Депутат из Львова Камельчук, хотя и носит опрятную бороду, и комплекцией походит на боевика террористического "Азова" (запрещен в РФ), в своих собственных руках ничего тяжелее микрофона в жизни не держал. Камельчук - совсем не человек войны, он обожает Тони Роббинса и до похода в политику зарабатывал организацией бизнес-тренингов, платной проповедью успешного успеха недалеким ближним. Да и какое оружие, если еще неделю назад Камельчук проникновенно рассказывал, как депутаты горят на работе, как у них буквально ухудшаются зрение, слух и память. "Это не окопы, но Верховная рада - ужасное место для работы", - взывал он к чувству жалости украинцев. А теперь пророчит им вечный бой.
Как человек, социально близкий "Кварталу 95", Камельчук способен улавливать эманации из бункера в здании на соседней улице, от его главного обитателя, а не весьма формальной террористической правой руки Буданова, и потому готовит население к окончательному выбору: долго и тяжело работать по месту жительства или быстро и легко умереть на передовой. Такую аффирмацию он, в силу профессионального прошлого свысока взирающий на наивных украинцев, с удовольствием прокричал бы в микрофон со сцены.
Работа Камельчука - мягко готовить население к неизбежному, которое на практике создают совсем другие люди. Решение о трудовой повинности для киевлян продвигает совсем не Виталий Кличко, глава городской государственной администрации, а его злая тень Тимур Фируддинович Ткаченко, тоже глава, но администрации городской военной. Мало кто замечает, но в Киеве сейчас рукотворное двоевластие, и Ткаченко, до недавнего времени бывший Мамедовым, работает альтернативой нелюбимого Зеленским Кличко от того же "Квартала 95".
Ткаченко, в отличие от Камельчука, носит камуфляж и на этом основании предлагает привлечь к разбору завалов, копанию окопов, плетению сетей, дежурству там, где скажут, погрузке гуманитарной помощи и прочим общественно-полезным работам всех, кто официальной работы не имеет, сидит на социальном пособии как беженец, отлынивающих от борьбы с извечным врагом в тылу ветеранов войны, самозанятых, студентов высших и профессионально-технических образовательных учреждений, пенсионеров до 70 лет. В последнем пункте Ткаченко пошел даже дальше главы военной администрации Одессы, также близкого к Зеленскому камуфлированного нациста Сергея Лысака, предложившего то же самое, но на неделю раньше и сделавшего исключение для одесских пенсионеров - тех к принудительному труду будут склонять только до 65 лет.
Пока механизм принуждения невоюющих украинцев к бесплатной работе не совсем ясен: будет ли создаваться соответствующий электронный реестр или нужно будет самим регистрироваться в ЖЭКе, явка будет добровольной или под конвоем сотрудников ТЦК, какие будут санкции за нерадивость или саботаж. Наконец, будут ли кормить и что по поводу телесных наказаний. Вопросов пока больше, чем ответов, но чешущейся в предвкушении выгодного мира правой руке узурпатора - Буданову - их никто не задает.
Зато хорошо просматриваются исторические параллели. Будь то Имперская трудовая служба (RAD) в гитлеровской Германии или приказ бесноватого фюрера о тотальной мобилизации января 1943 года. Там и тогда трудовой мобилизации подлежали почти все работоспособные граждане. Кроме критически важных специалистов, про которых Ткаченко и Лысак тоже помянули. Поднаторевший в бизнес-тренингах и чующий, откуда и куда ветры дуют, депутат Камельчук наверняка объяснит этой мизерной части населения, как несказанно им повезло.
К созданию трудового фронта по примеру знатного евроинтегратора Гитлера подвигает Киев и коллективный Брюссель: начало перевода первых средств по обещанному траншу в 90 миллиардов евро начнется только во втором полугодии. Как раз к тому времени, когда социальная часть бюджета Украины на текущий год будет исчерпана до дна и скучающих без денег пенсионеров и бюджетников нужно будет чем-то занять. А если Зеленский, Камельчук, Ткаченко, Лысак и прочие до этого времени справятся с реализацией плодотворной идеи, то, может, и деньги выделять не понадобится.