Скандал вокруг опального финасиста Тило Саррацина набирает обороты в Германии.
Напомним, Саррацин - автор книги "Германия самоликвидируется". В ней он подвергает нападкам мигрантов, выражая опасения, что приезжие мусульмане вытеснят немцев, охотно и много рожая детей, в отличие от "коренного населения". В результате через 100 лет в Германии останется всего 25 миллионов немцев, зато мусульман будет все 35 миллионов. При этом Саррацин фактически обвинил приезжих в нежелании по-настоящему интегрироваться в немецкое общество, указав на их тенденцию к клановости и чрезмерной приверженности к традициям. "Если я захочу послушать муэдзина, то закажу себе отпуск на Ближнем Востоке", - выразил свою позицию политик (чья фамилия по какому-то смешному стечению обстоятельств ассоциируется с древними сарацинами - устаревшим общим названием арабов и мусульман в средние века).
На прошлой неделе Тило Саррацин добровольно покинул правление немецкого ЦБ. Фактически же его вынудили уйти на пенсию раньше срока.
Интересно, как в этой ситуации себя проявили политики и как себя показал простой обыватель. Выяснилось, что народ и политики "тянут одеяло" в разные стороны. Согласно опросам, несмотря на спорность многих утверждений Саррацина, его поддержали больше 60 процентов населения (а 9 процентов вообще согласны с каждым его словом). В то время как политики почти все как один "проголосовали" в пользу политкорректности. Как только Саррацин ушел в отставку, в политической среде начались разговоры о том, чтобы исключить его из родной Социал-демократической партии Германии (СДПГ). Вчера партийный президиум постановил начать процедуру исключения автора скандального бестселлера. После долгих дебатов решение было принято почти единогласно - воздержался только один человек.
Между тем, Саррацин вовсе не намерен сдаваться, о чем и сообщил изданию "Бильд". "В 1973 году я вступил в СДПГ по убеждению. С тех пор оно не изменилось", - заявил он в интервью. Политик испытывает колоссальное давление со стороны части общества, и это ясно даже по тому, как охотно Саррацин рассказывает изданию про свою борьбу со стрессом при помощи какао со сливками, как дороги для него короткие встречи с простыми людьми во время поездок, выражающими ему поддержку.
Вся Германия сейчас разделилась на сочувствующих Саррацину и на противников, осуждающих его шовинистические взгляды. Однако то, какую бурю вызвал Саррацин своей книгой, говорит о наболевшей социальной проблеме, которую никто до сих пор не решался трогать столько открыто на таком уровне. Собственно, это проблема современного европейского мира, который все больше становится интернациональным и ему как-то надо уживаться.
"Большинство симпатизирующих Саррацину видят в нем человека, выражающего их тревоги в связи с появлением в некоторых немецких городах фактически параллельных социальных структур - турецких или арабских кварталов, - уверен обозреватель Deutsche Welle Никита Жолквер. - Им (как и мне) не нравятся мигранты, которые даже во втором, а то и в третьем поколении не могут связно изъясниться по-немецки, не получают по этой причине приличного образования, не находят, соответственно, работы и оказываются в конце концов на шее у налогоплательщиков. То есть, их тревожат явные дефициты в деле интеграции иммигрантов".
Вина за Вторую мировую войну и Холокост, позиционирование себя как демократической страны закрыла многие темы для обсуждения в Германии, они стали настоящими табу. И от человека, который эти табу преступает, начинают шарахаться как от чумы.
В результате не удел остался не только Саррацин. На днях глава немецкого Союза изгнанных Эрика Штайнбах объявила о своем выходе из руководства правящей партии ХДС. Ей пришлось это сделать из-за своих критических замечаний по поводу роли Польши в развязывании Второй мировой войны. На заседании руководителей парламентской фракции ХДС в Берлине Штайнбах в разговоре отметила, что в марте 1939 Польша начала мобилизацию первой. "Я, к сожалению, ничего не могу изменить в том, что Польша уже в марте 1939 года объявила мобилизацию", - сказала она, пытаясь защитить своих коллег, обвиненных в "реваншистских взглядах". Дело в том, что один из них в своей статье поддержал точку зрения бывшего генерала бундесвера Герда Шульце-Ронхофа, говорившего, что у Второй мировой войны "было несколько отцов". Эта статья вызвала недовольство Центрального совета евреев.
Заявление Штайнбах напугало правление ХДС, которое тут же поспешило заявить, что партия не сомневается в вине Германии за развязывание войны. А чтобы больше Штайнбах не вздумала говорить еще что-либо в подобном духе, ей запретили выступать с публичными речами.
Штайнбах молчать не захотела и ушла в отставку. В интервью агентству DPA она отметила, что, если о таких "всем известных фактах" уже нельзя говорить публично, то "мы уже не живем в демократическом обществе". При этом Штайнбах подчеркнула, что ее высказывания не направлены на то, чтобы снять с Германии вину за развязывание войны. "Для меня очевидно: войну начала Германия", - отметила глава Союза изгнанных, которая уверена: ХДС не завоюет новых избирателей, проявляя малодушие и приспособленчество.