Перед ним останавливались смертельно опасные течения. Его вырвали из лап смерти - тяжелораненого вынесли с поля боя товарищи. Все благодаря характеру, судьбе и материнской молитве.
"Обливался холодным адреналиновым потом…"
- Медведь? Опасный зверь. Не раз заставлял меня обливаться холодным адреналиновым потом, - неспешно говорит знаменитый дальневосточный путешественник Максим Харченко.
На Нижнем Амуре медведи - признанные хозяева тайги. И разбитая на ночь палатка одинокого путешественника с ароматами еды и запахом человеческого тела выводит их из себя.
Ночью они подходят к палатке, шумно ее обнюхивают. Могут когтистой пятерней проверить ее на прочность. Однажды коготь хозяина тайги проткнул палатку и бритвой сверкнул возле самых глаз Максима. В эту минуту он вжался в землю и почти не дышал.
- Самое страшное, когда медведь вдруг перестает тебя обнюхивать. Сразу мысль в голове, что он что-то задумал, - говорит Максим.
В такие моменты он начинает громко хлопать в ладоши и выкидывает из палатки зажженный фальшвейер. Ему везет. Косолапые ретируются.
Максим родился и вырос в городе Находка, рос уличным, шустрым и любознательным. С детства был знаком со знаменитыми путешественниками братьями Федором и Павлом Конюховыми. Они жили в поселке Береговой, недалеко от Находки. Максим часто приезжал к ним, мог часами, не дыша, слушать рассказы молодых и азартных братьев.
"Павел Конюхов, бывало, шутливо заденет меня пальцем под ребро и скажет: "Максим, неужели все наши разговоры зря?" - улыбается Харченко. Оказалось, не зря.
"Ангел мой, будь со мной…"
Окончив геологический факультет университета, Максим отправился в свое первое путешествие на велосипеде от Находки до Санкт-Петербурга. За три месяца доехал до Красноярска и с удивлением узнал, что зима в Сибири может начаться в конце сентября. Он не был к этому готов и вернулся назад. Неудача парня только закалила. А в 1995 году он на велосипеде доехал уже до Кемерово. Навсегда запомнил слова одной женщины: "Я бы своего сына никогда не отпустила в такое путешествие…" А мама Максима отпускала, она чувствовала и понимала душу своего сына.
- Мама написала мне на листочке молитву: "Ангел мой, будь со мной. Ты впереди, я за тобой". С тех пор я во всех своих путешествиях, в самые трудные моменты читаю ее. Помогает, проверено!" - рубит ладонью воздух Максим Харченко.
Пришло время, и он увлекся книгами о путешественниках, первооткрывателях Дальнего Востока. Максима потрясла судьба Геннадия Ивановича Невельского - легендарного исследователя Дальнего Востока, доказавшего, что Сахалин - это остров. И что в Амур можно зайти из океана.
- Он со своим отрядом прошел через колоссальные лишения, своего первого ребенка они с женой потеряли во время одной из экспедиций. Условия их быта были тяжелейшими, - говорит Максим Харченко.
После прочтения книги Геннадия Невельского "История русских морских офицеров на крайнем востоке России" его жизнь уже не стала прежней. Немалую ее часть заняли путешествия, полные авантюризма и опасностей.
Первый маршрут пролег от Владивостока до приморского поселка Самарга. Это край края, куда даже на вездеходе проехать - целая наука и редкая удача. Зимой, когда медведи спят, вольной жизнью живут волки. А Максим зимой один и на лыжах... И здесь судьба спасала. Хотя совсем рядом видел свежие волчьи следы, в которых тонула пачка сигарет.
Все его путешествия проходят под эгидой Русского географического общества. Бывает, что долгие недели его смартфон остается ненужной железякой. Связи нет. Но как только он доходит до точки, где есть связь, сразу звонит секретарю Приморского отделения Русского географического общества. Так, мол, и так. Жив, здоров, нахожусь там-то. Она уже рассылает по всем каналам радостную весть. Второй звонок обязательно маме, которой уже 80 лет и которая ждет его как никто на свете.
"Руки рыбаков. Красивее ничего не видел…"
Каждое городское утро Максима Харченко начинается в шесть утра. Подъем, душ, зарядка и тренировки. Прыгает в машину и едет в бухту Соболь - тренироваться на сапборде. В любую погоду, в любую волну. Праздников и выходных не бывает.
- Все начинается и все держится на духе. Дашь миллиметр слабины - проиграешь, - убежден Максим.
Сегодня у путешественника Харченко позади девять одиночных экспедиций и тысячи километров труднейших дорог. Летом - на сапборде, полой доске, управлять которой можно одним веслом. Зимой - на лыжах. Его экспедиции растягиваются порой на несколько месяцев. Один и без всякого оружия. Характер.
- Благодаря друзьям у меня самое лучшее снаряжение в мире. А Невельской с товарищами на утлых суденышках ходил, - поясняет Максим.
Он называет свои экспедиции маленькой благодарностью Невельскому. Не сомневаюсь, что, узнай о них, седой адмирал был бы доволен.
- Что больше всего тебя потрясло в твоих экспедициях? - спрашиваю Максима.
- Люди! Я порой на руки рыбаков могу смотреть как завороженный. Вы не представляете, какая в них сила! - неожиданно отвечает Максим.
За все эти годы у всех встречающихся ему на пути людей первым вопросом было неизменное: "Чем помочь?"
В своих трудных походах Максим питается просто, но сытно. Вяленое мясо, сухари, отечественные макароны и соевый соус. Говорит, что вкуснее макарон с соевым соусом мало что на свете есть: "Главное, просто и хватает энергии". Всегда в его походном рюкзаке лекарства: обезболивающие, противовоспалительные, перевязочный материал.
- Категорически не рекомендую пить сырую воду. Какой бы она прозрачной и хрустальной порой ни казалась, - со знанием дела замечает Максим.
Два года тренировок у него ушло, чтобы на сапе пересечь коварный пролив Невельского. С материкового берега доплыть до Сахалина. Пролив знаменит своими сильными течениями. "Тебя унесет в море, как песчинку…" - говорили ему знающие люди. Пару раз он едва живой и совершенно обессиленный успевал вернуться на материковый берег, чудом, из самых последних сил вырываясь из сильнейших лап стихии.
Подсказка нивха
Третья попытка. Максим несколько дней изучает периодичность течения, пытается найти тихое "окно". Вдруг, неожиданно кошачьей, неслышной походкой к нему подошел коренной житель Амура, нивх.
"Хлопает меня по плечу. Спрашивает, переплыть хочешь, что ли?" - вспоминает Максим.
Разговорились. Нивх говорит путешественнику, что глубокой ночью на час-полтора волшебным образом течение на заливе замирает. На языке нивхов это называется "стоп-вода". Максим, опираясь на единственное весло, прошел залив за один час 47 минут. Едва уставший путешественник причалил к берегу Сахалина, как его сап стало уносить сильнейшим течением. Которого минуту назад еще не было. Успел! Ангел мой, будь со мной…
Он прошел на лыжах и на сапе родное Приморье, Хабаровский край, Сахалин.
"Колено разнесло осколком..."
Когда началась специальная военная операция, а в Приморье начали создавать свой добровольческий батальон "Тигр", Максим не смог остаться в стороне. Записался добровольцем. Бегом бежал в военкомат, боялся, что не успеет. Опытный путешественник признается, что там куда сложнее и тяжелее, чем в одиночных путешествиях в окружении медведей и волков.
"Я руководствовался тем, как написано в воинском уставе: "Воин должен стойко переносить все тяготы и лишения военной службы". Эта цитата запомнилась мне очень хорошо", - замечает Максим.
Во время выполнения одной из боевых задач дальневосточный путешественник был тяжело ранен. Осколок размером с большой орех разнес ему колено. Товарищи под шквалистым огнем противника вынесли его с поля боя. Хирурги по миллиметру заново собирали коленный сустав. Комиссовали по ранению. Заново учился ходить, жить, первый поход в магазин был для него настоящим подвигом.
Сейчас 51-летний худощавый и подтянутый Максим Харченко снова погрузился в тренировки. У него много планов путешественника и человека.
Приморский путешественник рассказал о своих экспедициях по Дальнему Востоку