15.10.2012 00:21
Культура

Павел Басинский: Не представляю себе класса без стука указки по доске

Текст:  Павел Басинский (писатель)
Российская газета - Федеральный выпуск: №237 (5910)
Вчера во Франкфурте-на-Майне завершила работу самая крупная книжная ярмарка в мире - Frankfurter Buchmesse. Побывав на ней уже в четвертый раз, спешу поделиться своими впечатлениями. А они разные - от хороших, до неприятных...
Читать на сайте RG.RU

Начну с плохой новости. Последний раз до этого я был на Messe в 2008. В тот год разразился финансово-экономический кризис, но на ярмарке это еще не отразилось. В этом году его последствия были очень даже заметны.

Гуляя по ярмарке, нельзя было не обратить внимание, что многие переходы из одного павильона в другой на разных уровнях (а их обычно три) наглухо закрыты. Это так непривычно на Messe, где все доступно, где не видно полиции, а охрана скромно и незаметно гуляет наравне со всеми, стараясь никого не задеть плечом. Я даже несколько раз дергал ручки дверей закрытых переходов - да не может же быть, чтобы меня не пустили! Потом сообразил, что эти переходы просто стали не нужны. Они ведут в никуда, в пустые залы, где никого нет. Просто нет, и все.

Messe изрядно скукожилась. Кризис и обрушение 20% книгоиздания заметно отразились на франкфуртской ярмарке. Об этом говорит и официальная статистика Messe с диаграммами. Хотя именно в этот год по сравнению с 2009-2011 гг. обозначился небольшой рост. Но очень небольшой. Что будет дальше - неясно.

Теперь о хорошем. Российский стенд, хотя и некрупный, был очень комфортно спланирован. На нем было выставлено весьма порядочное количество книг, от недорогих сравнительно изданий современных писателей до суперэксклюзивных и, конечно, безумно дорогих книг в переплетах из телячьей кожи с рисунками Гюстава Доре. В то же время в стенд был вписан конференц-зал с бросающимися в глаза оранжевыми полукруглыми скамьями.

Выступления проходили каждый день практически в режиме нон-стоп. Переводились на немецкий язык.

DIGITAL, DIGITAL, DIGITAL! Это уже что-то вроде "Сезам, открой дверь!" или "Мене, текел, фарес!"

Например, ярким было выступление Дмитрия Глуховского, последнее событие стенда, на котором я побывал до отъезда. Не знал, что этот парень не только писатель талантливый (его "Метро-2033" самое заметное явление в литературе для подростков за последние десять лет, если не больше), но и артист неплохой. Особенно забавно он подписывал договоры прямо во время выступления. "Продал душу дьяволу, ох, продал!" - картинно сокрушался он. В этом было немного позы, но и позы какой-то талантливой.

Вообще я заметил, что в русских писателях их ремесло не стирает индивидуальных черт. Западноевропейский писатель должен выглядеть антибуржуазно и демократично, и в этих двух словах - он весь! Ну позволяются еще легкая небритость и нездоровый цвет кожи - следствие ночных бдений за компьютером с кофе. Но все равно они как-то поразительно друг на друга похожи.

В этом году в "фокусе" книжной ярмарки были проблема чтения среди детей и подростков и новые методы обучения в школе. Эти вопросы всерьез волнуют издателей, потому что, как было сказано в пресс-релизе Messe, на земле грядет новое поколение людей, которые, возможно, вообще не будут читать. Или будут читать как-то иначе, к чему издатели должны быть заранее готовы. Уже не первый год слово digital ("цифровой") является на ярмарке ключевым. Вы видите его на каждом шагу, а тексты ярмарочных пресс-релизов пестрят им до такой степени, что это превратилось уже в какое-то заклинание. DIGITAL, DIGITAL, DIGITAL! Это уже что-то вроде "Сезам, открой дверь!" или "Мене, текел, фарес!". Но дверь пещеры с сокровищами почему-то не открывается, а слова не загораются огненными буквами. Книга пока все-таки остается КНИГОЙ. Ее кто-то должен написать, отредактировать, сделать работу корректора (если этого не сделать, то книга будет просто ужасной! - поверьте мне). И вот только после этого ее можно разместить хотя бы на электронном носителе. Только после этого она может стать digital, допустим, даже предваряя или даже минуя бумажный формат. В противном случае это не книги, а просто тексты. Но то, что пишут на заборах и, извините, в туалетах, - это ведь тоже тексты. Книги - это что-то другое.

С этими невеселыми мыслями я отправился в немецкий павильон, где демонстрировались новые формы обучения детей в школах. Да, все было очень миленько. В уютной "классной комнате" мне предложили надеть очки для 3D, и я минут десять любовался, как виртуальная указка гуляет по внутреннему строению атома и даже внутренностям человека. Рядом с этой digital-забавой стоял безликий дядечка и ровным голосом рассказывал обычные вещи из обычного школьного учебника. Виртуальная указка была вертлявой и, как мне показалось, работала автономно от дядечки. Она была сама по себе, а он сам по себе. А школьник (т. е. я) - сам по себе.

Как-то мне это все не понравилось. Указка в руках учителя - я имею в виду настоящего учителя! - это не вертлявая палочка, а скипетр! Во времена расцвета Просвещения учителя могли даже ломать указки о головы нерадивых учеников. Сегодня это, конечно, непозволительно. Но я не представляю себе класса без стука указки по доске. Я не верю в уважение учеников к вертлявой палочке.

Может, я и отстал от времени. Но у замечательного фантаста Айзека Азимова есть один короткий рассказ под названием The Fun They Had ("Как им было весело"). В далеком будущем 2155 году мальчик и девочка нашли в доме ужасно странную вещь - бумажную книгу. "Зачем она нужна? - говорит девочка. - Выбрось ее! На экране моего телевизора есть миллионы книг". Но книга оказалась еще и о школе. О школе далекого прошлого. "Представляешь, - говорит мальчик, - раньше в школе был УЧИТЕЛЬ. И это был мужчина". "Мужчина! - изумилась девочка. - Разве может мужчина быть учителем?! Я не представляю, чтобы ко мне в дом пришел какой-то странный мужчина!" "А дети сами тогда ходили в школу, - говорит мальчик. - И если верить этой странной бумажной книге, там было очень весело!"

Литература Образование