Нет полей для полигонов
По данным министерства энергетики и ЖКХ Свердловской области, в 2023 году в регионе было образовано 1,4 миллиона тонн ТКО, в 2024-м - 1,47 миллиона, а в 2025-м, по предварительным данным, - 1,52. Неудивительно, что несколько полигонов уже переполнены. В новой точке размещения бытовых отходов остро нуждается Екатеринбург, но найти место для нее оказалось необычайно трудно: такого соседства не хочет никто. Жители Сысертского района грудью встали на защиту своей экологически чистой территории, не удалось договориться и с населением Верхней Пышмы. Теперь на повестке новый проект - Восточный полигон планируется обустроить на землях промышленного назначения в Белоярском районе. Обещают, что он будет безопасным и технологичным, но как встретили идею местные жители, неизвестно.
Напомним: мусорная реформа в Свердловской области стартовала в 2019 году. Изначально на ее реализацию планировалось потратить почти 31 миллиард рублей из бюджетов разных уровней, а также от частных инвесторов. На эти деньги до 2030 года собирались построить объекты по обработке ТКО совокупной мощностью не менее 1,4 миллиона тонн в год. При этом современные установки должны утилизировать порядка 600 тысяч тонн. Кроме того, в плане - рекультивация двух старых полигонов и ликвидация всех несанкционированных свалок.
Отходы и законы рынка
Одна из важнейших целей реформы - повышение доли перерабатываемых ТКО, а для этого необходима организация их раздельного сбора. В Екатеринбурге первым шагом в этом направлении стала установка на контейнерных площадках отдельных емкостей для сбора пластика. Сознательные граждане складывали в специальные сетки бутылки, канистры, упаковку от продуктов, содержимое таких контейнеров регулярно вывозили. Но в конце 2025 года о пластике вдруг забыли. Где-то сетки оказались заполнены до отказа, где-то их перевернули вверх дном, чтобы несознательные элементы не бросали в них все подряд.
В ответ на запрос "РГ" в пресс-службе регионального оператора "Спецавтобаза" сообщили: "Твердые коммунальные отходы из обычных евроконтейнеров забирают ежедневно, а отсортированный пластик из сеток - по графику, согласованному с собственником площадки, не реже раза в неделю. В связи с этим у жителей может сложиться ошибочное мнение о том, что сортируемые отходы не вывозят... Отметим, что решение об установке или демонтаже контейнерного оборудования на площадке принимает его собственник - управляющая или коммерческая организация либо местная администрация. Они же вправе заключить договор со сторонней компанией, которая может установить свои контейнеры для пластика, самостоятельно вывозить отходы из них и при желании убрать эти контейнеры в рамках договоренностей".
На словах все правильно, но баки-то переполнены. Почему? Да именно потому, что со многих площадок пластик вывозят "сторонние компании". Они сами сортируют и продают отходы как сырье на переработку. Понятно, что их интересует лишь то, что приносит прибыль. А дорого продать можно только пленку и пластиковые бутылки. Все, что не могут реализовать, предприниматели выбрасывают в те же баки.
К тому же и на бутылки в конце 2025 года резко упала цена и, соответственно, снизился спрос. Дело в том, что среди материалов, которые получают из ПЭТ-бутылок, - востребованное в легкой промышленности пластиковое волокно (оно идет, например, на производство утеплителя для зимней одежды). Но когда огромная партия этого волокна, вполне приличного по качеству и недорогого, поступила из-за границы, спрос на отечественное сырье упал, и пустая ПЭТ-тара переполнила контейнеры.
Островок средь мусорного моря
Первый мусоросортировочный завод в Свердловской области открылся под Первоуральском в конце 2005 года. В двухэтажное зданьице въезжали мусоровозы, высыпали отходы, которые по транспортеру ехали на второй этаж, на сортировку, где несколько женщин вручную отбирали пригодные для переработки виды ТКО - металлы, пластик, стекло, бумагу. Остатки отправлялись на полигон и тонули в бескрайнем мусорном море. Да, технология первобытная, но тот завод стал первым в регионе.
Возглавлял его в те дни Андрей Сазонов. Сейчас он технический директор крупного производства по переработке пластика. Вот как он оценивает ход мусорной реформы:
- Компании, во-первых, хотят оказаться в обойме регоператоров, а во-вторых, получить тариф и включить в него множество всяких затрат. Рапортуют, что в области действуют семь сортировочных заводов. Но фактически предприятие в Первоуральске стоит, не работает и на Широкой Речке, на ревдинской свалке все валится в кучу, на Северном полигоне - тоже. Я поездил по России: увы, ситуация и у соседей похожая, - констатирует он.
Требования к объектам по обработке ТКО в последние годы существенно изменились: нужно не просто найти место, чтобы сваливать мусор, а организовать технологическую сортировку. Но предпринимателю главное показать: работа идет. Комиссии, приезжающие с проверкой, видят - что-то работает, но сколько отправляют на переработку, проверить невозможно. Неспециалисту не понять, качественно ли отсортировали все привезенное, или только выхватили дорогое сырье - ПЭТ-бутылки и алюминиевые банки. Зачем вкладываться в производственные линии, если свалка продолжит расти, а заводы останутся островками посреди мусорного моря?
Еще один аспект проблемы - сегодня большинство комплексов, как, к примеру, в Нижнем Тагиле, в одних руках: весь цикл - перевозку, сортировку, переработку - контролирует одна компания. А если бы полигон был имуществом муниципалитета или действовал независимый контроль, организаторам пришлось бы потрудиться и подумать об эффективности.
Не сжечь, а переработать
По расчетам Андрея Сазонова, около 80 процентов ТКО реально превратить в товарную продукцию. Даже использованные подгузники из целлюлозы перерабатываются в РДФ-топливо для цементных заводов. На таких предприятиях температура сжигания достигает 1900 градусов, и отходы, которые в природе не разлагаются десятилетиями, могут стать недорогим и высококалорийным топливом. При этом шлак останется в клинкере - это сырье для выпуска цемента. Наш регион уникален тем, что цементных заводов здесь три и все они могут работать на таком топливе.
Уральские специалисты немало поездили по разным странам, изучили опыт стран Европы и США.
- В цементе там присутствует мусор: даже шины используют как добавку, - рассказывает Сазонов.
Эксперт уверен: если к делу подойти технологически правильно, то на свалки будет отправляться менее 20 процентов отходов, и тогда полигоны не переполнятся долгие годы. При этом можно отбирать не только материалы, годные для переработки, но и пищевые отходы превращать в техногрунт, который используется для отсыпки дорог или рекультивации заброшенных карьеров.
К слову, проблемы создания новых полигонов касаются каждого жителя региона не только с точки зрения экологии, но и бьют по карману. Мы платим за транспортировку, сортировку, утилизацию, гасим убытки мусорных заводов - все заложено в тариф. По российским законам потребители не обязаны сортировать отходы. Мы должны только выбрасывать их в специальные контейнеры и оплачивать их обработку по установленному тарифу. Все остальное - добрая воля и экологическая сознательность. Но если уж призывать население к раздельному сбору ТКО, то лучшим стимулом раскладывать пластик, бумагу, стекло и пищевые отходы в разные пакеты должно стать снижение цифр в квитанциях.
Не в курортной зоне
- Я считаю, что мусорная реформа буксует, процесс идет очень медленно, - говорит Галина Пахальчак, профессор кафедры корпоративной экономики, управления и оценки бизнеса УрГЭУ, бывший первый заместитель министра природных ресурсов Свердловской области, вице-президент Уральской ассоциации экологически ответственных предприятий. - Того, на что мы рассчитывали на старте реформы, не получается. Существующие полигоны уже переполнены, а новые решения быстро не реализовать. Вот сейчас предложили строить полигон в Белоярском районе, но, чтобы достигнуть результата, потребуются годы. И вполне возможно, что жители района выступят против. Самое сложное в этом процессе - выбор участка и работа с населением. Людям нужно объяснять: есть технологии, которые минимизируют воздействие на окружающую среду.
По мнению Галины Пахальчак, сельскохозяйственные районы занимать под полигоны ТКО неправильно, нужно искать промзоны, расположенные относительно недалеко от Екатеринбурга, например в районе Шабров.
- И, конечно, необходимы новые технологии, которые помогут сократить объемы захоронения мусора в разы, - к примеру, такие, как производство РДФ-топлива. Мы долго подходили к этому проекту, и план его реализации наконец-то появился в дорожной карте, - продолжает эксперт. - Я была против строительства мусоросжигательных заводов. У нас и без того достаточно нагруженный экологически опасными производствами регион, и добавлять выбросы в атмосферу нецелесообразно. Но отходы, превращенные в топливо для цементных заводов, нагрузку минимизируют. Теперь главные реперные точки - это найти места для перегрузки (чтобы транспортное плечо было небольшим и, следовательно, не получилось удорожания за счет транспортировки и чрезмерной нагрузки на автотранспортные магистрали) и правильно выбрать площадки для размещения отходов и дальнейшей их переработки.