Эрмитаж, в котором археолог работает уже более 30 лет, поднял все возможные силы, чтобы вызволить своего сотрудника из польского СИЗО, где известный ученый находился с конца прошлого года. Удалось - обмен по формуле "пять на пять" между Минском и Варшавой состоялся 28 апреля. Победа? Определенно. Но - и новая политическая и культурная реальность, с которой теперь нельзя не считаться.
Сам Александр Бутягин отметил, что история с его обвинением на освобождении не окончена и он готов к возможному дальнейшему давлению. "Речь идет о неординарных мерах. Человека не отпустили, а поменяли", - добавил глава Эрмитажа Михаил Пиотровский. Вместе с тем, запугать ни музей, ни российскую науку не удалось - Александр Бутягин уже вернулся на работу и планирует продолжать исследования в Крыму.
- Я не вижу причин не возвращаться к тому, чем я занимаюсь всю свою жизнь. Упущено и так много времени, исследования не закончены, - отметил археолог.
Время и конкретные места экспедиций будут известны позже, когда появится соответствующий приказ от руководства музея.
Михаил Пиотровский, в свою очередь, заметил, что запрета на выезд за границу по работе для сотрудников Эрмитаж устанавливать не будет: "Мы будем работать как работали. Сотрудники могут ездить куда угодно, но должен быть приказ. Все запреты сегодня - с другой стороны границы".
При этом, музей был готов и к худшему развитию событий, поделился Михаил Пиотровский, - к экстрадиции ученого на Украину. Думал об этом и сам Александр Бутягин, журналистам он рассказал об одном комментарии на этот счет - от украинского "коллеги" по польской тюрьме.
- Он мне сказал: "Да, на Украину тебе лучше не ехать…" В этом, как ни странно, не было никакого злорадства, только сочувствие. Я и сам хорошо понимал, что там со мной никто миндальничать не будет, - поделился археолог.
Он также рассказал, что ни разу не общался с украинскими представителями - с их стороны за все время заключения не было никаких попыток контакта. Не разговаривали с ним и правоохранительные органы Польши. "Фактически после прокурора со мной не общался никто. А по поводу украинской стороны - я видел документы, которые они присылали. И даже меня, совсем несведущего в юридических вопросах, удивляло насколько небрежно они подготовлены, там многое просто не стыковалось. Но, видимо, они были настолько уверены, что все хорошо", - прокомментировал Александр Бутягин.
Поделился он и тем, в каких условиях находился в польском СИЗО: "Особых ограничений не было. Кормили посредственно, но сытно. Макароны, колбаса, суп, чай. Потом, когда мне перевели деньги, появилась возможность покупать продукты. Давали книги. Мы с сокамерниками играли в карты. Я в них не играл, наверное, с пионерлагеря и теперь еще долго, думаю, не буду".
Главной сложностью он назвал "сдавливание" - пребывание на 16 квадратных метрах с несколькими чужими людьми. Но и с сокамерниками, поделился ученый, он смог наладить хорошие отношения: "Долгое время моим коллегой по камере был пожилой поляк, с ним мы могли вести разговоры на любые темы - о философии, политике, археологии. Это была большая удача. Я по роду своей деятельности привык разговаривать, если бы это было невозможно, мне бы этого не хватало".
Пресс-конференция Александра Бутягина в ЭрмитажеКак удалось не падать духом? "Я занимался физическими упражнениями и в жизни так хорошо не худел! - пошутил ученый. - Кроме того, я верил, что за меня сражаются, от моих друзей до самых высоких лиц и президента. Не ожидал, что моя скромная персона привлечет такие силы".
А первым делом, вернувшись в Петербург, Александр Бутягин обнял жену, попил чаю и погладил кота: "Его зовут Ксенофонт, он ездит со мной в экспедиции. Боялся, что спустя столько времени он меня не признает, но признал".
В тюрьме археолог писал не только научные статьи - накопилась целая стопка листов, которые теперь предстоит привести в надлежащий вид, но и дневник. Публиковать его он пока не собирается, но, возможно, в будущем, он все-таки в том или ином виде увидит свет.
"Главный итог от случившегося - у меня было время подумать о своей жизни. От каких-то бытовых мелочей до философских вопросов. В любом случае, все эти месяцы - теперь большой кусок моей жизни", - подытожил Александр Бутягин.
Российский ученый Александр Бутягин