Алексей, объясните, что такое гуманоидные роботы и чем они отличаются от остальных?
Алексей Живов: В широком понимании гуманоидный робот - это технически сложное устройство, стилизованное под человека и адаптированное для работы в человеческой среде. В отличие от андроида, который полностью копирует внешний вид и поведение человека, гуманоид лишь воспроизводит базовые элементы анатомии - руки, ноги, голову и сенсорный комплекс, частично имитирующий органы чувств. Главная цель такого робота - эффективное взаимодействие с инфраструктурой, разработанной для людей.
Что представляют собой эти "умные" роботы? Что они умеют делать и какие работы будут выполнять или уже выполняют?
Алексей Живов: Уже сегодня гуманоиды применяются в шоу-бизнесе, на стройках и в промышленности, а через 5-10 лет они займут место в военной сфере - сперва в поддерживающих, а затем и в боевых функциях. Учитывая темпы развития искусственного интеллекта, к 2030 году гуманоиды смогут выполнять практически весь спектр человеческого труда - от бытовых и сервисных задач до инженерных и военных операций. Они будут строить, производить материальные ценности, ухаживать, спасать людей, исследовать космос.
Параллельно формируется смежный сегмент - андроиды бытового назначения (слуги, сиделки, компаньоны), превращающий научную фантастику в коммерческую реальность. Примечательно, что подобные сценарии предсказывались в художественных произведениях еще десятилетие назад. В частности, писатель Пелевин многократно поднимал эту тему в своих романах. Остановить этот прогресс может лишь масштабный катаклизм или сознательная технологическая стагнация. Те государства, которые не успеют встроиться в "поезд роботизации", рискуют остаться за бортом новой индустриальной эпохи.
Кто лидирует в области "умного" роботостроения - Китай или США?
Алексей Живов: Китай занимает доминирующее положение в массовом производстве гуманоидных и человекоподобных роботов, однако уступает США в технологических параметрах, прежде всего по энергоэффективности и длительности автономной работы. Американские решения демонстрируют более совершенные системы управления движением и балансом, а также более глубокую интеграцию с искусственным интеллектом.
Производство гуманоидов уже вышло на уровень малых серий. В Китае сборочные линии выпустили порядка 10 тысяч единиц, тогда как в США пока речь идет о сотнях штук в год. Однако 2026-2027 годы обозначены крупнейшими производителями как период масштабирования промышленного выпуска. Совокупные планы ведущих игроков предполагают выпуск сотен тысяч машин.
Наверное, даже простейшие из этих роботов жутко дорогие и по карману только госпредприятиям и крупным фирмам?
Алексей Живов: Экономика масштабов и совершенствование технологий уже делают гуманоидов финансово доступными. Их стоимость сопоставима или даже ниже расходов на труд мигрантов. Ожидается, что цена робопсов (роботов, созданных с целью имитации поведения собак) закрепится в диапазоне 5-30 тысяч долларов, а гуманоидов - 30-100 тысяч. Кстати, китайские компании уже предлагают тяжелых строительных роботов стоимостью около 100 тысяч долларов. А в сегменте домашнего использования наиболее дорогими станут андроиды-компаньоны, выполняющие функции помощников, воспитателей и социальных партнеров.
Вы сказали, что в США создаются наиболее технологично продвинутые образцы. В чем особенность американского роботостроения и кто там создает гуманоидных роботов?
Алексей Живов: В США над робототехническими платформами работают десятки стартапов. Лидирование сохраняют компании Илона Маска (Tesla Optimus) и Boston Dynamics. Они обладают глубокими техническими наработками и близки к полноценному серийному производству. Маск, владея развитой космической инфраструктурой, потенциально способен конвертировать свои наработки в распределенную сеть автономных роботов, пригодных для применения в оборонной сфере. То есть возможное вторжение в условный Иран в 2035 году будут делать десятки тысяч полностью автономных роботов на спутниковой связи, доставленные беспилотными платформами.
Какие есть конкретные достижения, образцы? На что способны эти чудо-механизмы?
Алексей Живов: Современные достижения в области управления движением, сенсорики и искусственного интеллекта фактически вывели гуманоидов на уровень среднего человека по функциональности. Они уже способны двигаться, координироваться, выполнять рутинные производственные операции и демонстрировать элементы пластики и боевой динамики. Новое поколение систем управления делает их адаптивными, а дальнейшие успехи машинного обучения позволят роботам действовать в меняющейся среде почти без вмешательства оператора.
Значит, лидерство в этой области пока за США и Китаем?
Алексей Живов: Совершенно верно. Причем США уступают Китаю в масштабах производства и себестоимости, но превосходят по архитектуре систем, энергоэффективности и уровню автономности. Основным уязвимым звеном Китая остается зависимость от поставок полупроводников, прежде всего чипов с Тайваня. Этот фактор добавляет геополитической напряженности, поскольку борьба за технологическое лидерство в роботостроении во многом совпадает с вопросом контроля над тайваньской микроэлектроникой.
У каких стран еще есть интересные разработки в этой сфере?
Алексей Живов: Япония и Южная Корея сохраняют статус технологических пионеров. Honda создала первую по-настоящему функциональную платформу ASIMO, а Hyundai в партнерстве с американской Boston Dynamics разрабатывает промышленные и сервисные решения, совмещающие инженерное качество и адаптацию к человеческой среде. Европейские страны - Испания, Великобритания, Германия - также активно включились в разработку человекоподобных роботов.
А можно ли использовать "умных" роботов в военных целях?
Алексей Живов: Конечно. Несмотря на публичные заявления разработчиков о "мирных" целях, гуманоидные платформы объективно являются технологиями двойного назначения. Универсальный дизайн и мощные алгоритмы управления позволяют использовать одну и ту же платформу как для логистики, так и для участия в боевых операциях. В течение ближайших пяти лет гуманоидов начнут интегрировать в тыловые и вспомогательные подразделения, а ближе к середине 2030‑х появятся первые боевые версии, действующие как автономно, так и под контролем оператора по типу FPV‑дрона.
Подтверждением данной тенденции служат наблюдения с линии фронта на спецоперации - противник уже тестирует китайских робособак. С учетом гибкой структуры военных закупок, можно ожидать появления и китайских гуманоидов, адаптированных под военные нужды. Так что, если спецоперация затянется, роботы-гуманоиды вполне могут появиться у ВСУ. Американские же системы, вроде Optimus, вероятнее всего, останутся под контролем Пентагона и будут применяться только внутри американских военных программ.
А что происходит в этой сфере у нас?
Алексей Живов: О нас пока мало что можно сказать. Из хороших новостей: в России ведутся экспериментальные проекты в области андроидных технологий. Недавняя демонстрация Сбербанком собственного гуманоида президенту России вызвала широкий общественный резонанс, став медийным символом того, что отечественная школа робототехники уже способна к практическим результатам.
Лично я уверен в двух вещах. В том, что русский инженерный гений способен создать что угодно, даже хорошего робота-гуманоида, а что он не сможет создать сам, то вполне может подсмотреть у конкурентов наша разведка. Но, к сожалению, сейчас российские роботы-гуманоиды - скорее дорогая игрушка, нежели серьезный экономический и технологический проект.
Сможем ли мы вклиниться в эту гонку или безнадежно отстали?
Алексей Живов: Хотя отрасль в России находится на начальной стадии, окно возможностей для технологического рывка все еще открыто. Для этого необходимо сместить акцент с демонстрационного эффекта на практическую прикладную роботизацию, особенно в военном и промышленном направлениях - именно они традиционно ускоряют прогресс. Основные барьеры - недостаток элементной базы, процессоров, материалов, а также отсутствие развитой инфраструктуры и инвестиций в отрасли смежников. Требуется формирование специализированных технопарков, обучение инженеров, проведение соревнований и грантовых программ. Ключевое условие успеха - наличие "длинных венчурных денег" и государственного стимулирования. Российская инженерная школа обладает мощным потенциалом, а достижения в ИИ и биоинспирированных системах могут стать фундаментом для собственной робототехнической экосистемы. В перспективе десятилетия возможна интеграция с отечественной спутниковой связью для создания распределенной роботизированной сети.
Каковы ваши прогнозы на обозримое будущее?
Алексей Живов: В целом, технологический прогресс ведет к эпохе, когда человекоподобные роботы постепенно займут значительную часть человеческих функций в труде, обслуживании и обороне. Мир вступает в стадию глубокой трансформации - от экономики к социальной структуре. И этот процесс уже необратим.