Впрочем, ничего такого в нашумевшем интервью Associated Press Залужный снова не сказал, но между строк можно многое нафантазировать. Должен же генерал когда-нибудь определиться - посол он или очередной спаситель украинской нации. Но изменение тональности его высказываний - с нейтральных милитаристских теоретизирований на едва ли не попытку ревизии украинской военной и внутренней политики последних лет - стоит зафиксировать.
В свою очередь, боксер Александр Усик пошел дальше генерала, и желание возглавить страну, "если Бог даст такой шанс", подтвердил и даже заявил, что Зеленский ему совсем не друг, несмотря на подаренный тому чемпионский пояс. Правда, сказал это Усик не в интервью западному агентству, а в беседе с российскими пранкерами Вованом и Лексусом, представившимися польским президентом. И есть в этом ироничный символизм, когда кастингом украинских гетманов занимаются наши пересмешники.
Ленту многозначительных и символичных высказываний пополнил из-за решетки и экс-министр энергетики Герман Галущенко. В ходе риторической борьбы за снижение залога с 425 до 200 миллионов гривен экс-министр заявил, что по всем вопросам - имелось в виду состояние энергетики - он всегда общался напрямую с президентом Зеленским, минуя коррумпированных посредников вроде Тимура Миндича. И хотя ничего компрометирующего на первый взгляд в его словах не содержалось, украинские наблюдатели, помнящие фильм "Место встречи изменить нельзя", посыл считали верно: если президент не вытащит верного соратника из-за решетки, то фамилия Зеленского еще не раз прозвучит в его показаниях, уже в криминальном контексте.
Также стал известен источник недавнего заражения украинских депутатов диареей - понос имел исключительно политический патогенез. Как заявила депутат от "Слуги народа" Ольга Василевская-Смаглюк, депутаты - те самые хворые полсотни - попросту не хотят появляться в Раде, чтобы не голосовать. И повод для забастовки отнюдь не вдруг разболевшаяся совесть из-за понимания преступности принимаемых ими законов, а исключительно обида на то самое НАБУ, буквально замордовавшее их подозрениями. "Слуги народа" тоже требуют у хозяина защиты в обмен на сохранение лояльности, иначе они не встанут с горшка.
Из суммы этих интервью, заявлений, проговорок еще не следует, что во внутренней политике дела у Зеленского настолько плохи, что вот-вот можно будет наблюдать терминальную стадию распада его власти. Зная Зеленского, который, с одной стороны, свято верит в свою счастливую планиду, а с другой - привержен самым подлым и кровавым способам решения проблем, можно предположить, что он еще раз попробует закрутить гайки, "пропетлять", извернуться, отвлечь общественное внимание и выиграть еще месяц, полгода, год на президентском посту. Ресурс, в том числе силовой и финансовый, у него еще не иссяк. Но эрозия феодального договора между ним и властными кастами уже заметна. Все больше вассалов перестают видеть с ним будущее.
Впрочем, если разбирать поступающие с Украины сигналы, куда интересней сообщения с мест. И речь не о ежедневных видео беспредела ТЦК. Так, в среду в селе Чабаны Фастовского района Киевской области, где в 2022 году проживало около 5 тысяч человек, произошел, ни много ни мало, "государственный переворот". Именно так случившееся обозначил администратор Telegram-канала местного сельсовета. Из его сумбурного сообщения можно понять, что депутаты сельского совета составили заговор против и. о. главы и секретаря совета в одном лице по фамилии Соболева, и сместили ее с поста. "Их заговорщицкие действия зафиксированы, а соответствующие заявления поданы в полицию, минюст, прокуратуру и прочие правоохранительные органы", - говорится в последнем сообщении оттуда. Пока доподлинно неизвестно, что конкретно случилось в Чабанах и из-за чего возник конфликт, но то, что сами жители воспринимают свое село государством и описывают происходящее в соответствующей лексике, стоит едва ли не дороже интервью Залужного. Потому что настоящая смерть украинского государства произойдет не с отставкой Зеленского, а когда начнется дележ власти в конкретных селах и наступит эпоха воюющих хуторов. И этот момент, кажется, уже не так далек.