16 марта правительство страны утвердило перечень приоритетных для экономики направлений обучения в колледжах и вузах, в который вошли математические и естественные науки, инженерия и медицина, сельское хозяйство и другие сферы. Юриспруденция в данный список не попала. Это связано с перепроизводством таких специалистов в недавние годы или у государства другие аргументы?
Владимир Бублик: Перепроизводство действительно есть, но главный вопрос - качество. По данным Минобрнауки РФ, в стране 1289 высших учебных заведений, из них почти в половине - в 552-х - есть направление "юриспруденция", в том числе в 199 частных. Кто в них преподает? Скорее всего, совместители, цель которых - отбарабанить лекцию и бежать в другой вуз. О качестве образования речи при этом не идет.
Как изменить ситуацию?
Владимир Бублик: На мой взгляд, требуется кардинальное решение: юристов должны готовить только профильные государственные вузы и авторитетные в профессиональной среде факультеты, поскольку лишь они соблюдают образовательный стандарт, выпуская специалистов с необходимыми компетенциями. Таких университетов в стране не более трех десятков.
Частично в этом вопросе уже начались подвижки: немало частных вузов лишились лицензий и закрылись. К тому же с 2026 года государство начало регулировать количество небюджетных мест, чтобы "исключить чрезмерный платный набор по специальностям, на которые отсутствует спрос со стороны экономики и рынка труда". Но не ударит ли это и по тем вузам, в которые огромный конкурс даже на платные места? Для УрГЮУ их количество в этом году не снизили?
Владимир Бублик: Минобрнауки подготовило методику, согласно которой количество небюджетных мест будет равняться среднему числу студентов, обучавшихся в последние два года на этом направлении на коммерческой основе. Так что у нас пропорции сохранятся: 30-35 процентов - бюджетники, 65-70 - студенты, обучающиеся по договору. Пока сохранятся цифры и для непрофильных вузов, хотя, на мой взгляд, прием в них нужно прекращать.
С какими баллами ЕГЭ в прошлом году к вам поступали абитуриенты?
Владимир Бублик: У нас высокий конкурс. На бюджет проходной балл был почти 270, на договорную форму обучения - более 200. Как правило, к нам идут очень мотивированные ребята, сделавшие осознанный выбор.
По данным Минобрнауки, в вузах России выросла плата за обучение: за последний год - в среднем на 12 процентов. К чему готовиться родителям абитуриентов в 2026-м?
Владимир Бублик: К повышению. Мы индексируем стоимость услуг - на разных этапах обучения рост составит от 5 до 20 процентов. Тем не менее у нас не самое дорогое образование в УрФО и несравнимо дешевле, чем в московских вузах при сопоставимом качестве. Чтобы его обеспечивать, мы должны платить достойную зарплату профессорам и инвестировать в инфраструктуру университета.
УрГЮУ еще с советских времен имеет хорошую репутацию среди профессионалов. Насколько сегодня высок спрос на ваших выпускников? Не испытывают ли они проблем с поиском работы?
Владимир Бублик: Трудоустройство выпускников по полученной в вузе специальности - важнейший показатель, по которому Минобрнауки оценивает работу и вуза, и его ректора. У нас он с учетом поступивших на службу в правоохранительные органы достигает 90 процентов. Но остальные 10 не работают в юриспруденции, поскольку либо учатся дальше, либо завели семьи и ухаживают за детьми.
В этом году в УрГЮУ открывается новая образовательная программа "Технологическая юриспруденция", ее студенты станут изучать "Оборот цифровых валют", "Правовое регулирование цифровых, робототехнических и интеллектуальных систем", "Договорное право в сфере промышленности" и т. п. Какими компетенциями должны обладать юристы, которые требуются бизнесу?
Владимир Бублик: Помимо базового юридического образования они должны быть на ты с ИТ (причем уровня "уверенный пользователь ПК" уже недостаточно - нужно знать элементы программирования), а также понимать специфику производства, отрасли, в которой собираются работать. Обучение таким дополнительным компетенциям в новой программе будет составлять около 20 процентов объема.
Каким предприятиям требуются такие кадры? Готовы ли они приглашать студентов на практику и участвовать в их подготовке по непрофильным для юридического вуза предметам?
Владимир Бублик: Наши индустриальные партнеры - СКБ Контур, Русал, Росатом, ЕВРАЗ, УГМК, Уралвагонзавод и другие - будут погружать студентов в производственную повестку. Это уже другой уровень взаимодействия между вузом, студентами и потенциальными работодателями, что позволяет ребятам уже со второго-третьего курсов специализироваться. То есть студент понимает, что станет работать не просто в юриспруденции и не просто в бизнесе, а в конкретной отрасли - атомной энергетике, металлургии, строительном комплексе и других.
Юриспруденция - это все же гуманитарная наука. Осилят ли ваши ребята технологический блок?
Владимир Бублик: Юрист должен разбираться во всем. Конечно, не нужно досконально осваивать профессию литейщика или сталевара, но крайне важно знать основы технологий и производственных процессов, чтобы при необходимости уметь облечь возникающие там проблемы в правовую форму. Кстати, у нас был обратный опыт - обучения инженеров основам права. Так вот технарям как раз оказалось очень сложно освоить юридический язык.
Но необходимость подготовки таких специалистов есть?
Владимир Бублик: Напомню: наш вуз участвует в программе Министерства науки и высшего образования РФ "Приоритет-2030", цель которого - обеспечение технологического лидерства страны. Без грамотных юристов технологического суверенитета не достичь: бизнесу необходима защита интеллектуальной собственности, случаются споры с конкурентами, конфликты интересов и другие коллизии, а юристы должны их разрешать, а лучше - предотвращать. К примеру, крупная компания, оператор магистральных нефтепроводов, обратилась в наш университет с просьбой помочь вернуть активы в государствах, которые ввели санкции против России. Это пример, когда юридическая наука не просто создает монографии и научные статьи, а вносит реальный вклад в финансовое благополучие промышленности России. Подобные контракты приносят вузу значительный доход, но выигрыш бизнеса на порядки больше.
Этому созвучна тема Европейско-Азиатского правового конгресса, который пройдет в Екатеринбурге в начале июня. Его традиционно организует УрГЮУ вместе с Ассоциацией юристов России.
Владимир Бублик: Да, тема конгресса в этом году - "Синтез права и технологий: на пути к технологическому лидерству". Очевидно, что сегодня это очень актуально. В пленарном заседании примут участие не только правоведы, но и представители крупнейших производственных компаний: мы хотим услышать их мнение о том, какой вклад в достижение техсуверенитета может внести юридическое сообщество.
В правовой среде происходит немало перемен. Как вы относитесь к законодательной инициативе, именуемой "адвокатской монополией"? Не останется ли в результате множество ваших выпускников без работы, а простые граждане - без квалифицированной помощи в суде?
Владимир Бублик: С одной стороны, инициатива обоснованна: из отрасли уйдут те случайные компании и юристы, которые рекламируют себя как компетентных правоприменителей, а на деле просто наживаются на чужой беде. С другой стороны, в суды не смогут приходить правозащитники. Порядок в отрасли права наводить нужно, но не путем запретов.
Острее всего проблему почувствуют простые граждане, ведь на отдаленных территориях адвокатов очень мало. Мы видим острую потребность в доступных услугах, подтверждение тому - наша вузовская "Юридическая клиника", которая на безвозмездной основе консультирует людей в сфере гражданского, жилищного, семейного, трудового и административного права. Такая юридическая помощь оказывается студентами старших курсов и магистрантами под руководством преподавателей университета. И не хотелось бы, чтобы будущие юристы потеряли возможность набираться опыта, а люди - получать помощь.
Ваш вуз еще в 2023 году присоединился к проекту "Обучение служением", подразумевающему участие студентов в решении социальных проблем. Можете рассказать о первых результатах?
Владимир Бублик: В 2025 году помощь была оказана более чем 300 гражданам - в частности, было очень много обращений участников СВО. Например, жизненная история: солдат получил тяжелое ранение, был признан негодным к службе. Но в документах допущена ошибка, из-за которой он лишился права на ряд страховых выплат. Сейчас мы пытаемся помочь бойцу. Другая ситуация: парень, призванный на срочную службу, попал в зону боевых действий на приграничной территории. Поскольку служба была по призыву, ему отказывали в присвоении статуса ветерана боевых действий, дающего право на льготы. Нашим студентам-клиницистам под руководством опытных преподавателей-практиков удалось этого добиться.
Такие проекты важны для студентов по многим причинам. Работа с реальными делами в ходе обучения в университете позволяет будущим юристам определить ту область права, в которой они хотят развиваться и работать. Кроме того, ребята, прошедшие такую практику, иначе относятся к будущей профессии. Они понимают, что юрист - это не просто некий инструмент решения задач, но и носитель социальной ответственности.