Дорога туда
Наши попутчики в поезде возвращались из Анапы, где сейчас хорошие скидки. И никто из них не мог понять, почему мы едем в Пермь. Но если в вагон входили пермяки, тут же звучало: "Вы не пожалеете".
От Перми предстояло преодолеть еще 140 километров на колесах... Мела метель, дорогу заносило, леса накрыло снегом, как в сказке. В "телевизоре" окна мелькали красивые и крепкие - просто так с лица земли не сдуешь - уральские деревеньки. И вот - село Ключи. Справа - санаторий, впереди - горы, покатые, поросшие лесом (даже не верится, что это сам Урал, но здесь перевал). Одна из круглых вершин как бы отрывается от гряды, а у ее подножия рядом с Серным ручьем, который облюбовало множество уток, расположена здравница. Нам сюда.
Территория
Ощущение за проходной - будто ты очутился в каком-то "прилизанном", тихом, престижном местечке в Подмосковье.
Все сверкает: в помещениях зеркалами, на улице светящимися гирляндами на маленьких яблоньках, которые безумно жаль, ведь на улице минус 22. Впрочем, при ближайшем рассмотрении стволы у них оказались пластмассовыми. Такое вот милое уличное освещение территории!
Но в общем здесь никакого китча. Не примешь же за таковой оленя, поставленного здесь в 1937 году... Корпуса ладные, красивые, обшитые современными материалами и названные в честь уральских драгоценных камней: "Сапфир", "Изумруд", "Алмаз", "Аметист". Поселились в "Яшму". Сквозь стекла больших окон слушаем тишину и даже в теплом номере боимся морозов.
Сервис
Санаторные карты, листы назначения оформляются быстро и вежливо. Врач внимателен и назначает тебе чуть ли не целую диспансеризацию, включая УЗИ: "Все проверим, все уточним". Ванны, фирменные суксунские грязи, массаж, ингаляции, бассейн...
Учли, что я на дистанции работаю, все процедуры назначены до утренних планерок и продолжаются после вечерних.
В жизнь санатория вверстан его величество ИИ. Возле каждого кабинета в водо- и грязелечебницах - самостоятельная электронная запись, несложная, но у всех резко повышающая самооценку: идешь себе такая, записываешься на массаж, ждешь приглашения от четкого ИИ-громкоговорителя... Впрочем, если кто опоздал, вместо ИИ включается ЕИ - естественный интеллект медсестер, и тебе тихонько выберут "окошко", обернут грязью или организуют ингаляцию. Все легко, просто, без путаницы и толкотни... Устали от процедур - идите выпейте овсяный кисель в баре.
В бассейне - электронные браслеты, пропуск через турникет, как на электричку, тапочки, шапочки, полотенца... Как будто кто-то невидимый дирижирует твоим распорядком дня, оставляя при этом чувство, что дирижер - ты.
Деньги
Персонал, как от ожога, отдергивает руки равно и от 200, и от 1000 рублей, оставленных на столе: "Зачем? Не надо". Здесь же следует простодушное, но упорное: "У нас не принято"...
На 7-й день у брата к ночи поднялась температура, и к нам пришел дежурный врач с расспросами и таблетками. Попытка дать ему 500 рублей закончилась неудачей. Я вынула тысячу. "Ну уж не знаю, какие там у вас обычаи, а у нас на Урале так не принято. И мы очень дорожим своей работой". Стало стыдно вершить "непринятое на Урале".
Коробку хороших конфет в конце лечения врачу подарить удалось, а тысячу рублей - снова нет. "Я целый месяц потом буду вас разыскивать, чтобы вам вернуть ее!" - весело резюмировала она. Скрытые камеры? Но у всякой камеры есть слепые зоны.
"Может, здесь коммунизм?" - спросил меня брат.
Здешний "коммунизм", конечно, платный. Кроме тех, кому путевку бесплатно предоставила компания по месту работы (в Перми этим отметилась одна из компаний, производящих минеральные удобрения), остальные отдыхающие путевки покупают за свои кровные. Зимой со скидками. Наши соседи по столику в столовой - Геннадий и Игорь. Геннадий проработал токарем на каком-то серьезном заводе в Перми, сейчас на пенсии, живет за городом: взрослые дети купили им с женой по очереди путевки, "поймав" зимние скидки. Игорь заведует охраной в речном порту Перми - путевку купил сам. Не сказать, чтобы "синие воротнички", но и не то чтобы "белые"...
Еда
Кормят здесь хорошо: шведский стол, продукты свежие, много овощей, фруктов, мясо, рыба, пироги и пирожки, запеканки, морсы и чаи - все с вариантами.
У только что приехавших в первые дни в тарелках горы салатов, котлет, гарниров, сырников. Перед отъездом тарелки церемонно полупусты, как будто завтракают в аристократическом английском семействе - все наелись и выбирают лишь что-то полюбившееся.
Кадры
Ключи - старинное уральское село на тысячу жителей. Чтобы укомплектовать санаторий кадрами, местных жителей не хватает. Многие приезжают сюда на работу из поселка Суксун, города Кунгур и даже из Перми, хотя из нее каждый день не наездишься - надо снимать квартиру или покупать поблизости дом. Работой дорожат и местные, и приезжие. Для деревни санаторные зарплаты, конечно, подарок. Для райцентра, впрочем, тоже. Как бы то ни было, а это городская работа, все организовано как часы. Персонал натренирован, видимо, не за один день. Но люди не похожи на роботов, естественны, спокойны. Общее впечатление - как будто их нет...
Наука
Отдельная тема - врачебный персонал. Здесь работают доктора и кандидаты наук - со своими методами, приемами, открытиями.
Представьте: деревня - глушь глушью (хотя уральская глушь особенная, с достоинством) - и профессор спешит на работу.
По специфике курорта "Ключи" защищено несколько кандидатских и докторских диссертаций, получены патенты на научные разработки. Хорошая лечебная база - это главная фишка санатория.
Перед водолечебницей установлен небольшой памятник - присевший на скамейке интеллигентный бронзовый доктор. Это Александр Щербаков - врач Суксунских заводов. Выпускник университета, он открыл большие запасы лечебной грязи на Суксунском пруду, изучил целебные свойства местных минеральных ключей, как специалист по химии и медицине исследовал серные источники. Благодаря ему в 1866 году в Ключах был построен закрытый курортный зал.
Присаживаешься с ним рядом на скамейку и думаешь: сколько же у нас таких Щербаковых, Пржевальских, Арсеньевых, сделавших чрезвычайно полезные открытия, в том числе целебных источников, вод, грязей, ставших потом народным достоянием!
А грязи в санатории "Ключи" отличные, руки долго хранят их запах. Вдыхаешь как природный парфюм.
Публика
В Адлере или Сочи вечерняя прогулка вдоль моря оставляет ощущение, будто ты попал в фильм Феллини со всеми его гиперболами пошлости. Здесь же отдыхает местная не карикатурная публика. Есть рыжие красавицы с этаким выходом "поразить всех" (они всегда есть), но и они постепенно "демократизируются" в ходе трапез и купаний. Женщины (особенно при мужьях), пока не устанут, изображают недосягаемое высшее общество...
А мужчины - вообще прекрасная публика: местные инженеры, менеджеры, заведующие плановыми отделами, токари с военных заводов (этакая рабочая аристократия с великолепной внутренней этической выделкой правильных людей). Одно соседство нас смутило: соседка по столу сказалась пропагандистом гербалайфа, но оказалась неглупым человеком и быстро свернула свою агитацию.
Люди
На Урале живут хорошие люди. Ладно в санатории - персонал вышколен на заботу и вежливость, но жителей-то села никто не тренировал. Нельзя сказать, чтобы здесь совсем отсутствовал такой типаж, как "ловцы выгоды", но он не главный. На обратном пути нас подвозил на машине отец троих детей - на 1500 рублей дешевле, чем пермские таксисты. Ему казалось, что так правильно, по совести. Здесь многое по совести: взаимовыручка и какое-то особенное, уральское уважение к человеку. Здесь многое по-братски, по-родственному. Настоятель местного храма отец Владимир (до священства работал в Звездном городке начальником автопарка ракетной дивизии) просит молитв о своей умершей от ковида жене. Увлекаясь, плачет во время проповеди. И милостиво благословляет санаторных в постные дни воздерживаться лишь от мяса.
Метафизика места
Урал, несомненно, место огромного культурного свечения. Начиная от сказов Павла Бажова и кончая "Сердцем Пармы" и "Золотом бунта" Алексея Иванова.
Но в ХХ веке была еще одна неоспоримая культурная фигура, глубоко захваченная Уралом и окончательно втянувшая его в классическую русскую литературу.
Юрятин в "Докторе Живаго" Бориса Пастернака - это Пермь (топонимически доказано). Туда, на Урал, отправляется главный герой, спасаясь от злого московского голода. Там поселяется на середине горы в уральском имении своего тестя, чистит парк, возделывает спасительный для семьи огород, встречает в библиотеке Лару, расстается с ней, пишет стихи...
Я смотрела на экодома санатория "Ключи", замершие на половине горы, и думала, что доктор Живаго как раз жил в доме, стоявшем на таком вот подъеме. И писал зимним вечером за огромным столом: "Прощай, размах крыла расправленный, / Полета вольное упорство"...
Побывав в 1916 году на Урале, в поселке Всеволодо-Вильва на севере Пермской губернии, Пастернак потом называл это время "одним из лучших в своей жизни".
Здесь его герой (и вместе с ним и сам поэт) "ликовал и плакал от чувства торжествующей чистоты существования". Здесь могла зародиться непривычная для нашего времени мысль про "образованную русскую провинцию, часто идущую впереди столиц благодаря сохранившейся в глуши основательности". И сверхактуальнейшая вот эта: "Взрослый мужчина должен, стиснув зубы, разделять судьбу родного края".
Так что увидеть Урал - это набраться не только здоровья, но и чувств и мыслей, почти не передающихся банальными словами.
У российских туристов и отдыхающих на родине есть две великие приманки - Камчатка и Байкал. И там, и там - экзотика и уникальная природа.
Но в России куда больше невиданных нами мест, которые обязательно стоит посетить. Урал одно из них. Но для того, чтобы решение ехать сюда перевесило остальные, нужна своя магия места. Его философия. Нам повезло: мы получили ее в подарок от Бориса Пастернака и его доктора Живаго.
В 1703 году верхнетуринский воевода стольник Алексей Калитин, проезжая из Верхнетурья в Кунгур, узнал от местных жителей о серных источниках и рапортовал об этом в петровские департаменты: "под горой Городище нашел я серный сок".
Первым о лечебных свойствах Ключевских вод заговорил известный историк, младший сподвижник Петра на Пермской земле Василий Татищев. С этого времени появился интерес и к минеральным источникам в Ключах.
Врач Суксунских заводов Александр Щербаков первым попытался поставить здесь курортное дело на прочную основу. Начиная с 1862 года он трудился над открытием водолечебницы в Ключах. Благодаря его стараниям начато более регулярное и систематическое использование источников с некоторым разнообразием лечебных процедур в виде ванн, обливаний, массажа, приема воды внутрь и шведской гимнастики. В 1866 году был построен закрытый курортный зал.
Щербаков обнаружил большие запасы лечебной грязи (ила) в Суксунском пруду, а в Красном Яру нашел соляно-щелочные воды. После смерти Щербакова в 1869 году курорт начал приходить в упадок.
В 1929 году здравница Ключи стала курортом областного значения и начала быстро развиваться.
В годы Великой Отечественной войны здесь находился госпиталь для раненых.