21.06.2010 07:19
Культура

На ММКФ прошел показ фильма сербского режиссера Срджана Карановича "Беса"

Московский фестиваль о страшных клятвах и недоступности любви
Текст:  Валерий Кичин
Российская газета - Федеральный выпуск: №133 (5212)
Читать на сайте RG.RU

Московский фестиваль стартовал. Церемония его открытия задержалась бесконечным дефиле рекламных туалетов по зеленой дорожке, зато прошла по-деловому быстро. Настораживало качество первых показанных фильмов: оно удручало. К счастью, такое начало оказалось обманчивым.

Первым фильмом, прошедшим в конкурсе ММКФ-2010, стала социальная драма "Выброшенный на берег моря" турецкого режиссера Несли Чольгечена. Полицейский Халил убивает эмигранта из Африки. Его мучает вина, он уходит со службы, возвращается в родной городок. В момент, когда он нежится в прибое, волна приносит утонувшего африканского мальчика. Дальнейший ход событий понятен: спасенный мальчик растопит душу полицейского и заставит понять всю глубину проблемы нелегальной эмиграции, которая наводнила Европу.

Об этом фильме трудно писать: в нем все правильно - и все неинтересно. Нет характеров, нет сильных актеров, все построено на простейших драматургических ходах и потому легко заранее просчитывается зрителем.

Не менее странным кажется и фильм, открывший престижную программу "Гала-премьеры". Обычно в таких программах фестивали показывают картины громкие, уже завоевавшие репутацию у себя дома или на других кинофорумах. К этой категории никак не отнесешь плоскую, безвкусно разыгранную комедию с не менее безвкусным названием "Ой, вэй, мой сын - гей" - дебютную ленту Евгения Афинеевского о шумной еврейской семье, которая никак не может женить сына. Формально картина взывает к толерантности ко всему нестандартному, но ее художественные достоинства приближаются к нулю.

Первое дыхание серьезного искусства коснулось Московского фестиваля на премьере конкурсного фильма сербского режиссера Срджана Карановича "Беса", переносящего нас на век назад, в годы Первой мировой войны. Война дана фоном - в маленьком тыловом городке о ней напоминают только повозки с ранеными, грохочущие по мостовой, или забредшие в поисках пропитания солдаты. А действие протекает в доме, где в вынужденном заточении оказалась учительница местной гимназии Лея: уходя на фронт, муж поручил ее заботам школьного рабочего Аземы, неграмотного и молчаливого албанца. И дальше развивается сюжет, который кажется вполне стандартным: трудное сближение двух катастрофически разных людей, но дьявол, как водится, затаился в великолепно разработанных деталях.

Красивая эмансипированная женщина с аристократическими замашками не может иметь ничего общего с этим нечесаным немолодым мужиком в армяке. Но между ними постепенно возникает странная платоническая любовь. Любовь эта невозможна не только из-за социального неравенства, но и в силу данной Аземой священной клятвы - "бесы". Нарушить ее для албанца - смертный грех. Но от недоступности любовь только разгорается. Она проявляется в том, с какой яростью Азема набрасывается на всех, кто пытается посягать на честь Леи, и еще в его взгляде. Два существа, запертые в доме, изголодались по простой ласке, по близости и теплу. Женщину не может не трогать его готовность броситься на ее защиту, его магнетически действующий взгляд. Вообще в этом фильме молчание говорит больше, чем слова. Один из лучших европейских актеров Мики Манойлович, как и его партнерша Ива Крайнц, сыграв характеры сильные и яркие, сделали первые на этом фестивале заявки на призы за лучшие роли.

Фильм Карановича скуп на внешние эффекты, но внимателен к тончайшим оттенкам человеческих состояний и чувств, в нем точна режиссура и отлично разработана драматургия отношений между героями. Его традиционность сегодня смотрится почти новаторством.

Кино и ТВ