Понятно, магия чисел имеет значение и влияет на любого человека, но ею не исчерпывается внутреннее самоощущение. Как писал Оскар Уайльд, трагедия не в том, что мы стареем, а в том, что остаемся молодыми. Однако наш герой старается изменить жанр, - трагедия молодости не для него. Всю свою жизнь он преодолевает себя, не забывая поселок Нексикан Сусуманского района Магаданской области, где он появился на свет, но и не давая детским воспоминаниям быть всевластной родовой травмой, определяющей его 70-летнее бытие. При этом долгая колымская история его семьи, которая началась в 1938 году, когда его отец стал политзаключенным, и закончилась только в 1966 году, когда все они переехали в Юрмалу, где Фима окончил школу и отучился больше года на филфаке Латвийского госуниверситета, выработала особую чуткость к другим и научила защищать территорию личной жизни.
В свои 70 лет реальный земной Шифрин вовсе не похож ни на библейского мудреца, ни на проницательного петербургского следователя. В нем живет неизбывное мальчишество, азарт жизни, а не желание препарировать ее как экспонат анатомического театра. Он не хочет расставаться с энергией юности, хотя понимает, что слова песни "не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым" не стали волшебным заклинанием. За свои 70 лет он стал большим артистом, накопил немалый опыт на эстраде, в драмтеатре, мюзикле, даже в кукольном театре. Он стал высоким профессионалом, одержимым любимым делом. И хотя он прекрасный литератор с хорошим, пусть и незаконченным филологическим образованием, успешный телеведущий, блогер, режиссер, его главное призвание - лицедейство, в котором он доказал свое право играть самые разные - неожиданные для окружающих - роли. В театре он умеет добиваться своего вопреки обстоятельствам и шлейфу успешного эстрадного солиста. Он умеет преодолевать рамки возможностей, открывая скрытые дарования. Это требует изнурительной работы, но он готов добиваться цели.
Когда Андрей Кончаловский выбирал артистов для "Преступления и наказания", Шифрин был далеко не первым в списке кандидатов на роль Порфирия Петровича. Все как обычно: "Не споет, не сыграет, трудная музыка, загадочный характер…" Кончаловский пригласил его на эту роль скорее из вежливости, почти не скрывая этого, памятуя об их общей работе в кинофильме "Глянец", где Шифрин играл гламурно отвязанного модельера Марка Шифера, внешне схожего с Карлом Лагерфельдом. Но после первого месяца репетиций я сказал Андрею Сергеевичу: "Уверен, что на премьере роль Порфирия будет играть Фима…" Шифрин вовлекал в свой замысел режиссера, музыкального руководителя, хореографа, что было непросто, так как он был третьим в списке. И к премьере он был готов как никто другой.
У него прекрасная профессиональная выучка, которую он получил еще в Государственном училище циркового и эстрадного искусства, где мастером его курса был Роман Виктюк. И именно там, еще не окончив обучения, он начал играть в спектаклях Студенческого театра МГУ, который был одним из центров притяжения театральной Москвы. Режиссерские фантазии Романа Виктюка вызывали яростные споры, но в таланте их создателю отказать не мог никто.
Е. Шифрин много работал в драматическом театре, он сотрудничал с М. Козаковым, В. Мирзоевым, В. Саркисовым и многими другими режиссерами, не прерывая своей эстрадной деятельности. И, что не менее важно, он никогда не стеснялся ее, не считая эстрадные выступления чем-то низменным и постыдным для актера его дарования. Через год после окончания училища он стал лауреатом 1-го Московского конкурса артистов эстрады, в 1983-м - лауреатом 7-го Всесоюзного конкурса, в 1985-м вышел на эстраду со своим первым сольным спектаклем "Я хотел бы сказать", тексты которого в основном принадлежали Виктору Коклюшкину. И уже тогда стало ясно, что молодой артист ищет свой индивидуальный путь к зрителю. Не соревнуясь ни с кем. Не повторяя своих великих предшественников, и прежде всего Аркадия Исааковича Райкина. Даже тогда, когда в 1998 году в телевизионном мюзикле Евгения Гинзбурга "Ангел с окурком" он исполнил 13 песен на музыку А. Клевицкого и стихами Ю. Ряшенцева и сыграл 20 ролей. На эстраде Шифрин всегда искал собственную лирическую интонацию, чаще всего это ему удавалось. Достаточно посмотреть его миниатюру "Экскурсовод" 1986 года, где о рассказывает о картине Эль Греко "Кающаяся Мария Магдалина", и станет ясно, что этот артист ни на кого не похож.
Он и сегодня - особый феномен нашей художественной жизни. Пишу об этом с чувством восхищения и благодарности - пятнадцать лет с нашего первого спектакля "Времена не выбирают", где он создал образ главного героя, мы работаем вместе в Московском театре мюзикла. И всякий раз сочиняя новую постановку, мы знаем, что в ней должна быть роль для Е. Шифрина. Таких артистов надо беречь.