18.07.2012 00:20
Общество

Переселение русской семьи из Боснии затормозило из-за "неправильной" фамилии

Кто тормозит госпрограмму добровольного переселения соотечественников?
Текст:  Лидия Графова (председатель исполкома "Форума переселенческих организаций")
Российская газета - Федеральный выпуск: №162 (5835)
Не так уж часто переселяются в Россию наши соотечественники из дальнего зарубежья. А тут - письмо от русской семьи из Боснии и Герцеговины. Беда у них, как показалось сначала, - сущий пустяк: переселение тормозится из-за "не той" фамилии жены, вписанной в анкету. Ну что стоит ошибку исправить? - думала я, получив это письмо еще осенью позапрошлого (2010-го!) года. Можно ли было себе представить, что так долго буду участвовать в этой "пустячной" истории и что в результате на моих глазах семью буквально загонят в тупик.
Читать на сайте RG.RU

Знаменитая программа добровольного переселения, объявленная Указом президента в 2006 г., как бы ее ни ругали, до сих пор остается лучом надежды на фоне нашей неприветливой миграционной действительности. Тут все было заботливо предусмотрено: не больше 6 месяцев рассматриваются анкеты, и те, кто получит "добро", могут смело выезжать туда, где их ждут, и уже через 3 месяца им гарантируется гражданство РФ. Ни жилья, ни серьезных пособий госпрограмма не обещала. Быстрое получение гражданства - главная тут "фишка". Поскольку другие способы "упрощенки" в последние годы методично отменялись, программа остается фактически единственной возможностью для соотечественников без бюрократических мук стать законными россиянами. Так, во всяком случае, было на бумаге.

Марина и Дмитрий поженились 4 года назад, Марина взяла фамилию мужа - Цветкович (девичья ее фамилия - Дуденкова). В Боснии они оказались после распада Союза. Марина приехала из Узбекистана, Дмитрий - из Туркмении. Поменять в Боснии узбекский паспорт в связи с новой фамилией было невозможно. Для этого надо было ехать в Узбекистан, а они мечтали переселяться в Россию. Программу, когда узнали о ней, восприняли как дар Божий. Выбрали Липецкую область: и его, и ее родители происходили из соседних областей, но эти области среди пилотных регионов программы, к сожалению, не значились...

Есть в нашей российской действительности замечательный "жанр" - бюрократическая фантасмагория. История переселения моих подопечных - классика этого жанра. Как в известной гоголевской повести главный герой Нос отделился от хозяина и гулял по городу сам по себе, так и в нашем сюжете главную роль играет фантом - "не та" фамилия, а ее носительницы, реальной женщины Марины как бы и не существует на свете.

Итак, еще в феврале 2010 года они подали анкеты. Как положено - через Российское консульство. Как требовала инструкция, в заполняемой от руки анкете Марина написала ту фамилию, что значится в паспорте - свою девичью.

Их приезд был одобрен в июне, то есть в срок. Но узнали они об этом только к осени, когда сами дозвонились в Липецк. А у консульства, понимаете ли, просто не было пароля для доступа к серверу ФМС, и дело застопорилось. Тогда Дмитрий и написал свое первое письмо.

Смешно сказать, "выбивать" пароль обращениями то в ФМС, то в МИД России пришлось мне. Об этой прелюдии можно бы и не вспоминать, но тут-то все и началось. Когда был получен пароль, надо было заново посылать документы и опять запрашивать разрешение. Если в первый раз Липецкая область была готова принять всю семью (кроме молодых супругов, еще и мать Марины), то теперь разрешение пришло только двоим. Мать Марины без всяких объяснений из программы вычеркнули.

Напуганные тем, что Россия вообще не хочет их принимать, супруги не стали спорить, решили, что сами заберут мать, как только обустроятся. Да и бессмысленно было бы спорить - согласно инструкции, составленной каким-то "великим гуманистом", из программы выбрасывают не только пенсионеров, но даже приемных детей.

Получив, наконец, свидетельство (в декабре!), вдруг обнаружили, что у Марины стоит двойная фамилия: Цветкович-Дуденкова. До сих пор остается загадкой, как это случилось. В консульстве их успокоили: разберетесь на месте. Но с "места" последовал грозный отказ: не приезжайте, пока не исправите ошибку. А то, мол, мы проверяли одного человека, а приедет другой. Непонятно, как можно проверить благонадежность человека с ошибочной фамилией. Впрочем, наши чиновники живут в своем виртуальном бумажном мире, где живому человеку места нет. Мы для них - абстракция.

Заставили оформлять новое свидетельство. Точно по паспорту: Дуденкова. Опять не один месяц ушел. А сколько нервов... От города, где они жили, до Сараево, где консульство, 200 км. Пришлось туда-обратно раз сто ездить.

В Липецкую область Дмитрий переселился в августе прошлого года. Марина задержалась до октября. Хорошо, что задержалась - от семьи потребовали новые справки, добыть которые можно было только в Боснии и Герцеговине. Все привезла. Принять у нее документы на легализацию миграционная служба отказалась.

"Как мы можем дать вам РВП (разрешение на временное проживание), а тем более гражданство, если в паспорте недействительная фамилия? Надо немедленно менять паспорт!" Это - в одном кабинете, а в другом - наоборот: "Если вы смените паспорт, этим только усугубите ситуацию. С новой фамилией вы автоматически выпадаете из программы".

С великими муками, уже после вмешательства Москвы, удалось выпросить это РВП. Но с гражданством - по сей день тупик.

Дмитрий задает в письме наивный вопрос: "Почему никто из чиновников даже не ищет выхода, а только ищут виноватых, и во всем виноватыми, конечно, оказываемся мы?"

Из кабинета в кабинет, девять месяцев подряд... Сотрудники и начальники менялись, и каждый начинал с нуля: зачем было менять фамилию, раз собирались переселяться? А не вы ли хотели нас запутать, написав двойную фамилию? (Для своего оправдания Цветковичи просили поднять их анкеты, - оказалось, их дело потерялось.) В недавнем разговоре с начальником УФМС Липецкой области А. Старковым я перечислила всех его подчиненных, известных мне по письмам Дмитрия. Оказалось: аж 8 сотрудников участвовали в этом фарсе. Но еще надо прибавить тех чиновников центрального аппарата ФМС, которым из Липецка регулярно звонили и советовались, советовались...

А я все это время (третий год!) пишу ходатайства и разговариваю лично с начальником управления по делам соотечественников ФМС России Виталием Александровичем Яковлевым. Это интеллигентный и, как мне кажется, хороший человек, он отвечает за реализацию программы добровольного переселения, которой гордится служба. Яковлев давал, конечно, поручения своим подчиненным, но вопросы РВП и гражданства решаются в других управлениях. Там тоже, кстати, знаю хороших людей, но и они зачастую оказываются бессильны. Меня давно волнует парадокс: почему даже хорошие люди, становясь чиновниками, боятся поступить по-человечески?

Работники миграционной службы жалуются: поступишь по-человечески, а тебя при проверке во взятке заподозрят. Почему по отношению к миграционной службе возникают подобные подозрения, всем, думаю, понятно. Атмосфера такая. Порой кажется, что терзая мигрантов бумажными придирками, в ФМС некую мессу гению Зла служат. Хоть и вывели недавно эту службу из ведения МВД, но порядки здесь по-прежнему жестко милицейские: все решает только руководство, приказ, а самостоятельно искать законный выход из тупиковых положений подчиненным просто опасно. Вот и разучились они думать, боятся брать на себя ответственность. Да что там говорить, они людьми быть боятся. Потому и других людей в упор не видят. Им даже в голову, наверно, не приходит, что у переселенцев, кроме добывания бесконечных справок и хождений по их кабинетам, где всегда очередь, есть и другие заботы: надо начинать жизнь с нуля.

Дмитрий писал мне:

"...Мы живем в селе Солдатском, это в трех километрах от райцентра Тербуны, в двух с половиной часах езды от Липецка. Дом купили по нашим средствам, он требует, конечно, капитального ремонта. Места здесь очень живописные, лес вокруг, рядом пруд, через дорогу березовая роща. Тяжело, конечно, привыкать нам, городским жителям, к селу, но планируем сажать огород, ждем, когда приедет трактор пахать землю. Местные относятся к нам дружелюбно, люди здесь хорошие, отзывчивые.

С работой, правда, проблемы, своих безработных хватает, а тут мы. Я - электрик и кипповец, но пока не могу найти постоянную работу, устроился временно на стройку. У Марины высшее образование, она финансовый менеджер с большим стажем. Устроилась было экономистом на зарплату пять тысяч рублей, но через два месяца вызвал директор и сказал, что у них из-за ее статуса РВП проблемы: "Решайте свои вопросы с гражданством и тогда возвращайтесь".

В июне от него писем долго не было. Я позвонила в Солдатское и узнала ошарашившую меня весть: Марину все-таки вытолкнули в Узбекистан - менять паспорт. Можно было поехать в Узбекское посольство в Москве, но это посольство славится как "неприступная Бастилия". А главное - оказалось, что у нее нет так называемого листка убытия. Когда уезжала много лет назад из Узбекистана в Боснию и Герцеговину, такого листка не требовалось. "Так что езжайте домой! Нет у вас другого выхода".

Выхода не нашлось и в Узбекистане. Тамошние блюстители закона обнаружили, что в свидетельстве о браке нет особой международной печати (апостиль). Сменить фамилию по недействительному документу отказались. И вообще, чтобы получить новый паспорт, ей надо, оказывается, официально заявить, что она ни на какое другое гражданство, кроме узбекского, претендовать не будет. За что, спрашивается, боролись?

Из последнего письма Дмитрия: "Никакой помощи ни у кого больше не прошу, никому теперь не верю. Уже ясно, что российский паспорт станет для нас "золотым". Только вот за программу обидно. Она же называется программой содействия..."

До чего же стыдно перед этой семьей и совершенно не понимаю, что теперь им делать.

P.S.

Когда статья уже была подготовлена к публикации, в нашей истории произошел, представьте себе, хэппи-энд. Трудно сказать, что стало тому причиной. Возможно, у руководства Липецкой миграционной службы просто совесть заговорила. Ведь только подумать: они погнали добровольную переселенку изменять фамилию "домой" в Узбекистан, из которого она около пяти лет назад уехала в Боснию и Герцеговину, а узбекские законники мало того, что хотели ее отправить (за "апостилем") "домой" в Боснию, так еще поставили условие: хочешь получить новый паспорт с "правильной" фамилией, поручись, что ни на какое другое гражданство, кроме узбекского, не будешь претендовать. А может быть, дело в том, что в Москве, в ФМС, нашелся чиновник, который элементарно вдумался в абсурдность ситуации и взял на себя смелость положить конец бессмысленным двухлетним издевательствам.

Но как бы там ни было, факт тот, что 12 июля с.г. возвратившуюся ни с чем из узбекского вояжа Марину Цветкович вызвали в Липецк и приняли у нее документы на гражданство. Обещают через два месяца выдать российский паспорт. Начальник Липецкой УФМС А. Старков обещал мне в последнем разговоре, что лично извинится перед потерпевшей. Будем надеяться, он это сделает при вручении паспорта. А паспорт этот и впрямь стал для семьи "золотым".

Миграция