Алексей, эксперты, проанализировавшие результаты исследования, считают, что среди молодых людей, достаточно патриотичных, немало таких, кто предпочитает отстраненно "испытывать гордость за великие достижения страны", но согласны что-либо делать, только если замаячит осязаемая и быстрая личная выгода. Какие мысли все это у вас вызывает?
Алексей Герман: Не любовь молодежи к родине декларативна, а пропагандистский язык, на котором с ней разговаривают чиновники, декларативен. Мы же не в 1975 году живем, в закрытом государстве, а в открытом и очень информационно плотном мире.
А разговоры о патриотизме ведутся с молодежью во всех странах. И я уверен на сто процентов, что у нас нормальная молодежь. И ей, чтобы быть патриотичной в хорошем, а не истерическом понимании этого слова, нужно уважать свою страну, уважать своих сограждан, знать свою историю и понимать, что страна идет вперед. Но проблема вот в чем: нельзя источник сил искать только в прошлом. Да, бывает так, что человек, хорошо поживший, считает, что все хорошее осталось позади, просто потому, что жизнь его заканчивается. Но стране нельзя искать вдохновения только в прошедшем времени. Ты начинаешь в него погружаться, а значит, меньше видишь и понимаешь современность.
Нельзя жить только прошлым - это вовсе не означает, что не надо делать хорошие фильмы о войне. Надо! Не означает, что не надо проводить акцию "Бессмертный полк". Надо! Но помимо этого, мне кажется, важно, чтобы в стране происходили прорывы, которые объединяют. Условно говоря, надо полететь на Луну. А с другой стороны, у людей должно быть чувство справедливости...
И пока таких прорывов в будущее не будет прежде всего в науке и искусстве, а это дает ощущение возможности самореализации, мы будем считать, что патриотизм - это любовь к одному прошлому, вместо того чтобы любить еще и свою землю здесь и сейчас. И результаты ожидаемы.
И все же такое впечатление, что нынешнее поколение говорит на языке, который трудно или почти невозможно понять старшим. И речь даже не о словах, а о приоритетах...
Алексей Герман: Да, они абсолютно иначе говорят и существуют. Хотя бы на видеоблогеров посмотрите. Проанализируйте, как они общаются со своими аудиториями. Это язык адекватных людей. На нем же надо говорить и с ними. Потому что нельзя к поколению, которое общается на современном русском 21-го века, обращаться на совковом. Заставить их принять тот стилистический формат не получится. Разве что придется отключить Интернет.
Джордж Оруэлл, не самый глупый человек, известный писатель, в свое время сказал, что нет патриотизма там, где речь идет о налогах. На днях СМИ рассказали, что 40 процентов российских миллиардеров, ведущих бизнес за рубежом, отказались платить в казну, став налоговыми нерезидентами... Что пробуждает в молодом человеке такой образец "любви к родине"?
Алексей Герман: Во-первых, вы сопоставляете поколение миллениума с поколением, которое в девяностые стало бизнесменами, чаще всего на продаже сырья. Оно ни в чем примером для молодых не является. Чтобы не уезжали айтишники, надо упрощать налоговую историю, беречь этих людей внутри страны. Если стартапер понимает, что ему помогают, уважают и ценят, он не будет заниматься офшорами... И еще. Образцы у нас разные и бизнес российский разный. Есть "Яндекс", есть "Рамблер", есть Дымов, который открыл сеть книжных магазинов "Республика".
Как вы считаете, можно ли быть патриотом и при этом жить не в России? Тургенев был патриотом, с вашей точки зрения?
Алексей Герман: Да, можно. Но не надо ставить людей перед чудовищным выбором между любовью к родине, желанием остаться с корнями, в своей культуре и возможностью работать по своей специальности, развиваться и при этом достойно обеспечивать семью. Среди моих знакомых многие, кто уехал, хотят вернуться. Это очень некомфортно жить в другой культуре. Но вот вопрос, что их ждет, если не будет работы, жилья? Я считаю, что это некорректный вопрос, что для вас важнее - будущее ваших детей или любовь к родине? И то, и другое!
Вам, Алексей, просто отвечать на вопрос, патриот ли вы?
Алексей Герман: Мне просто. Я люблю свою страну, понимаю, что она очень разная, в ней много чего намешано - и хорошего, и плохого. Я считаю, что мое место здесь. Потому что в страну надо вкладывать, чтобы она развивалась. Но я отделяю себя от большого количества жуликов, популистов и истериков, которые каждый день трясут своим патриотизмом на телешоу и пытаются извлечь из него какие-то прибыли. Я патриот в осознанном, где-то даже выстраданном ощущении моей сопричастности моей родине. Я не люблю делений на патриотов и демократов. Что, демократ не может быть патриотом? А что, патриот не может быть демократом? Ерунда. Но мы живем, к сожалению, в истерическое время, где нормальные голоса не слышны, а слышны только громкие спекуляции. Вот это плохо для страны.
Каким сегодня, на ваш взгляд, должен быть формат разговора с молодежью о Великой Отечественной войне, о ее жертвах, о героизме советских людей? Вот вы лично как бы хотели, чтобы с вами разговаривали на эту тему?
Алексей Герман: Ответ простой. Не думаю, что язык, к примеру, прекрасных советских фильмов "В бой идут одни старики" или "Аты-баты шли солдаты" нужно менять. С молодыми нужно разговаривать талантливо, так, чтобы в душе после кино что-то осталось. А у нас выходит дикое количество якобы современных военных фильмов, один хуже другого. Я понимаю, что Николай Хомерики или Алексей Попогребский могли бы снять о войне. Это талантливые люди, которые пропускают весь материал через себя. Но, к сожалению, мы делаем ставку на большое количество не талантливых, но управляемых. Но ведь вся патриотическая русская культура - это люди искренние, честные, но не послушные "солдатики". Думаю, что помощь государства и минкультуры по тематике Великой Отечественной войны должна быть более прицельной, адресной.