Банковский сектор продемонстрировал самый слабый результат с 2023 года. А доходность основного бизнеса банков опустилась до минимума впервые с 2021 года, составив всего 1,7% от работающих активов. Абсолютные показатели в отчетности - высокие, но общий тренд для отрасли - нисходящий. Согласно ожиданиям рейтинговой службы НРА, прибыль банковского сектора в 2026 году может составить 3,4 трлн рублей, т.е. будет еще ниже, чем в 2025-м.
Банки не отличаются от других секторов экономики, которые тоже переживают процессы, глубоко синхронизированные с общеэкономической стагнацией. Экономика демонстрирует признаки замедления: сокращение активности, снижение доходности и накопление рисков. По данным Минэкономразвития РФ, по итогам 11 месяцев 2025 года рост ВВП составил лишь 1% в годовом выражении, что в четыре раза ниже показателя 2024 года (4,3%).
Возвращение к прежним динамичным темпам роста экономики сегодня представляется сложнейшей задачей, особенно на фоне адаптации к новой налоговой нагрузке, жестких кредитных условий и западных санкций против России. "Охладить" экономику оказалось проще, чем запустить механизм устойчивого восстановления. Но "охлаждение" не может обойти стороной ни один сектор, включая финансовый.
Снижение чистой прибыли банковского сектора регулятор объяснил ростом стоимости риска по кредитам. Банки увеличили отчисления в резервы и операционные расходы, что "частично нивелировало рост чистых процентных доходов и чистых комиссионных доходов". Надо понимать, что к росту кредитного риска ведет ухудшение показателей работы гражданских отраслей. Не стоит рассчитывать на то, что в 2026 году ситуация в экономике волшебным образом изменится и кардинально улучшится. Оптимистичный сценарий, конечно, надо держать в уме, но опираться стоит на реалии.
А они таковы: рост кредитного риска и увеличение отчислений в резервы - это прямой путь к дальнейшему снижению прибыли банков. По итогам 2025 года стоимость риска ожидаемо выросла в корпоративном и розничном сегментах - на 0,6 процентных пункта (до 2,9% в сфере кредитования физлиц и до 1% - юрлиц). Рост кредитования, особенно в корпоративном сегменте, резко упал - с 18,1% в 2024 году до 11,8% в 2025-м.
Положительная динамика, которую отмечает регулятор, во многом обеспечивалась вынужденными заимствованиями отдельных отраслей. Например, нефтегазовый сектор на фоне падения выручки был вынужден искать источники для финансирования оборотных средств. Предприятия сферы оказания услуг и обрабатывающих производств проявили себя еще более чувствительными к изменениям, наблюдаемым в экономике, и значительно снизили свою кредитную активность.
То же самое можно сказать о населении: темпы роста кредитования физических лиц упали с 14,3% в 2024 году до 5,9% по итогам 2025 года. Потребительское кредитование продолжает снижаться в условиях высоких ставок и жесткой макропруденциальной политики. По данным ЦБ, за год портфель сократился на 4,6% после роста на 11,3% в 2024 году. Положительный вклад обеспечивали лишь льготные ипотечные госпрограммы. При этом задолженность населения по ипотеке только в декабре увеличилась на значительные 2,4%.
Нарастающие проблемы в банках - не изолированное явление, а прямое отражение шоков, испытываемых всей экономикой. Если состояние кровеносной системы ухудшается, это влияет на состояние всего организма. Так и здесь - состояние финансового сектора напрямую влияет на возможности предприятий других секторов, потому что он является кровеносной системой всей экономики.
Ключевым ограничением становится капитал. Формально совокупный норматив достаточности капитала Н1.0 выглядит обнадеживающе и уверенно - 13,3% на начало 2026 года. Однако эта цифра маскирует реальную картину: она "раздута" капиталом дочерних структур иностранных банков и расчетных организаций маркетплейсов, которые практически не участвуют в кредитовании.
Согласно оценкам регулятора, 7 из 12 системно значимых банков, ответственных за основную долю кредитов, уже находятся в состоянии дефицита капитала относительно целевых значений. Этот дефицит может достигать 800 млрд рублей, что вынуждает банки откладывать доходы и искать поддержку акционеров вместо финансирования экономики.
Влияет на ситуацию и возрастающее регуляторное и фискальное давление. С начала 2026 года Банк России повысил надбавки к нормативам достаточности капитала, ужесточил требования к кредитованию крупных заемщиков и ипотеке на ИЖС. Запланированное внедрение новых риск-ориентированных лимитов может затронуть четверть всех банков. Параллельно на сектор легла дополнительная налоговая нагрузка: введение НДС в размере 22% на операции с банковскими картами, которые ранее этим налогом не облагались, ударило по банкам сильнее, чем по многим другим отраслям. Все это происходит в момент, когда качество кредитных портфелей начинает ухудшаться: доля просроченной задолженности физлиц выросла за год с 3,6% до 4,6%, а ее объем увеличился на 30%. Стоимость риска растет как в розничном (до 2,9%), так и в корпоративном сегменте (до 1%).
В этих условиях отчетливо звучит запрос бизнеса и финансового сектора на последовательное и более решительное снижение ключевой ставки. Потенциал роста ВВП в 2026 году оценивается всего в 1%, а по некоторым оценкам, при сохранении ставки на высоком уровне он может составить около 0,3%. В 2025 году ЦБ взял курс на понижение ключевой ставки. Но ожидания рынка, которые предполагали снижение ставки до 14%, не оправдались: с июня по декабрь она уменьшилась на 5 процентных пунктов, до 16%.
В декабре ЦБ сообщил, что в 2026 году курс на понижение ключевой ставки "будет аккуратным и постепенным". Но многие ждут куда более уверенных шагов - например, снижения как минимум на 50 базисных пунктов уже на первых заседаниях 2026 года. Важность этого шага подчеркивается структурой кредитного рынка: доля корпоративных кредитов с плавающей ставкой достигла 65%, а значит, решение регулятора влияет не только на новые, но и на существующие займы. При этом альтернативные каналы привлечения капитала, такие как международные рынки, для российских компаний сейчас практически закрыты.
По мнению аналитиков, кризис в банковской сфере может обернуться системной угрозой для всей российской экономики. Жесткое регулирование и высокие ставки в период адаптации к новым условиям рискуют не "оздоровить", а подорвать кредитный канал. Резкие изменения в налогообложении или новые ужесточения нормативов в такой момент рискуют стать триггером для углубления спада.
Стабильность правил игры и предсказуемая, более мягкая денежно-кредитная политика сейчас важнее, чем когда-либо. Экономика и банковский сектор нуждаются не в закручивании гаек, а в выверенной поддержке, позволяющей восстановить капитализацию и возобновить финансирование роста. От выбора пути зависит, удастся ли переломить наметившийся тревожный тренд и избежать затяжной стагнации, цена которой для реального сектора и населения крайне высока.