17.02.2011 00:54
Власть

Геннадий Гудков: С терроризмом невозможно бороться в условиях тотальной коррупции

Материалы "Юридической недели" подготовлены совместно с Ассоциацией юристов России
Российская газета - Неделя - Федеральный выпуск: №34 (5410)
Читать на сайте RG.RU

Как противостоять терроризму, почему законодательные и правоохранительные меры вкупе с огромными деньгами не обеспечивают полной безопасности граждан? Во всем этом болевом комплексе проблем пытаются разобраться заместитель председателя Комитета Госдумы по безопасности Геннадий Гудков и член Президиума Ассоциации юристов России Михаил Барщевский.

Безопасность дорогого стоит

Михаил Барщевский: Произошла страшная и, увы, очередная трагедия. Ответь на два национальных вопроса: "Кто виноват?" и "Что делать?"

Геннадий Гудков: К сожалению, сегодня законодательные меры противодействия терроризму практически исчерпаны. Наверное, можно еще принять какие-то третьестепенной важности поправки, но они ощутимо не повлияют на уровень борьбы. Чекистско-милицейско-прокурорско-следовательские методы борьбы с террором тоже близки к тупику. На повестке дня стоит вопрос политический - устойчивости государства и способности власти и общества противодействовать этому злу.

Барщевский: С последним не могу согласиться, хотя вынужден признать, что полномочий у наших спецслужб более чем достаточно. А какие средства в бюджете выделены на контртеррористические операции?

Гудков: У нас сумма средств на безопасность уже фактически равна и даже в чем-то превосходит затраты на оборону - такого нет ни в одной стране мира.

Барщевский: И почему тогда не работает институт осведомителей?

Гудков: Он работает, но понятно, что агентуристов высокого качества недостаточно. Осведомитель и агентурист - это неразрывная связка, это как правый и левый сапог. А качество кадров в спецслужбах, правоохранительных органах, людей, на которых держится вся система, резко снизилось. Потеряна школа, вероятно, есть некоторые тактические проблемы в организации процесса подготовки. Я как-то критиковал короткие командировки. Сейчас их увеличили, но, наверное, надо продлить их до 2-3 лет. Следует на особых условиях прикомандировывать туда лучших оперативников, чтобы они эффективнее вели разработки.

Барщевский: Разве вербовочной работе нельзя научить?

Гудков: Нельзя стать ярким журналистом, если у тебя нет природной предрасположенности и таланта. Талант можно огранить, совершенствовать. Но нельзя научить сложнейшей агентурной работе человека, который не может по своим характеру, физиологии и энергетике это делать.

Барщевский: Если есть деньги, специалисты всегда найдутся. Когда в конце 90-х годов в банках появились службы безопасности, олигархи друг о друге знали все. Почему нельзя покупать хороших специалистов и информацию?

Гудков: Раньше качество кадров было иным. В КГБ приходило много отличников, но даже из них на агентурную и оперативную работу отбирали лучших. Сейчас престиж профессии снизился, а сопоставимый уровень зарплаты уменьшился. Талантливые ребята находят себе другую работу, где зарплата существенно выше.

Барщевский: Значит, платите больше. Ты же сказал, что бюджет на контртерроризм достиг бюджета минобороны?

Гудков: Не на контртерроризм, на всю безопасность.

Барщевский: Тогда почему не создать специальную антитеррористическую службу, как в свое время создали службу наркоконтроля?

Гудков: Существует Национальный антитеррористический комитет - специальное головное управление, куда стекается вся информация. Оно определяет политику, идеологию, общероссийские и региональные планы. НАК - серьезная структура, работу которой курирует руководство ФСБ.

Барщевский: Тогда я не понимаю. Деньги есть, законы есть, организационная структура есть, результата нет.

Гудков: Я же говорю, ресурс законодательно-силового противодействия терроризму практически исчерпан. Сегодня все организаторы предыдущих террористических вылазок и актов уничтожены или отбывают наказание, но их место заняли другие боевики. То есть не устраняется среда, которая восстанавливает и даже увеличивает их численность. Это говорит о том, что уже не чекисты должны с этим бороться и не милиционеры.

Провокация для проверки

Барщевский: Почему НАК не устраивает провокаций? Сотрудник группы антитеррора берет сумку, кладет туда 10 кг крахмала и болты. И начинает заходить в Шереметьево, Домодедово. Когда он прошел, дальше что?

Гудков: Проводится разбор полета, почему он прошел.

Барщевский: Почему начальника линейного отделения милиции сегодня снимает Нургалиев, начальника милиции на транспорте - Медведев? Их надо снимать не по результатам теракта, а по результатам таких проверок.

Гудков: Тогда придется снять всех, а это не совсем справедливо.

Барщевский: Но это все-таки вопрос, что называется, вдоха завтрашнего дня, вопрос бомбы, которая может взорваться в любой момент в любом месте!

Гудков: Да не способны мы в условиях тотально коррумпированного государства, не имеющего нормальной правоохранительной системы, нормального правосудия, в котором порушены принципы морали и нравственности, справедливости выделить в этом больном организме два здоровых органа, чтобы они блестяще работали. Не может быть неподкупных и эффективных МВД и ФСБ, если весь организм поражен вирусом.

Ключевой вопрос

Барщевский: Но что можно сделать сейчас? Хотя бы элементарные проверки на дорогах, для чего не надо менять политическую систему.

Гудков: Чтобы добиться правильной работы правоохранительных органов, нужно поставить их под контроль парламента и гражданского общества, а не правительства и прокурора. А это уже затрагивает основы не только нашего законодательства, но и государственного устройства. Мой закон о парламентском контроле уже полтора года лежит под сукном, а мы продолжаем говорить о коррупции и злоупотреблении властью.

Барщевский: Я тоже предлагал ввести институт спецпрокуроров, назначаемых для особых случаев и подотчетных парламенту и президенту, а не Генпрокурору. Спецпрокурором может быть назначен любой политик или даже журналист, кто угодно. Назначили бы такого человека по Домодедово и он точно не защищал бы ведомственные интересы, а парламент и президент получили бы адекватный отчет.

Гудков: Это могло бы стать одним из механизмов парламентского контроля. А лучше создать полномочную комиссию. Парламентская комиссия набирается из политических оппонентов, но возглавляет ее оппозиция, она действует абсолютно гласно за исключением случаев гостайны и ее рекомендации обязательны для исполнения. Прекрасный механизм, который работает во всех цивилизованных странах мира. И еще. На Западе очень много реальных полномочий отдано гражданскому обществу и представляющим его общественным организациям. Мы все время говорим о гражданском обществе, но не даем ему полномочий. А гражданское общество без полномочий - это фикция.

Государственная Дума ФС РФ:

103265, г. Москва,

улица Охотный Ряд, 1.

Тел. +7 (495) 692-85-08

Спецслужбы Антитеррор Госдума