Его отец, известный советский волейболист и тренер Борис Гребенников, уехал во Францию более 30 лет назад. Женя родился и вырос в городе Ренне, поиграл в разных клубах, но последние пять лет выступает за санкт-петербургский "Зенит". В каком состоянии российский волейбол, можно ли бороться за титул с казанским "Зенитом", который находится на вершине третий год подряд, и каково жить в Петербурге, Женя Гребенников рассказал в интервью "РГ".
Чем текущий сезон, на ваш взгляд, отличается от предыдущих? Все-таки для вас это уже пятый год в России…
Женя Гребенников: Не могу выделить что-то особенное. Мы, как и в прошлом сезоне, работаем с Владимиром Алекно. С его приходом в клубе многое изменилось, все стало более профессионально. Сейчас все организовано так, чтобы мы думали только о волейболе.
Если сравнить уровень нынешнего чемпионата с тем, когда вы только пришли сюда, он сильно изменился?
Женя Гребенников: Главное отличие в том, что команды, которые пять лет назад считались слабыми, очень подтянулись. У каждого соперника буквально приходится выгрызать очки. Да, по-прежнему есть 5-6 команд, которые претендуют на медали, но остальные им дают серьезный бой.
Как считаете, ваш "Зенит" уже готов к тому, чтобы свергнуть с вершины казанских одноклубников?
Женя Гребенников: Ну, вот в полуфинале декабрьского Суперкубка они нам показали, что на сегодняшний день сильнее нас (3:2 (25:20, 25:17, 18:25, 23:25, 15:12). - Прим. "РГ"). Игра была хороша: жаль, что мы в нее вошли только с третьей партии. Очень хотелось порадовать своих болельщиков, турнир ведь проходил на нашей площадке. Мы стараемся становиться лучше каждый день, но "Зенит-Казань" пока сильнее. Да, мы их обыграли в рамках предсезонного Кубка Победы, но пока это все, чем можем похвастать.
Нет ли у вашей команды какого-то психологического блока перед "Зенитом-Казанью"?
Женя Гребенников: У меня нет точно. Но соглашусь, что каждый ментально должен быть готов к таким матчам. Надо спросить у других, что у них творится внутри.
Тем не менее, наверное, уже сейчас можно говорить, что приход Владимира Алекно, тренера-победителя, добавил команде уверенности в своих силах. Ведь это человек с чемпионским менталитетом…
Женя Гребенников: Конечно. Достаточно посмотреть, сколько всего он выигрывал. Очень важно присутствие таких людей, потому что у нас много молодых игроков, которым еще только предстоит выйти на высочайший уровень и одерживать большие победы. Алекно показывает нам дорогу.
Вы тоже - носитель чемпионского ДНК. У вас за плечами два олимпийских золота в составе сборной Франции.
Женя Гребенников: Это да, но в России я пока ничего толком не выиграл.
Вы играете за сборную Франции на международных турнирах и можете оценить уровень российского волейбола со стороны...
Женя Гребенников: Турниры сборных и клубные соревнования - совершенно разные вещи. В одном случае - речь о лучших игроках мира, в другом - о командах. Поэтому мне трудно ответить на ваш вопрос. Могу сказать, что в России более "физический" волейбол, с упором на силу. В последний раз я играл против российской команды в финале Олимпиады в Токио в 2021 году. Мы выиграли, но тогда Россия была очень хороша. Думаю, в этом плане мало что изменилось.
В России появилось много молодых ребят. Они не уступают по уровню тем, против кого вы играли в Токио?
Женя Гребенников: Опять же, сложно судить. Волейбол не стоит на месте, он прогрессирует. Пока россияне не вернулись на международную арену, никто не даст сто процентов, что они начнут выигрывать все подряд. Но лично я считаю, что уровень российской молодежи - очень высокий.
Когда российский волейбол оказался в изоляции, трудно было принять решение остаться в "Зените"?
Женя Гребенников: Я не мог просто взять и уйти. У меня на руках был действующий трехлетний контракт. Расторгаешь - платишь штраф. Но главное, я и не хотел никуда уходить. Кто по своей воле захочет уезжать из Питера? (улыбается).
Во Франции на вас косо не смотрели?
Женя Гребенников: Лично ко мне отношение вообще не изменилось. С федерацией никаких проблем не возникло, я продолжил спокойно выступать за сборную.
За время пребывания в Петербурге вы, наверное, уже неплохо изучили город?
Женя Гребенников: Ну, как вам сказать. Каких-то особых предпочтений нет. Например, мы очень любим гулять по Невскому проспекту. А так, конечно, появились места, где всем нам - супруге, детям - нравится бывать.
Все музеи уже посетили?
Женя Гребенников: Был в Эрмитаже, круг сделал, но там очень много всего, что можно и нужно посмотреть.
Эрмитаж или Лувр?
Женя Гребенников: В Лувре тоже интересно, да и Париж я люблю. А в Эрмитаже, кстати, выставлено очень много работ французских художников.
Вы родились в русской семье, но все равно сейчас говорите по-русски с акцентом.
Женя Гребенников: Тут никуда не денешься. Русский язык был только в семье. Все остальное время общение проходило только на французском.
По менталитету чувствуете себя больше французом или русским?
Женя Гребенников: По паспорту я француз, родился во Франции, 22 года провел в этой стране, прежде чем уехал продолжать карьеру в Германию. Сейчас я пятый год в России и, конечно, чувствую себя русским. Стараюсь поддерживать контакты с родными, которые здесь живут. Например, в Нижнем Новгороде у меня живет двоюродный брат. Пытаюсь читать по-русски, и уже получается, дети немного по-русски уже говорят.
Когда вы только приехали в Россию, чувствовали, что это ваша вторая родина или приезжали как бы за рубеж?
Женя Гребенников: Конечно, приезжал как на родину. Мне всегда было интересно оказаться здесь, попробовать местную кухню, узнать что-то из истории моей семьи. Увидеть снег, здешнюю архитектуру, посмотреть, как живут люди. Плюс интересно было пожить в большом городе. До этого я только в маленьких городах играл.
Уже успели попутешествовать по другим городам, если вынести за скобки поездки с "Зенитом"?
Женя Гребенников: Честно говоря, вообще нет времени. По окончании сезона здесь я сразу уезжаю в сборную. А так, конечно, хотелось бы побывать в Москве, в Казани, которую много хвалят. Хотелось бы слетать в Сочи. Но времени так мало, что я даже весь Питер толком не увидел.
Где волейбол популярнее, в России или во Франции?
Женя Гребенников: Во Франции в большей степени культивируются футбол, гандбол, баскетбол, регби. Хотя после того, как мы выиграли две Олимпиады, и на волейбол обратили внимание. Но в России волейбол, наверное, все же популярнее. В Питере его очень любят. Меня даже на улицах здесь узнают.
Ваш отец - волейболист, а ныне тренер. У вас были шансы оказаться в другом виде спорта?
Женя Гребенников: Были-были. В детстве я в хоккей некоторое время играл. Потом наступил момент, когда надо было выбирать, и я выбрал волейбол. Отец стал тренером первой команды в моем городе, и продолжать карьеру было проще именно в этом виде спорта.
Хоккей - не самый очевидный выбор для Франции…
Женя Гребенников: Это да, но у меня отец поигрывал в хоккей и предложил мне, мол, попробуй. Я на роликах неплохо катался, пошел на каток, хорошо стало получаться. Но все-таки вид спорта дорогой. Одна экипировка чего стоит. Да и в волейболе дела лучше шли. Поэтому хоккей бросил.
В Петербурге на матчи хоккейного СКА выбирались?
Женя Гребенников: Да, ходил три-четыре раза, когда они еще на СКА-Арене играли. Там просто шикарно. Когда время появится, хочу еще на хоккей сходить.
Сами не думали встать покататься, вспомнить юность, так сказать?
Женя Гребенников: А если травму получу? Это ж катастрофа будет (улыбается). В контракте большие штрафы прописаны. Так что рисковать пока не буду.