Вместе страны G20 производят более 90 процентов мирового ВВП, на них приходится 80 процентов мировой торговли, а на их территориях проживает две трети населения мира. Так что на плечах этих государств по сути лежит груз ответственности за судьбу мировой экономики.
А как будет складываться экономическая ситуация в 2013 году, "РГ" узнала у своего главного эксперта в этом вопросе, советника Института современного развития Никиты Масленникова.
Так каким будет экономический фон во время нашего председательства в G20: грянет с новой силой кризис или начнется устойчивый рост, или пойдет спад?
Масленников: Фон будет сложным, противоречивым и вряд ли целостным. Положение в основных центрах глобальной экономики будет оставаться неоднозначным и перегруженным рисками.
Негативное развитие событий, которое может обернуться новой мировой рецессией связано, прежде всего, с рисками "бюджетного обрыва" в США. Если компромисса не достигнут до Рождества, американская экономика может получить в 2013 году спад в 1,3-1,5 процента. Это усугубит проблемы в еврозоне, замедлит рост развивающихся стран и так далее.
Сейчас, правда, инвесторы исполнены оптимизма. Могу сослаться на недавний опрос Bloomberg. Агентство проводило его среди почти 900 инвесторов и аналитиков. Две третьих из них заявили, что ситуация в мировой экономике либо стабилизировалась, либо улучшается. При этом 75 процентов уверены, что в США, в конечном счете, будет найден компромисс по "фискальному обрыву". Я тоже придерживаюсь этой точки зрения.
В этом случае фон следующего года, на котором пройдет заседание G20, будет стабильным. В США возможен умеренный рост чуть более 2 процентов ВВП, в еврозоне тоже ожидается восход экономики, но на грани статистической погрешности - 0,1-0,2 процента. В Китае будет лучше, чем в этом году, но ниже темпов за последние 15 лет - рост составит около 8 процентов. В России мы будем иметь рост в пределах 3,5-3,7 процента ВВП.
Устойчивость его везде будет зависеть от решения структурных проблем, которые обозначились практически у всех основных экономик. И именно это будет во многом формировать повестку "двадцатки" как в следующем году, так и на всю среднесрочную перспективу.
Возможен ли конфликт интересов между странами, экономика которых пойдет по разным векторам?
Масленников: Конфликт интересов есть, поэтому "двадцатка" и стала главным форумом международной экономической координации. На профессиональном языке она называется перебалансирование глобального спроса. Под этим понимается существенное повышение в общемировом потреблении доли развивающихся стран, стран с формирующимися рынками, стран с низкими доходами. Для всех участников "двадцатки" - это означает де-факто смену модели экономического роста.
Развивающиеся страны должны больше переключаться на внутренний спрос и решение социальных проблем. Развитые экономики обязаны наращивать технологические производства, модернизировать инфраструктуру и так далее. Процесс этот уже начался, но идет он медленно. Плюс этому мешают бюджетные дефициты и суверенные долги в развитых странах.
Нередко также неубедительность планов среднесрочных финансовых консолидаций в этих экономиках. Напомню, что в США и Японии среднесрочный план финансовых консолидаций пока вообще отсутствует.
Практически у всех стран-участниц "двадцатки" есть внутренний конфликт между задачами финансовой стабильности и стимулированием роста занятости. При этом многие не оправдывают ожиданий партнеров в скорости реализации необходимых и уже согласованных решений.
По сути, "двадцатка" соткана из конфликтов интересов, но в этом-то ее и предназначение - находить компромиссы, когда взаимные обязательства стран не позволяют, чтобы взорвался котел глобальной экономики.
Какая страна, которая находилась долгое время в тени, может в экономическом плане сделать скачок в 2013 году?
Масленников: Если главные риски, о которых мы говорили, будут сняты или ослаблены, то шанс есть у многих. Но в большей степени им смогут воспользоваться страны Латинской Америки за исключением Аргентины, где главная задача ближайшего времени уйти из-под угрозы суверенного дефолта. А также страны Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). Прежде всего, это может произойти за счет усилий по продвижению идеи создания зоны свободной торговли.
Китай долгое время называли главным драйвером мировой экономики. В следующем году он сохранит этот имидж?
Масленников: Китай останется одним из драйверов экономического роста, но не будет главным. Причем ситуация в экономике у КНР ожидается сложная. Правда, в последние несколько недель динамика основных показателей говорит о том, что пик фазы замедления позади.
Показатель PMI (Индекс деловой активности в промышленной сфере) в ноябре превысил 50 пунктов. Это означает, что можно ожидать оживления деловой активности. Правда большая часть экспертов полагает, что с выводами относительно Китая нужно подождать. Только выбрано новое руководство, а такие события по традиции должны сопровождаться как минимум не ухудшением ситуации в экономике.
Всем давно ясно, что экономический потенциал модели КНР, которой страна обязана своими успехами, исчерпан. А многие детали к переходу роста по-новому пока непонятны и неизвестны. Но все негативные последствия проявятся, скорее всего, только в 2014 году. А в 2013 все будет относительно плавно. Так что с имиджем Китая, как главным драйвером экономики, особенно ничего не случится.
Я вообще-то придерживаюсь того, что основные драйверы - это США, еврозона и Китай. Причем если удастся уйти от "фискального обрыва", то главным стимулом в экономике будут именно Штаты.
То есть вас обнадеживают перспективы еврозоны и США на будущий год?
Масленников: Как я уже сказал, "фискальный обрыв" США все-таки обойдут, и рост экономики страны составит выше 2,2 процента. Также будет наблюдаться стабилизация рынка жилья и рост промышленности, опережающий ВВП. Некоторые эксперты прогнозируют, что он составит 4 процента. Безработица же снизится за год на 0,5-0,6 процента.
Что касается еврозоны, то ее в следующем году ожидает определенный выход из рецессии. Наконец-то начнется процесс формирования банковского союза, наполнение ресурсами европейского механизма стабильности, который должен приходить на смену европейскому фонду.
Также мы увидим поэтапную реализацию положения бюджетного пакта и пакта о содействии экономического роста и занятости. При этом все-таки сохраняются риски обострения локальных долговых кризисов. Но в целом, ситуация ожидается стабильной.
Масленников: Во-первых, она состоялась и это уже результат, заслуживающий внимания. Ее рекомендации дали толчок реформам национальных финансовых секторов, бюджетным консолидациям и структурным реформам: рынок труда, социальные отрасли и так далее. В итоге дефицитов и долгов мире стало значительно меньше. И то, что этим процессом при всех сложностях можно управлять доказывается сохранением еврозоны.
Во-вторых, очень важно, что экономический мир не сорвался благодаря "двадцатке" в протекционистскую войну всех против всех. Мораторий на меры торгового и валютного протекционизма действует, и несколько раз продлевался решением именно "двадцатки". И сейчас он продлен до 2015 года.
В 2008 году с началом кризиса, правда, доля всемирной торговли, обремененная защитными мерами, выросла с 1 до 3 процентов, но могло быть значительно хуже - это могли быть 10 процентов, если бы не было консолидированных решений, принятых в рамках "Группы двадцати". То есть международная конкуренция устояла, и мотор глобальной экономики продолжает работать.
В-третьих, принято огромное количество решений по стандартам деловых практик. Политики, как правило, не говорят о них, считая это специальными отраслевыми вопросами. Тем не менее, новые правила уже активно внедряются и пример тому Basel-3.
Какие политические и экономические дивиденды может получить Россия от председательства в G20?
Масленников: Мы получаем уникальную возможность использовать потенциал и опыт группы G20 для достижения долгосрочных целей экономической политики, позиционирования России в мировом хозяйстве и повышение роли страны в управлении глобальной экономикой. Для нас это шанс продвинуть свои национальные интересы.
Также появится возможность скорректировать свои внутренние планы структурных реформ с учетом вероятной скорости решения аналогичных проблем у партнеров по "двадцатке".
Я ожидаю, что по итогам нашего председательства у нас будет больше понимания решения вопросов улучшения инвестклимата, стимулирования частных вложений, повышения прозрачности госрегулирования и роста его эффективности.
Справка
Если сенаторы не договорятся о сокращение дефицита бюджета США на 2013 год, то произойдет так называемый "бюджетный обрыв", он загонит американскую экономику в лучшем случае в стагнацию, а в худшем - в новый кризис.