26.04.2011 01:00
Общество

Директор ЧАЭС: Сегодня в Чернобыле нерешаемых проблем нет

25 лет назад произошла авария на Чернобыльской АЭС. Наш корреспондент передает из Чернобыля
Текст:  Александр Емельяненков
Российская газета - Федеральный выпуск: №89 (5465)
Читать на сайте RG.RU

Эти люди, возможно, никогда бы не встретились. Но четверть века назад случилась беда, которая непостижимым образом переплела человеческие судьбы.

Одних - до смерти испугала, сорвав с насиженных мест. Других, напротив, призвала под свои тяжелые хоругви, сделав ликвидаторами. Третьи - сами, по доброй воле, приехали в зону и с упорством совсем не обреченных, а знающих и уверенных в себе профессионалов приводят в контролируемое состояние то, что однажды вырвалось из рук человека. Рядом с ними, в 30-километровой зоне отчуждения Чернобыльской АЭС, среди брошенных и заросших кустарниками домов неожиданно встречаешь оазисы - со свежевыбеленными хатами и уже разбитыми на огородах грядками под буряки и морковь. А картоплю эти настырные, но совсем не безбашенные "самоселы" уже посадили или сажали на глазах у журналистов.

Последних неодолимо тянет в чернобыльскую зону профессиональное и просто любопытство. Реальной пользы от таких наездов немного, но она тоже есть. Хотя бы в том, что позволяет развеять старые мифы и не создавать новых.

Даже если тебе предъявляют литровую банку "абсолютно чистых" белых грибов, собранных минувшей осенью рядом с Чернобылем и профессионально замаринованных, или пускают внутрь саркофага, подробно объясняют, где находится балка "Мамонт" и почему она устала, а вслед за тем дают прикоснуться к тому месту на щите управления четвертым энергоблоком, где была задействована в ночь на 26 апреля 1986 года кнопка аварийной защиты реактора.

Зона отчуждения Чернобыльской АЭС.
Смотреть фоторепортаж Александра Емельяненкова

На бетонной стене, которая была когда-то прямо за спиной у операторов дежурной смены, а теперь отделена еще одной стеной безопасности, неизвестным дозиметристом оставлена надпись масляной краской: "0,2 р/ч, 06.1986". Сейчас экспозиционная доза в этом месте снижена в тысячу раз, но и сегодня еще дает 15-20-кратное превышение над естественным фоном.

Можно ли работать в таких условиях? А жить? Что влечет "самоселов" в зону отчуждения и как избежали переоблучения людей, привлеченных российской компанией "Атомстройэкспорт" для стабилизации саркофага? Сколько еще он может продержаться и зачем потребовалось строить новый?

Почему в покинутой и разворованной Припяти остался нетронутым обелиск из цветного металла - символ единства СССР? А в Славутиче жители Тбилисского и Московского кварталов свободно общаются друг с другом на русском языке, и нет никакой стены-границы между Ереванским и Бакинским кварталами, а только Пiвденний (Полуденный) бульвар...

Признаюсь, не на все вопросы я нашел ответы. А в чем-то феномен Чернобыля стал еще загадочней.

Без билета через две границы


Фото:Александр Емельяненков

Придя на станцию в Славутиче, мы заикнулись было о билетах, но оказалось, что тут почти коммунизм - садись и поезжай бесплатно. Словом, билетов на ЧАЭС не продают, хотя электропоезд отправляется строго по расписанию и за пятьдесят минут пути дважды пересекает государственную границу. Сначала между Украиной и Белоруссией, потом - между Белоруссией и Украиной. С тех пор, как для персонала Чернобыльской атомной станции, вынужденно покинувшего город Припять, построили на другом берегу Днепра новый город атомщиков Славутич, эта дорога связала прошлое с настоящим.

С виду обычная электричка, вот только выйти из нее можно в одном месте - на КПП "Семиходы". Это главные ворота, а точнее - санитарный шлюз, что связывает площадку Чернобыльской атомной станции и зону отчуждения вокруг нее с внешним миром.

Электричка обычная, но правила поведения в ней особые. Если бы вы решили захватить с собой в дорогу бутылку-другую пива "Оболонь" или что-нибудь покрепче, то неминуемо оказались нарушителем режима со всеми вытекающими последствиями. Потому что кругом неразличимые для глаз камеры видеонаблюдения. Да и соседи по вагону вряд ли оставят без внимания такую безобидную для обычного понимания "шалость".

На Чернобыльской АЭС и в зоне отчуждения вокруг установлен сухой закон. Более того - на станцию нельзя захватить даже бутерброд или яблоко, не говоря уже о домашних припасах в термосах и контейнерах.

- Мы бы с радостью брали обеды из дома, но это категорически запрещено, - поделились попутчицы Ирина Александровна и Ольга Николаевна, дважды подряд оказавшиеся с нами в одном вагоне. Поначалу я принял это за случайное совпадение, но оказалось, что на ЧАЭС и обратно в Славутич здесь принято ездить не только на "своей", строго определенной электричке (всего их три, утром - туда, вечером - обратно), но и на своих облюбованных местах. Казалось бы, мелочи, пустяк, но в этом по-особому устроенном мире все имеет какой-то смысл и свое объяснение.

А что касается обедов или, как учил нас правильным формулировкам Виталий Драгунов из "Атомстройэкспорта", "приема лечебно-профилактической пищи", для этого на территории станции организованы две столовые. Меню разносолами и кулинарными изысками не блещет, но все по-домашнему и очень недорого. А главное - с видом на Саркофаг.

Соцсфера Аварии и катастрофы Экология