Детство у будущего генерала было наполнено разнообразным трудом. Еще при Российской империи 14-летний подросток имел за плечами опыт работы железнодорожным рабочим, истопником, уборщиком, посыльным и конторщиком у местного помещика. В 1920-м он добровольно вступил в ряды Красной армии и получил первый боевой опыт на польско-советской войне. За первым вскоре последовал и второй: в марте 1921 года артиллерист Селивановский в составе 1-й батареи Детскосельских командных курсов тяжелой артиллерии РККА участвовал в подавлении Кронштадтского мятежа.
Способного парня из белорусских Хойников заметили и в том же 1921-м отправили на учебу в Москву. А на следующий год на перспективного кремлевского курсанта обратили внимание на Лубянке. В сентябре 1922 года началась чекистская биография Селивановского, продлившаяся без малого тридцать лет. Окончив курсы ГПУ, он был направлен в Туркестан, где состоялся третий боевой опыт - в борьбе с басмачами. Молодой чекист формально не обязан был оказываться в первых рядах при боевых операциях, но "в сабельные атаки ходил вместе со всеми". Николай Николаевич вспоминал: "Честно говоря, никогда не любил отсиживаться за чьей-то спиной, этим и горжусь. Зато всегда мог людям честно смотреть в глаза".
В 1930 году он успешно окончил Высшую пограничную школу ОГПУ при Совнаркоме СССР, а в 1937-м на его груди появился первый орден - "Знак Почета". Награждение состоялось по не совсем типичному для той суровой эпохи поводу. Николай Николаевич обеспечивал безопасность заграничных гастролей Краснознаменного ансамбля красноармейской песни и пляски, проходивших в Париже и Праге. С Францией и Чехословакией у Советского Союза в то время установились неплохие отношения, в том числе и в области культуры.
Великую Отечественную войну сорокалетний опытный чекист Селивановский встретил начальником 5-го отдела Наркомата обороны. После 22 июня 1941 года пришлось приниматься за активную борьбу с гитлеровскими агентами, шпионами и диверсантами. Николай Николаевич умело и результативно налаживал эту работу, руководя особыми отделами Сталинградского, Юго-Восточного, Донского и Южного фронтов.
С первого до последнего дня Селивановский участвовал в героической обороне Сталинграда. Но уже в июле 1942 года его чекистская биография могла закончиться там же, под Сталинградом. Дело в том, что начальник особого отдела Сталинградского фронта категорически воспротивился назначению 22 июля командующим фронтом генерал-лейтенанта В.Н. Гордова. Нарушив субординацию, Николай Николаевич отправил шифротелеграмму Сталину, после которой его немедленно, уже вечером 26-го числа, вызвали в кабинет Верховного Главнокомандующего. В обнародованных ФСБ сведениях есть и воспоминания Селивановского об этом конфликте: "Я воспринял назначение Гордова как крупную кадровую ошибку, так как знал его как человека грубого, не пользующегося авторитетом среди участников разворачивающейся битвы за Сталинград, в военном отношении не очень искушенного. Естественно, у нас имелись все подтверждающие материалы. Все это изложил в телеграмме, которую направил лично И.В. Сталину, а копию - Л.П. Берии. Что тут началось! Меня вызвали в Москву, и Берия долго меня ругал, заявляя при этом, что я "сую нос куда не следует", что "назначение командующих фронтами - это прерогатива Верховного командования", а не меня - особиста. Потом, по указанию Сталина, на Сталинградский фронт приезжал Абакумов и проверял, насколько я прав в своих доводах. Честно говоря, я сильно рисковал, и, будь что не так, не сносить бы мне головы... Но данные мои, видно, подтвердились, и вскоре Гордов под благовидным предлогом от командования фронтом был отстранен".
Тогда для Селивановского все закончилось благополучно, его чекистская работа получила высокую оценку, а по окончании Сталинградской битвы, когда 19 апреля 1943 года было образовано Главное управление контрразведки Смерш, он был назначен заместителем его начальника. Но в 1953 году, после смерти Сталина, та история жестоко отразилась на судьбе Селивановского. В 1942-м против снятия Гордова с должности выступал Г.М. Маленков, а назначение неискушенного генерала состоялось при участии члена Военного совета Сталинградского фронта Н.С. Хрущева. Маленков и Хрущев стали высшими руководителями страны, и именно в этот период Селивановский был отправлен на пенсию в 52 года "по сокращению штатов".
Отвечая в Смерш за заброску агентуры и диверсионных групп в гитлеровский тыл, Николай Николаевич руководил многими успешными операциями, в том числе и на белорусской земле. На завершающем этапе войны Селивановский блестяще организовал работу оперативных групп Смерш в Бухаресте, Софии и Белграде, а День Победы встретил в Варшаве на посту советника НКВД СССР при Министерстве общественной безопасности Польши. В 1946 году он был назначен заместителем министра госбезопасности СССР.