"Никаких рисков финансовой устойчивости для экономики, системных рисков мы не видим", - подчеркнула Набиуллина. При этом она обозначила главную зону внимания: долговая нагрузка бизнеса и рост просроченной дебиторской задолженности. "Финансовое состояние отдельных компаний, пусть очень крупных, сразу экстраполируется на состояние экономики в целом. У нас выросла неравномерность - в инвестициях, в прибыли, в состоянии долговой нагрузки", - сказала глава регулятора. По сути, формируется новая конфигурация рисков: внутри одной отрасли сосуществуют компании с консервативной финансовой моделью и устойчивыми балансами, а также игроки, активно наращивающие долг и сталкивающиеся с ростом уязвимости.
"Долг - это плечо, но должен быть капитал, к чему это плечо прикладывать. Если капитала нет и развивается компания в долг, то она с большой вероятностью окажется в сложных условиях", - предупредила Набиуллина. Рост за счет заимствований без опоры на капитал становится все менее устойчивым. Для банков это сигнал к более жесткой оценке заемщиков, для компаний - к пересмотру финансовых стратегий, для государства - к поддержке эффективных бизнес-моделей, а не самого факта активности.
"Нам критически важно повышать собственную эффективность и собственную производительность. Отсюда желание иметь более низкие ставки, чтобы был инвестиционный рост, чтобы была производительность. Вот эту структурную реформу не подмазать дешевыми деньгами. Должен быть отбор эффективных", - заявила Набиуллина. Искусственное удешевление ресурсов для поддержки слабых игроков, по ее словам, искажает конкуренцию и тормозит повышение производительности.
По оценке главы ЦБ, мы входим в период, когда привычные бизнес-модели начнут ломаться, потому что меняется сама природа производства и конкуренции. "Мы находимся в эпохе тектонических технологических изменений", - отметила Набиуллина, говоря о влиянии искусственного интеллекта и платформенной экономики. Она добавила, что базовое условие, даже на горизонте десяти лет, остается неизменным: макроэкономическая стабильность.
Параллельно формируется еще один мощный ограничитель - кадровый. "Рынок труда - это ключевой фактор производительности. Мы понимаем, что надо отходить от поддержки низко производительных рабочих мест. Разными способами мы это делали, сейчас потихоньку тренд разворачивается. Это должно сопровождаться роботизацией, искусственным интеллектом, внедрением технологий. Также зачастую большой вклад дают организационные изменения. Появление платформенной экономики тоже очень сильно все изменило", - сказал министр экономического развития Максим Решетников.
Еще одним вызовом остается демография - рост продолжительности жизни сочетается со старением населения, что усиливает давление на рынок труда. По словам министра, через десять лет все более значимую роль будет играть миграция. Без притока рабочей силы обеспечить экономический рост будет сложно, однако речь идет прежде всего о "разумной и экономически оправданной миграции" в ограниченных объемах и о формировании системы привлечения именно тех кадров, которые востребованы экономикой.