Ответ, в некотором смысле, лежит на поверхности - в прямом и переносном смысле. Взгляд на деревню Юйцунь в провинции Чжэцзян сегодня открывает картину гармонии: тенистые аллеи, уютные гостевые дома, чистый воздух. Однако еще в начале 2000-х ее экономика почти полностью зависела от добычи известняка и производства цемента. Горы были изрыты карьерами, пейзаж утопал в пыли. Решительный отказ от разрушительной модели в пользу экотуризма и "зеленых" предприятий превратил Юйцунь в символ национального курса "зеленых гор и чистых вод". Эта локальная трансформация стала прообразом масштабной общенациональной стратегии, логическим завершением которой сегодня и видится создание единого Экологического кодекса.
Необходимость в таком документе назрела давно. В Китае действует более 30 законов об охране окружающей среды, свыше 100 подзаконных актов и более 1000 местных нормативов. Однако, как неоднократно отмечали законодатели, эта правовая масса зачастую фрагментирована, регулируя то воздух, то воду, то защиту животных по отдельности, что порой создает пробелы или противоречия. Новый кодекс призван выполнить работу системного интегратора, объединив разрозненные нормы в целостную, внутренне согласованную правовую систему для максимальной эффективности правоприменения.
"Охрана окружающей среды в Китае вступила в этап системного управления, - поясняет депутат ВСНП от провинции Чжэцзян, профессор Академии наук Китая Ван И. - Вместо раздельного подхода к регулированию воздуха, воды или почвы нам необходима единая комплексная система. Принятие Экологического кодекса позволит объединить различные экосферы в рамках одного правового поля".
Проект кодекса, включающий более 1200 статей, - это не механический сборник старых законов, а их глубокая переработка и синтез. Более того, он вводит принципиально новые нормы, отвечающие на вызовы времени. Впервые на уровне кодекса закрепляются основы "зеленого" и низкоуглеродного развития, что посылает долгосрочный правовой сигнал рынку и обществу, укрепляя траекторию движения к целям углеродной нейтральности. Для решения проблемы отходов новых технологий - от аккумуляторов электромобилей до лопастей ветрогенераторов - в документ включен принцип расширенной ответственности производителя, четко распределяющий обязательства по утилизации.
Важно, что кодекс не только работает на макроуровне, но и затрагивает повседневную жизнь. Вопросы вроде сжигания соломы на полях или бытового шума также получают правовые рамки для решения, показывая, что экология - это не только глобальные тренды, но и качество жизни здесь и сейчас.
В условиях международной турбулентности и экономических сложностей некоторые наблюдатели задаются вопросом: сохранится ли прежняя динамика "зеленого" перехода Китая? На это у законодателей есть весомый контраргумент - сам факт кодификации. "Когда на полях климатических конференций меня спрашивают, не сбавим ли мы обороты, я отвечаю: мы как раз пишем Экологический кодекс. Разве это не самый убедительный сигнал постоянства нашего курса? - отмечает Ван И. - Мы полны решимости и будем наращивать усилия. В мире, где многое неясно, мы стремимся быть фактором стабильности в решении климатических проблем".
Экологический кодекс Китая станет вторым в истории страны после Гражданского кодекса 2020 года. Это уравнивание в статусе знаково: охрана природы официально признается столь же фундаментальной ценностью, как и базовые гражданские права, требующей столь же системного и всеобъемлющего правового подхода. Как подчеркнула заместитель председателя Комитета ВСНП по охране окружающей среды и природных ресурсов Люй Чжунмэй, кодекс воплощает идею гармонии человека и природы, доказывая совместимость развития и экологии. Этот опыт, отточенный от практики в отдельных деревнях до высот национального законодательства, представляет собой готовый кейс системной экологической модернизации, потенциально полезный и для других стран, стоящих перед схожими вызовами XXI века.