03.12.2009 18:50

Сергей Бунтман: почему сегодня нужна и важна программа о военных

Текст:  Сусанна Альперина
Читать на сайте RG.RU

Вот уже 40 недель по субботам  в 12.10 на "Эхе Москвы"  "заседает" "Военный совет" - программа, которую ведут Сергей Бунтман и Анатолий Ермолин. На следующий день "Военный совет" выходит на канале "Звезда" в 11.00. Первый заместитель главного редактора радиостанции "Эхо Москвы" Сергей Бунтман рассказывает обозревателю "РГ"", почему сегодня нужна и важна программа о военных.

Российская газета:  Сергей Александрович, раскройте "кухню": как я понимаю, прямо во время эфира на "Эхе…" работает съемочная группа?

Сергей Бунтман: Да. Они снимают интервью у нас в студии, а до этого готовят собственные телевизионные сюжеты на заданную тему. На следующий день  в телеэфире выпускают  комбинацию интервью  и сюжетов.

РГ: А  идея программы шла от  "Звезды" или от "Эха…"?

Бунтман: Идея "Эха…" и Министерства обороны. Она возникла, потому что назрела потребность. Алексей Венедиктов переговорил с министром Анатолием Сердюковым, и  они пришли к выводу, что такую программу очень неплохо было бы сделать, чтобы была информация из первых рук.

Как только в стране началась реформа Вооруженных сил, сразу же стало возникать множество вопросов. Они были и прежде, но как только пошла реформа, потребовалось разъяснить: как будет с квартирами, с учебными заведениями и прочее. И мы поняли, что нужно такое пространство, где бы сами военные могли  отвечать на вопросы, которые слушателям и зрителям подсказывает жизнь. И сделали "тройную композицию" - так всегда в эфире и объявляют: Министерство обороны, "Эхо Москвы" и телеканал "Звезда".

РГ: Сергей Александрович, программа, на мой взгляд, для "Эха…" - чистый "неформат", потому что у вас либеральная радиостанция, а тут военные вопросы.

Бунтман: Нет. Либеральная радиостанция - это кличка. Радиостанция может быть либеральной в том, что у нее все есть из первых рук и подлинное. Либеральная, реакционная - это все глупые разделения. Есть радиостанции однобокие и не однобокие.  А у нас гости  бывают всякие. Самое главное для нас было сохранить площадку  для  всей информации и для любой дискуссии.

РГ: Дело в том, что военных в большинстве своем очень сложно разговорить, да и говорят они не очень интересно. Как вы с этим справляетесь?

Бунтман: Благородный муж не ищет легких путей. Это во-первых. Во-вторых, не надо думать, что все генералы, полковники и адмиралы не умеют говорить. Да, они не обязаны хорошо говорить, но все зависит от того, как построить с ними передачу. Самое главное, какую атмосферу создать. У нас бывали неудачи. Бывало действительно очень тяжело. А бывали просто, на мой взгляд,  изумительные передачи.

РГ: Для того, чтобы программа была интересной, вы специально придумываете какой-нибудь ход? Например, про военные оркестры или что-нибудь еще?

Бунтман:  Военные оркестры - это интермедия или интерлюдия. Но, в основном, программы у нас  группируются по видам Вооруженных сил, по родам войск, по проблемам: жилье, паек, реформа управления, учебные заведения. То у нас военно-морской флот подводный, то надводный, то космические войска… Через две недели будет  дальняя авиация. Я считаю, что хороший ход   когда ведут передачу два человека. Один - сугубо штатский  -  это я. Могу спросить обо всем, что мне интересно, в том числе и о вещах житейских. А другой ведущий  - военный, который все знает изнутри. Анатолий Ермолин - ветеран группы специального назначения "Вымпел". Он  -  потрясающий человек,  был депутатом Государственной Думы,  возродил скаутское движение, написал замечательные книги об этом. Он со знанием дела может задавать вопросы, что думают офицеры. Его по электронной почте спрашивают: что будет с довольствием, с увольнениями, сокращениями.  Все это надо выяснять.  Другое дело, могут ли наши собеседники всегда отвечать так, чтобы их поняли, чтобы это было достоверно. Но все эти вопросы мы обязаны и будем задавать.

У каждого из нас есть свой обязательный вопрос - так мы решили. У Анатолия Ермолина вопрос о приказе №400 - о способе поощрения офицеров, который вызвал очень много критики, потому что он часто разделяет коллективы. Люди все вместе служат, а выделяется  и поощряется один из них. Мой  вопрос - насколько нужна в наше время призывная армия?

Я его задаю каждый раз, кто бы ни приходил. И мне объясняют для чего она нужна. Говорят о  призыве, о том, что такое один год службы, как избежать дедовщины. Военные отвечают, что они делают конкретно, как работают с призывниками. Опять же в каждом выпуске программы мы задаем вопрос о том, что основа новой армии - это нового типа сержанты, насколько возможна их современная подготовка, насколько толково она проходит, насколько эта служба становится привлекательной. Вопросы могут быть всякие, и очень дотошные в том числе. Но для нас самое главное каждый раз определить, в чем  рамки компетенции того или иного человека. 

РГ: Самая важная, на ваш взгляд, сверхзадача "Военного совета" - это…?

Бунтман: Несколько вещей. Во-первых,   эту программу все время  или слушают, или смотрят, или читают распечатку в Министерстве Обороны.  То есть министр   заинтересован.  И мы пытались доказать и самим военным, что эта программа им нужна. Потому что, чем больше информации утаивается или кто-либо невнимательно относится к тому, чтобы она распространялась из первых рук,  тем больше возникает вопросов и   суждений,  предположений  о том, что творится в том или ином военном ведомстве.

Второе. Представьте себе: суббота, выходной, полдень…  По  15-минутным измерениям оказалось, что нас слушают только в одной Москве 181 тысяча человек. Это -  очень большая аудитория. И мы стоим вровень даже не с разговорными радиостанциями, а с музыкальными гигантами, которых, вроде бы,  и положено слушать в это время в выходные. Например, только "Русское радио" нас опережает.  То есть программа "Военный совет" стала популярной и  слушаемой.

И третье. Когда военный высокопоставленный человек к нам приходит во второй раз,  а у нас уже были такие гости, например вице-адмирал Олег Бурцев, то он не думает, что эта страшная повинность. Подходит, как к знакомому делу.   Вот вы сами заметили, что  генералы и полковники с большой опаской подходят к микрофону.  Непривычная для них вещь - свободная беседа в прямом эфире. Привыкают.  Потом начинает нравиться.

Досье "РГ"

Кто побывал в гостях в передаче "Военный совет"