В преддверии премьеры фильма "Рок-волна" режиссер Ричард Кертис рассказал "Российской газете" о том, как слушал рок-н-ролл под подушкой, почему правительство хотело потопить рок-пиратов и о своей первой любви к девочкам Джил и Трейси, которая легла в основу сюжета комедии "Реальная любовь".
Российская Газета: Господин Кертис, есть ли в сюжете "Рок-волны" автобиографические моменты?
Ричард Кертис: Частично есть, безусловно. Это и ваша биография, и моя.
В фильме две линии. Одна - о каждом из нас, о том возрасте, когда нам было между двадцатью и двадцатью пятью, о том, что мы тогда переживали, о наших чувствах, привязанностях и желаниях. Я, например, в этом возрасте уехал от родителей, жил в ужасной квартире, с гремящим по ночам холодильником, с шестью ужасными людьми, которых я то любил, то ненавидел.
Один из них занимался любовью при каждом удобном случае, другой не занимался сексом никогда, третий был умным, четвертый - дурак, и это была моя жизнь. Я жил в Камдене (район Лондона), и мы строили планы на будущее. И все они были безумны. И у каждого из нас был или еще будет подобный опыт, когда ты молод, обожаешь музыку, отрываешься на полную катушку и стремишься бежать как можно дальше от своей семьи. И это лучшие годы твоей жизни, потому что ты, наконец, закончил школу, но еще не женился и не завел детей, и совершенно свободен. И в этом смысле фильм конечно, автобиографичен.
Вторая линия - это уже мои личные воспоминания. В 60-х я был мальчишкой, знал практически все о музыке, и каждый вечер, когда все ложились спать, я тихо-тихо, опасаясь наказания, включал радиоприемник, эту совершенно волшебную вещь, и слушал музыку под подушкой. И думал о тех людях, которые где-то там, далеко, ставят песню за песней. Все это было невероятно соблазнительно, я был окончательно покорен той музыкой, голосами диджеев. А чарты? Это же невообразимо, каждое воскресенье я следил за победителем, я наслаждался музыкой, а на следующую неделю вперед выходила уже другая песня. И история чартов меня до сих пор интересуют. Я и сейчас могу вам сказать, кто победил на этой неделе.
РГ: В саундтрек фильма удалось включить все песни, которые вы хотели?
Кертис: Нет, пару песен мы просто не потянули, они были слишком дороги. А у пары песен не нашли хозяев, есть только их перезаписи, но их использовать незаконно, так что нам пришлось отказаться.
РГ: А почему нет песен Битлз, ведь они звучали тогда повсюду? Финансовый вопрос?
Кертис: Ну, в общем, да, только… все немного сложнее. Мы начали переговоры, съемки уже шли, переговоры затягивались, суммы уже были довольно внушительными, и мы решили обойтись без "Битлз". И из-за цены, и из-за затянувшихся переговоров.
РГ: А почему правительство хотело закрыть радио? Неужели их действительно так волновал моральный облик молодежи?
Кертис: И с "Рок-волной" то же самое. Я решился ее снимать не потому, что подумал, будто в моде ретро и музыка шестидесятых, я действительно люблю музыку шестидесятых. И в фильме нет ни одной песни, которую бы я не любил и не оставил в фильме именно потому, что люблю и уверен, что именно тут она будет на своем месте.
РГ: Трудно было снимать историю на рыболовецком корабле?
Кертис: Корабль - отличное место для съемок. Куда не поверни камеру - везде море, никаких задников, ограничений - тут не снимать, тут видны софиты, тут потолок, а тут бассейн заканчивается, а тут окно нарисовано, а там вообще нет стены. А на лодке, все, все, куда ни глянь - настоящее. Иллюминаторы, лесенки, дверь, небо, море - все можно увидеть и все можно потрогать.
Самая большая сложность - погода. Проблема была в том, что на море очень переменчивая погода, и, установив свет здесь, мы не могли быть уверены, что доснимем сцену, потому что ветер то поднимался, то затихал, свет то был, то нет.
Зато нам было очень легко создать абсолютно реальную атмосферу. Потому что у нас на самом деле было двенадцать парней, и все двенадцать курили сигареты в салоне корабля...
РГ: Вы когда-нибудь хотели стать музыкантом или диджеем?
Кертис: Ох, сложно сказать, кем я не хотел стать в детстве. Но мне повезло - у меня абсолютно не было музыкальных способностей. Я знал людей, которые считали Боба Дилана плохим музыкантом за то, что у него был монотонный голос. Знал тех, кто по той же причине считал плохим музыкантом Синатру. О чем мне было мечтать? Но мне повезло, я не так хорошо слышу музыку, воспринимаю ее эмоционально, не вижу недостатков. Знаете, я в детстве дал послушать своему учителю какой-то альбом, он мне вернул его со словами, что там всего лишь один интересный проигрыш. Я счастливый человек, потому что воспринимаю музыку иначе.
РГ: Правда, что вы дали актерам возможность сделать свое часовое музыкальное шоу?
Кертис: Да, но мы их немного обманули, мы снимали все, от начала и до конца. Я в общих чертах обрисовал актерам их персонажей, и дал возможность, согласуясь с этим, выбирать музыку.
РГ: А Полуночный Марк, самый таинственный персонаж фильма, откуда взялся?
Кертис: У меня был похожий знакомый, и его звали Марк. Он путешествовал по 72 городам Англии и у него никогда и ни с кем не было интимных отношений - и это притом, что он был невероятно привлекателен.