Мне для начала доверили самое простое: к велкро-панелям тактических рюкзаков прикрепить фирменные патчи на липучке. На патче, естественно, надпись "Врачи, вы не одни" и еще кое-какие лозунги непечатного характера. Велкро-панель - это элемент экипировки, "колючка" с хорошо известной всем застежки-липучки, куда эти самые патчи лепят. Справился лихо, правда, как выяснилось, напрасно. Накосячил: большой патч надо по центру, а маленький - в угол. Был наказан угрызениями совести и укоризненными взглядами опытных волонтеров.
Быстро все исправляю и иду на повышение: мне доверили собирать "Спанкер". Это средний медицинский тактический рюкзак для штурмовых групп.
На первый взгляд, ничего сложного - раскладываешь "медицину" по карманам и отделениям. На самом деле, голова кругом: все должно быть на своем месте, а в укладке "Спанкера" больше 70 наименований. Причем, часть - во множественном числе: десятки упаковок таблеток, шесть химических грелок, а еще бинты, салфетки, перчатки, термоодеяла, катетеры, пригоршня булавок… И все - строго в отведенных под них карманах. Упомянутые израильки (так в перечне) двух видов, 8-дюймовые и 6-дюймовые, одни в основном отделении, другие в наружном кармане, - попробуй, запомни. В итоге: пока я собираю два рюкзака, мои товарищи успевают укомплектовать по четыре.
Да, израилька - это бандаж, давящая (компрессионная) повязка. Во всем мире ее называют "израильтянка", а в израильской армии "иззи". Я так понимаю, что здесь чуть изменили название из прагматических соображений. Сборка тактических медрюкзаков происходит в большом полуподвальном помещении, где у волонтеров несколько комнат и часть коридора. Работают в соседстве с другими организациями. Представляете крик на весь подвал: "Игорь, израильтянку не сюда, а в основное отделение!" И что окружающие о нас подумают?
Да, придумал этот бандаж солдат срочной службы израильской армии Бар-Натан в начале 1990-х. Его отправили на курсы боевых медиков (санинструкторов по-нашему): учили, как сделать из обычной повязки давящую. А именно: подложить под ткань камень или магазин автомата. Но давить на рану камнями - идея так себе. Парень оказался смышленый, совместил три в одном: индивидуальный перевязочный пакет, турникет и давящую повязку. Поместил в вакуумную упаковку. Всемирную славу изобретение получило после признания в США, сегодня входит в топ популярных армейских перевязочных средств планеты.
Среди современных средств и приспособлений тактической медицины есть много вещей, что пришли к нам из минувших веков. Без особых изменений используем индивидуальный перевязочный пакет (ИПП), который создан немецким хирургом Фридрихом Эсмархом. Его впервые применили в 1876 году во время Франко-прусской войны. В России стерильным индивидуальным перевязочным пакетом солдат стали обеспечивать благодаря незаурядному врачу Николаю Вельяминову. В 1904 году, накануне русско-японской войны, приказом по военному ведомству всем нижним чинам выдали бинты и марлевые подушечки, которые обязали носить дословно "в надпаховой области шаровар".
А в одной старой солдатской песне-инструкции, которой больше 100 лет, есть строки: "Если ранят тебя больно, отделенному скажи, отползи назад немного, рану сам перевяжи".
Согласитесь, фантастика же! Прошли века, и все вернулось к истокам. Сегодня преобладает тактика малых мобильных групп, никакой концентрации бойцов на поле боя, и если хочешь сохранить жизнь - все усилия на самопомощь. Все как в песне наших героев-прадедов: жгут и турникет учись накладывать сам. Кстати, в каждый "Спанкер" я укладываю по одному ИПП, по пять жгутов и четыре турникета. Хотя на всех военно-медицинских форумах сейчас гремят споры: что нужнее - жгут или турникет? Жгутом остановит кровь даже человек, который его видит первый раз в жизни - интуитивно. Турникетом без подготовки не воспользоваться, зато он удобнее и надежнее, можно посильнее затянуть или ослабить, не снимая… Поэтому брать в бой нужно все, и побольше. А спорить там некогда, из основных артерий кровь фонтанирует со скоростью 0,5 литра в минуту, в некоторых случаях - до литра, а у нас ее всего-то от 4 до 6 литров.
Почему все эти рюкзаки собирают волонтеры? Разве государство не в состоянии обеспечить?
А любая война - хоть сражения в каменном веке, хоть сейчас - это соревнование копья и щита. Сегодня копье (беспилотники, новое поколение ракет) доминируют над щитом, поэтому медицины много не бывает. Сколько на фронт не пришли бинтов, жгутов-турникетов и "фармы" - ничего не лишнее. К тому же волонтеры расторопнее. Пока государственные люди напишут заявку, пока все согласуют…
Лена, администратор "Врачи, вы не одни": "У нас четыре администратора на приеме заявок по аптечкам и рюкзакам, и еще двое принимают заявки на "Анютки". Организаторы самого масштабного волонтерского движения по помощи медициной фронту: Аня, Катя и многодетный отец Олег. Волонтерский костяк от 30 до 50 человек. Могут на сбор аптечек и рюкзаков прийти 100 и даже больше, но только по предварительной записи, надо эффективно распределять силы. Бывали дни, когда формировали по 4000 аптечек и 500 рюкзаков. Сначала нам заявки присылали в личку, но это неудобно, сообщения терялись. И наши ребята-программисты, тоже волонтеры (ни одной копейки со сборов не уходит на оплату какого-либо труда задействованных в проекте людей) сделали бота - с тех пор все просто и понятно: что от нас хотят получить, в каком количестве. Обязательно указывается получатель: медик или командир подразделения. Мы занимаемся закупками и отправкой аптечек, тактических рюкзаков трех видов, тележками "Анютка". Заявок много, сейчас очередь на месяц. На что закупаем? Мы не получаем денег из бюджета или от спонсоров - закупаем на те деньги, которые нам жертвуют люди. И у нас полная финансовая прозрачность и отчетность, до копейки. Никаких наличных, все пожертвования только на карту канала. Отчеты публикуем на своем портале. Денежные потоки от пожертвований нестабильны, случается и нехватка средств. Как например, сейчас. Но помощь остановить не можем, поэтому в долгах".
Лена пришла в этот проект в январе 2023 года. "Врачи, вы не одни" существует с осени 2022 года. За это время мы собрали и передали на фронт 270 тысяч аптечек и порядка 17 тысяч рюкзаков.
Да, чуть не забыл. А где все это происходит? Точный адрес знают те, кто причастен и хочет помочь. Для остальных это лишняя информация. Свежая трагедия в ДНР, где от целенаправленного удара ВСУ погибли восемь медицинских работников, показывает, что для наших врагов нет ничего святого. Да никогда и не было.
А вот кто эти волонтеры - не секрет.
"По профессиям - есть директор завода и владелец типографии, врачи, юристы. Приходят к нам и пенсионеры, и безработные, некоторые берут с собой детей, - продолжает администратор Лена. - Работы много, и в будни, и особенно в субботу. По субботам начинаем с 10-11 утра и до позднего вечера. В основном, люди из Москвы и Подмосковья. Но не только. Приезжают бойцы, участвующие в СВО, которые в отпуске: приходят, помогают. Понимают, что это ведь для них, для их боевых товарищей. Редко, но приезжают из других регионов. Например, была у нас женщина с сыном, они из Астраханской области. Постоянно жертвуют деньги".
Интересуюсь: а почему такое название? Если быть дотошным, то их аптечки - не для врачей, а для санитаров и санинструкторов.
Оказывается, название проекта пришло из времен пандемии, когда врачи работали в условиях сверхнагрузок, их нужно было поддержать, предотвратить выгорание. Впрочем, и сейчас волонтеры очень помогают врачам: от качества первой помощи и самопомощи зависит все. Вопрос жизни и смерти, и это в самом буквальном смысле слова.
"Да, боец штурмовой группы и даже назначенный медиком в штурмовую группу - это не врач, - говорит волонтер Илья. - Если он хорошо умеет накладывать жгут и турникет, бинтовать и тампонировать, то это колоссальный прогресс. Хотя бывают удивительные случаи. Люди без профильного образования там становятся профи. Знаю бойца с позывным Стич: вот он, не имея никакого медицинского образования, просто за счет своего желания и ежедневной практики стал настоящим медиком".
Илья дважды волонтер: и этого проекта, и группы "Южный фронт". Слава о нем выходит за национальные рамки, его знают и враги. Там он в особых списках, которые опаснее экстремистского "Миротворца".
Илья рассказывает, что некоторые элементы тактической медицины могут купить автовладельцы: "Врачи, вы не одни" создали аптечку "Панацея". Соответствует требованиям ГАИ. Запустили в продажу, 250 рублей от каждой идут на тактическую медицину для СВО.
Говорю: вообще-то, содержимое любой автоаптечки есть на рынке, и в огромном разнообразии. Одних кровоостанавливающих жгутов и турникетов - сотни видов. Рынок ими буквально завален.
"В том-то и дело, - кивает Илья. - Слишком много, причем турникет якобы даже одной модели бывает разного качества. Здесь отобраны надежные, но приемлемые по цене".
Но особая изюминка, пожалуй, это "Анютка".
Как-то боец эвакуационной группы (фельдшер из ДНР с позывным Подорожник) спросил волонтеров: "А вы можете что-то придумать для помощи при эвакуации, чтобы крепилось к обычным армейским носилкам, но на одном колесе? Есть двухколесные и четырехколесные эвакуационные тележки, но они не проходят по узким лесным тропкам или по тропе среди минного поля. Нужно одно колесо".
И такую сделали. Колесо, как известно, изобретать не надо. Изучили опыт минувших сражений, подсказку нашли на гравюре эпохи наполеоновских войн и на фотохронике времен Первой мировой войны. Долго испытывали, спорили о ширине и типе колеса. Тестировали под вес раненого до 150 кг.
В итоге наладили выпуск на заводе в Тверской области, колеса 26-дюймовые, питерские. Два варианта: с непрокалываемым колесом и с надувным. Прототипы отправили на фронт, провели испытания на линии боевого соприкосновения. Только на прототипах спасли жизни нескольким десяткам раненых. Учли замечания, еще восемь месяцев дорабатывали.
"Анютка" за секунду переводится в лежачее положение, - продолжает Илья. - Ситуация: вот раненый на тележке, ее двое катят. Вражеский дрон в воздухе - колесо мгновенно складывается… Или вот конкретный пример: штурмовик должен пройти 15 км и выйти на точку, с которой начнет штурм. Да, 15 км, я не оговорился. Такие вот расстояния. Соответственно, если тебя ранили, то таким будет и плечо эвакуации. На каких носилках можно вынести раненого? Да, на "Анютке" можно еще и забросить продукты, воду и боеприпасы на позицию".
Автор этих строк дважды в жизни выносил раненого. Первый раз - вчетвером, на брезентовой плащ-накидке. Вынесли на адреналине, но потом на ногти было жутко смотреть, посинели и отслоились. Другой раз народу было много, все гражданские, и более-менее нормальные носилки. Только дело было в лесу (настоящем, с буреломами), и шесть человек смогли пронести пострадавшего максимум 40-50 метров, после чего у одних подкашивались ноги, остальные просили замены. Был и седьмой, который отгибал ветки, но они все равно хлестали по лицам. Каторжно-тяжелое занятие. И в этом плане тележка, на которой два бойца везут раненого весом до 150 кг многие километры, - великое изобретение. Может, уместно подумать о государственной награде для создателей "Анютки"? Эта тележка спасла очень много тысяч жизней: и не только раненых, но и бойцов эвакргрупп.
Да, почему "Анютка"? Волонтер из Новгородской области с ником Фингер внес большой вклад (всего в разработке участвовали 30 человек). Мне рассказали: забрал у жены велосипед, разобрал и два месяца испытывал разные версии тележки. А ему помогала семилетняя дочь Анюта.
И вообще, волонтерство у многих развивает творчество. Мне с гордостью показали ампульницу: ее разработала волонтер Анжела, профессиональная швея. Специально под ассортимент актуальных ампул и под формат большого фельдшерского медицинского рюкзака. Выглядит достойно. Я предложил: давайте сфотографирую, но только нужна еще и фамилия мастерицы. Страна должна знать своих героев.
Мне сказали: фотографируй, Анжеле будет очень приятно. А вот фамилию не надо. Сюда приходят не за славой.
…Прощаясь, поинтересовался: закончится СВО, что будете делать? Вернутся боевые медики с фронта с победой, и чем заняться "медицинским" волонтерам?
Даже те, кто в беседе не участвовал, дружно повернулись. Выразительно на меня посмотрели. И почти хором ответили: "Будем отсыпаться!"