечет за собой и дополнительные расходы, например, на создание той же безбарьерной среды, бесперебойного обеспечения средствами реабилитации, обучение и трудоустройство. Но, как показывает опыт развитых стран, на каждый затраченный с этой целью доллар получается 36 долларов прибавления общественного богатства.

Но дело далеко не только в деньгах. То, как общество относится к инвалидам, говорит о его собственной зрелости и человечности. А здесь еще многое предстоит пересмотреть.

В России более тринадцати миллионов инвалидов - людей с ограниченными возможностями. Причем в последнее время с каждым годом их становится чуть ли ни на миллион человек больше. Это говорит и о состоянии здоровья населения, и о том, что пока не удалось переломить эту ситуацию, а также о крайне высоком уровне травматизма на производстве и в быту. Мы, к сожалению, пока не научились ценить ни собственное, ни чужое здоровье.

Не секрет, что быстрый рост числа людей с ограниченными возможностями частично связан и с тем, что пожилые люди, у которых, как правило, уже есть то или иное хроническое заболевание, оформляют инвалидность из-за льгот и выплат. Они становятся серьезным подспорьем к небольшой трудовой пенсии. И не удивительно, что попасть на первичный прием в медико-социальную экспертную комиссию (МСЭК) в некоторых регионах можно только через несколько месяцев после обращения.

Но вернемся к тем, кто стал инвалидом либо с детства, либо в разгар трудовой деятельности. Это несколько миллионов человек, которые нуждаются в постоянной помощи со стороны государства, - и не только через выплаты и льготы. А здесь у нас масса нерешенных проблем.

В 1990-е годы в России был принят Федеральный закон "О социальной защите инвалидов в РФ", который рассматривал людей с точки зрения ограничения жизнедеятельности (передвигаться, общаться и т.п.). Именно с этой позиции и присваивали группы инвалидности (от I, самой тяжелой, до III), назначали соответствующие пенсии. Важно, что каждому человеку, у которого признано ограничение возможностей, должна быть разработана индивидуальная программа реабилитации (ИПР), то есть поправки здоровья, социализации, возвращения к труду.

Но при подготовке 122-го закона, в 2004 году, тогдашнее руководство минздравсоцразвития решило в корне изменить политику по отношению к инвалидам - и сделало это, усложнив жизнь и без того обездоленных судьбой людей.

Во-первых, инвалидность стали определять в зависимости от степени утраты трудоспособности. Тем самым мы вернулись на много лет назад, когда для государства ценность человека заключалась только в его способности быть "рабочей силой". На практике теперь вполне вероятна ситуация, когда, например, безногий профессор оказывается полностью трудоспособным (ведь с головой у него все в порядке!) и ему уже не положена пенсия по инвалидности. Вся забота государства сводится лишь к получению ежемесячной денежной выплаты (ЕДВ) и "социального пакета". Снижение уровня жизни налицо. И подобных случаев, как свидетельствуют материалы Всероссийского общества инвалидов, достаточно много. Доходит и до самоубийств.

Но есть и совсем парадоксальные ситуации. Третья, самая тяжелая степень утраты трудоспособности предполагает полный запрет на работу. И если до введения этой нормы некоторые инвалиды I группы (самой тяжелой, с точки зрения ограничений жизнедеятельности) все-таки работали на специально приспособленных местах, причем делали это добровольно, то теперь их просто вынуждены увольнять. В расчет не берется то обстоятельство, что для человека, попавшего в такие обстоятельства, труд - мощнейшее средство социализации, обретения своего достоинства как полноценного члена общества.

Во-вторых, резко усложнилась процедура бесплатного получения технических средств реабилитации (инвалидные коляски, протезы, ортопедическая обувь и т.п.). Если до 122-го закона инвалиду было достаточно получить в собесе направление и через короткое время он мог получить все необходимое, то теперь больному и немощному человеку надо пройти по нескольким инстанциям. Да еще вдобавок в Фонде социального страхования, на который, начиная с 2005 года, была возложена функция по финансированию этих расходов, регулярно возникает дефицит денег для закупки реабилитационных средств. Из-за этого инвалиды вовремя не получают многие необходимые для их повседневной жизни изделия.

Казалось бы, наведи порядок с финансами (благо, сейчас государство не испытывает в них недостатка) и реши раз и навсегда проблему. Так нет же: в мае прошлого года минздравсоцразвития издало приказ, согласно которому, в частности, норма выдачи памперсов уменьшилась. А сроки использования почти всех средств реабилитации фактически продлены: ранее было написано "1 год", теперь - "не менее 1 года". Как говорится, почувствуйте разницу.

В-третьих, общественные организации инвалидов лишили права участвовать в консультациях по поводу создания безбарьерной среды обитания. Поставьте себя на место человека, вынужденного передвигаться на инвалидной коляске, и попробуйте воспользоваться московским (и не только московским) общественным транспортом. А ведь при этом одновременно легковой автомобиль вывели из списка бесплатно предоставляемого средства реабилитации. В результате люди, желающие вести активный образ жизни, работать, и которые в состоянии это делать, ведут затворническое существование. Или, в лучшем случае, ждут, когда за ними изредка приедет так называемое социальное такси.

С момента введения в действие 122-го закона прошло более трех лет. Все перечисленные выше (и многие другие) негативные изменения в положении людей с ограниченными возможностями налицо и очевидны всем, в том числе высокопоставленным социальным чиновникам и депутатам. Однако только когда инвалид на "горячей линии" с Владимиром Путиным пожаловался на унизительный характер ежегодного переосвидетельствования, подвигнул власть имущих к тому, чтобы разобраться в этом конкретном эпизоде. А как же со всем остальным, что ежедневно отравляет жизнь наших сограждан-инвалидов и членов их семей? Будет ждать, когда на это безобразие обратит внимание новый президент?

В конце 2006 года Генеральная Ассамблея ООН приняла Конвенцию о правах инвалидов, которая в мае этого года вступает в силу. Россия пока не ратифицировала этот документ по вполне понятной причине: описанное выше правовое и социальное положение людей с ограниченными возможностями противоречит тому, что сказано в этом документе. Например, инвалидность понимается как результат "взаимодействия, которое происходит между имеющими нарушения здоровья людьми и отношенческими и средовыми барьерами и которое мешает их полному и эффективному участию в жизни общества наравне с другими". Отношение к инвалиду должно смениться с нынешнего собесовского на уважительное к его правам.

Охрана труда Соцзащита