Мировая конъюнктура с начала конфликта США и Ирана явно способствует увеличению добычи. Цены на нефть устойчиво держатся у отметки в 100 долл. за баррель, периодически превышая этот уровень на 10-15 долл. США частично сняли санкции с нашей нефти на период с 10 марта по 11 апреля, и велика вероятность дальнейшего продления этих исключений для российского сырья на более долгий срок. С просьбой об этом к США уже обратились Индия и Филиппины. А учитывая, что из-за перекрытия Ормузского пролива сначала Ираном, а теперь еще и США, ближневосточные страны были вынуждены снизить добычу нефти в марте на 7,88 млн баррелей в сутки (данные ОПЕК), на рынке образовался дефицит предложения, и у российского сырья просто нет конкурентов.
Кроме того, квоты ОПЕК+ по добыче нефти для РФ сейчас значительно выше, чем наши реальные показатели производства. Отставание началось с августа прошлого года. В январе - марте наша страна могла добывать - 9,574 млн баррелей нефти в сутки. Реальный показатель добычи составил, как уже было сказано, - 9,167 млн баррелей в сутки. То есть от квот ОПЕК+ мы отстали на 407 тыс. баррелей в сутки.
Ситуация кажется странной, особенно учитывая, что от экспортных цен на нашу нефть и объемов добычи зависят налоговые поступления в бюджет РФ. Дополнительные 407 тыс. баррелей в сутки принесли бы бюджету по итогам марта приблизительно 25 млрд рублей. С другой стороны, сумма не космическая для нефтегазовых доходов, а объем нефти, не добытой по квоте ОПЕК+, составляет всего 4,44% от мартовского уровня производства в РФ. К тому же в рамках сделки ОПЕК+ всегда обращали внимание на превышение квот, а не на отставание от них.
На прошлой неделе вице-премьер Александр Новак заявил, что Россия планирует добыть 515 млн тонн нефти в 2026 году. Это на 3 млн тонн больше, чем в 2025 году. Он подчеркнул, что прогноз остается неизменным и соответствует показателям, заложенным ранее. При этом в будущем он может быть скорректирован - как в сторону увеличения, так и в сторону снижения, в зависимости от рыночной ситуации и решений в рамках сделки ОПЕК+.
Сейчас мы добываем нефти приблизительно столько же, сколько в среднем в 2025 году. Причем в прошлом году производство росло с уровня - 9 млн баррелей в сутки, а на пике в ноябре составило - 9,377 млн баррелей. Дальше начался спад.
Причины сдерживания производства и даже некоторого снижения добычи в этом году разнообразны. Как заметил в беседе с "РГ" заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике Юрий Станкевич, даже если формально квоты ОПЕК+ смягчаются, компании часто действуют осторожно, чтобы не перегревать рынок и поддерживать ценовую конъюнктуру. Кроме того, есть технологические и инфраструктурные ограничения. Санкционное давление затрудняет доступ к оборудованию и сервисам для поддержания добычи на зрелых месторождениях. Это не приводит к резкому обвалу, но снижает темпы ввода новых скважин и компенсации естественного падения добычи.
По мнению доцента Финансового университета при правительстве РФ Владимира Андрианова, на производство могли повлиять ограничения экспорта. С 27 января прекратились поставки по южной ветке нефтепровода "Дружба" в Венгрию и Словакию. В декабре 2025 года по этой магистрали перекачивалось свыше 200 тыс. баррелей в сутки. Это как раз соответствует упомянутому разрыву между декабрьскими и мартовскими показателями добычи. Возможно, свою роль сыграли атаки на российскую портовую инфраструктуру, в первую очередь на Балтике, допускает эксперт.
К этому можно добавить, что технически нарастить добычу на месторождениях Западной и Восточной Сибири значительно сложнее и дольше, чем, к примеру, в Саудовской Аравии или ОАЭ. С этим может быть связан слабый рост производства в марте, когда ценовая конъюнктура была очень благоприятна для российских нефтяных компаний.
Есть и сезонный фактор. Аналитик ФГ "Финам" Николай Дудченко, приводит данные, что в 2025 году добыча нефти в первом квартале оказалась ниже четвертого квартала 2024 года на 44 тыс. барреля в сутки, а в первом квартале 2024 года - ниже, чем в четвертом квартале 2023 года на 65 тыс. баррелей в сутки. Эксперт допускает, что, принимая во внимание ситуацию на Ближнем Востоке, РФ может нарастить добычу нефти для частичной компенсации выпадающих объемов предложения до уровня квот ОПЕК+, в апреле - 9,6 млн баррелей, и мае - 9,7 млн баррелей в сутки.
Станкевич считает, что пока речь идет скорее о стабилизации, чем о развороте к устойчивому росту. Российская нефтяная отрасль адаптировалась к новым условиям: выстроены альтернативные цепочки поставок, развиваются сервисные компетенции внутри страны. Но структурные ограничения - зрелость месторождений Западной Сибири и ограниченный доступ к высокотехнологичному оборудованию - остаются. Если цены на нефть сохранятся на текущих уровнях или вырастут, у компаний появится больше стимулов инвестировать в поддержание добычи. Однако быстрых темпов роста ожидать не стоит - скорее плавную коррекцию в пределах договоренностей ОПЕК+.
Более сдержан в прогнозах Андрианов. Он отмечает, что перераспределение потоков нефти в пользу внутреннего рынка - практически невозможно в силу ограниченных возможностей отечественной переработки. К тому же нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) остаются объектами атак БПЛА. Проблемой также является отсутствие в стране собственных мощностей по долгосрочному хранению нефти и нефтепродуктов. Их наличие позволило бы гибко реагировать на изменения рыночной конъюнктуры и на различные ЧП. Поэтому остается только "прикручивать вентили" на месторождениях, сетует эксперт.
Что касается доходов бюджета, то снижение добычи на 200 тыс. баррелей в сутки само по себе чувствительно, но не критично, поясняет Станкевич. При росте мировых цен выпадающие объемы частично компенсируются более высокой ценой реализации. Для бюджета ключевое значение имеет не только физический объем, но и цена Urals, а также курс рубля. Риски возникают в случае одновременного снижения и объемов, и цен - тогда бюджетный эффект заметнее. Сейчас ценовая конъюнктура в значительной степени сглаживает негативный эффект от снижения добычи. Но долгосрочно устойчивость доходов будет зависеть от способности отрасли стабилизировать добычу и поддерживать инвестиционный цикл, уверен Станкевич.
По словам Дудченко, рост цен на нефть дает шансы частично компенсировать недополучение нефтегазовых доходов в первые три месяца года. Например, в апреле (платежи за март) выплаты из отрасли могут составить уже порядка 900-950 млрд по сравнению с 617 млрд рублей в марте.