13.02.2023 21:40
Власть

Как российские спасатели и медики вытаскивают пострадавших из бездны после землетрясения в Турции

Текст:  Анна Ковалева ("Российская газета", Кахраманмараш)
Российская газета - Федеральный выпуск: №32 (8977)
Турция после землетрясения висит, как дом над пропастью. МЧС России одно из первых протянуло терпящим бедствие руку помощи. Спасатель МЧС идет на гору завалов. Карабкаюсь за ним. Его зовут Андрей Туманов, он начальник поисково-спасательного подразделения отряда "Центроспас" МЧС России. Дома у него стоят наготове сразу три тревожных рюкзака на все климатические зоны. И там либо пуховик, либо шорты. На сборы - час.
Читать на сайте RG.RU
Корреспондент "РГ" провел день со спасателями МЧС на разборе завалов

Сначала быстро рассматриваем план. На этом месте стоял 8-этажный дом. Один подъезд, с лифтом, паркингом, а на первом этаже - магазины. Гостиная, столовая, спальня и детская. Теперь груда обломков.

- Здесь живых нет. Нам собака показывала два раза, что есть, мы бились в течение двух суток, пробивали тоннели, - скупо роняет слова Туманов. - Когда нашли, люди были мертвы. От завалов уже пошел устойчивый характерный запах. Видим везде одну и ту же картину: люди на своих постелях лежат, прижатые бетонной плитой, ведь все произошло в 4 утра.

В Турцию прилетели 6 спасательных расчетов с выученными собаками породы малинуа - вид бельгийской овчарки. Одна работает по трупам, остальные - по живым. Не удивляйтесь - они тренируются отдельно, у них разные технологии обучения. У пограничников свои, у таможенников свои, а у нас на поиск живых и на поиск мертвых.

Аналитики оценили ущерб Турции от землетрясений

На этом объекте разгребают завалы девять человек: восемь спасателей и врач. Всего же российских специалистов МЧС сейчас в Турции около 200. Работа осложняется продолжающимися афтершоками. Оборудование - буры, гидравлические домкраты, инструмент для перерезания арматуры и раздвигания фрагментов бетонных плит - привезли с собой из России. Турецкая сторона дает краны и экскаваторы. Приезжают ребята и с "акустикой". С собой аварийно-спасательный инструмент для поисковых работ и деблокирования пострадавших: эндоскопы, акустические приборы поиска, георадары. Есть датчики движения, мини-камеры, тепловизоры и приборы ночного видения. Они позволяют обнаружить человека в завале на глубине до 4,5 метра! Если приборы покажут живого - дальше пойдет штурмовая группа. Спасатели начинают ломиться через бетон и арматуру.

Помогают и беспилотники. На обширных разрушениях проводят разведку и мониторинг с воздуха.

Российские спасатели единственные, кто работает круглосуточно.

- У нас три смены, по восемь часов. Так больше никто не делает, ночью никто не работает, а мы - круглосуточно. Пока есть надежда - мы раскапываем.

Местные обнимают спасателей, благодарят и пытаются угостить, приносят вкусные лепешки или фрукты.

Датчики движения, мини-камеры, тепловизоры, приборы ночного видения помогают обнаружить человека в завале на глубине до 4,5 метра!

На завалах замечаю и полицейских. Что они тут делают?

- Сегодня мы нашли здоровенную кастрюлю денег, - рассказывает Туманов. - Сначала мои ребята пришли и принесли планшет, в чехле которого была пачка долларов. Сразу доложили на базу и вызвали полицейских. Полиция появилась быстро, мы все им сдали. Выдохнули, копаем дальше. И тут 150 тысяч долларов плотно сложены в пачках и накрыты эмалированной крышкой. Никто из спасателей таких денег не видел. Мы находим оружие, золото и бриллианты. Разумеется, вызываем полицию.

Как российские спасатели помогают искать людей под завалами в Кахраманмараше

Уже спустя несколько часов после первых толчков спецборт с российскими спасателями доставил в зону бедствия аэромобильный госпиталь. Он приземлился в самом эпицентре землетрясения - в Кахраманмараше. Вначале медицинский модуль хотели разместить в местной больнице, но здание накренилось и грозило обрушением. С трудом во всем городе нашли единственную ровную площадку. На ней и установили надувные пневмокаркасные модули - они крепятся на подпорах, а внутреннее атмосферное давление 0,2 атм позволяет выдерживать большие нагрузки.

40 сотрудников аэромобильного госпиталя - медперсонал и инженеры, обеспечивающие модули электричеством, теплом и водой. У них колоссальный опыт работы - в Сирии, Китае и даже в условиях Арктики при минус 50 градусах. Госпиталь работает круглые сутки в две смены: с 8:00 до 20:00 и с 20:00 до 8:00.

- Только за вчерашний день приняли днем 166 человек, в ночь к нам доставили еще 33 раненых, - говорит заместитель начальника отряда "Центроспас" МЧС России Артем Рогожников.

В Турции арестовали почти 60 человек по обвинению в мародерстве после землетрясений

Госпиталь может работать в абсолютно автономном режиме: с собой топливо с расчетом на 10 суток, питание и резервные генераторы.

Открываются двери травматологии, а точнее, модуль-палатки. Тут есть все, в том числе рентгеновская установка. Пациент: мужчина 37 лет со множественными переломами. Бригада травматологов выполняет иммобилизацию с помощью гипсовых лангет, нужно обеспечить полную неподвижность. Сейчас главное - стабилизировать состояние пациента, а потом эвакуировать.

Кто и куда их отвезет? Пострадавших направят в ближайшие стационары, которые нашим спасателям показал турецкий минздрав. Например, устоявшая после землетрясения Университетская клиника Кахраманмараша в 15 минутах езды отсюда. От часа до восьми часов - столько времени у российских медиков на одного человека, пока турки решают, куда транспортировать раненого.

Отделение интенсивной терапии. Пищит аппарат мониторинга, дышит помпа искусственной вентиляции легких.

- Это наш реанимационный блок. Здесь люди с обмороками, инфарктами миокарда. Если куда-то нужно экстренно, мы в составе центральной санитарной авиации с нашим мобильным оборудованием и с пациентом можем вылететь куда угодно! На машине, вертолете или самолете, - рассказывает врач, реаниматолог-анестезиолог Федерального центра медицины катастроф имени Пирогова Алексей Завальский.

В следующем модуле - врач-педиатр и терапевт. Стоит прибор ЭКГ и аппарат ультразвука. Много пострадавших с переохлаждением. И, конечно, у переживших стресс людей обострились старые болячки и хронические заболевания. В палатке, как в хорошем стационаре - медицинские кушетки с чистым бельем, яркое освещение, работающие мониторы, комплект медикаментов. Турки заходят сюда, как в свою больницу.

Все рассчитано до метра и до минуты, все удобно и под рукой. У каждого врача есть свой переводчик и свой волонтер, многие со знанием медицинских терминов. Перевод синхронный, можно сказать идеальный, при личном общении и по телефону.

Волонтер Ольга Шантина облокотилась на столик хоть минутку передохнуть. Она родилась в Алма-Ате, из Казахстана переехала в Турцию 25 лет назад. Здесь живет в Газиантепе, ее квартира тоже пострадала от землетрясения. Ольга оставила детей у подруги в одноэтажном частном доме для безопасности. Из российского консульства позвонили, пригласили поработать как переводчика. Она тут с первого дня и до сих пор:

- Перевожу с турецкого на русский. Бабушка одна вчера ночью упала, пришла к нам - зашивали ей руку. Позавчера поступил малыш 11 месяцев с термическими ожогами, горячим чаем облился возле костра. Две ножки обработали ему. Маленьких детей до сих пор откапывают из-под камней...

У тех, кто работает на завалах, тоже бывают травмы, их везут к русским. А накануне рядом с госпиталем произошло ДТП - пострадавших тоже привезли сюда в МЧС.

Спецслужбы Турция