Сам Галицкий лично не стал дожидаться судебного решения. За двое суток до его вынесения он уехал в Беларусь по нидерландскому паспорту.
У Галицкого два паспорта - российский и нидерландский. И российский в обозримом будущем ему вряд ли понадобится. Фактически он закрыл себе путь назад своими руками. Сам он считает все произошедшее с ним результатом заговора. Хотя более убедительной выглядит версия о том, что он просто не смог перестроиться. И пытался решать возникавшие у него в России проблемы в стиле тех времен, когда начинал свой бизнес. И в итоге потерял все, что еще у него оставалось в стране.
Бизнесмен Галицкий, которому пошел восьмой десяток лет, встал на путь частного предпринимательства России в начале двухтысячных. Родился же он в Житомирской области Украины в достаточно обеспеченной по тем временам семье. Отец его руководил совхозом, мать преподавала в школе. Сын окончил школу с золотой медалью и поступил в один из самых престижных вузов - Московский институт электронной техники. Работать пошел в режимный НИИ. Когда же началась перестройка, ушел в бизнес. Где весьма преуспел. Стал заметной фигурой в сфере it-технологий. Работал в США, Европе, России и странах СНГ.
С 2010 года был женат на Алие Галицкой. Супруги развелись весной прошлого года. Судились в Америке (по поводу того, с кем будут жить их две дочери) и в России (по поводу раздела имущества). Галицкий заявлял, что никогда не состоял в браке с Алией, а лишь является отцом ее детей. Экс-супруга в качестве доказательства предъявляла свидетельство о браке, зарегистрированном в 2010 году в штате Невада, а также решение Верховного суда Калифорнии о его расторжении. Американский суд оставил девочек матери.
Однако, по словам Алии Галицкой, бывший муж забрал дочерей из школы в Подмосковье и непонятным образом смог вывезти их из России в неизвестном направлении. Увидела она дочек уже в Швейцарии. Но вернуть их не смогла. Потому что, как объяснил ее адвокат, все документы на детей находились у отца.
В России Галицкая попыталась разделить нажитое с бывшим мужем имущество. Но наши правоохранители неожиданно обвинили ее в попытке вымогательства у экс-супруга 150 миллионов долларов, которые фигурировали в материалах суда о разделе имущества.
Как уверяло следствие, Галицкая, "действуя совместно с неустановленными соучастниками по предварительному сговору, находясь в Истре, при помощи телефонных звонков, переписки, а также во время личных встреч с Галицким выдвинула в его адрес требование передать ей сумму, превышающую 150 млн долларов". Якобы Галицкая угрожала обнародовать порочащие его сведения, а также "иную информацию, способную нанести ущерб правам и законным интересам ее бывшего супруга".
Представить, что к такому повороту событий Александр Галицкий не имел никакого отношения, очень сложно. Тем более, что эти события дальше стали развиваться просто со стремительной скоростью.
6 февраля 2026 года подмосковный суд арестовал Алию Галицкую и отправил под стражу до 3 апреля. Она оказалась в изоляторе временного содержания Истры. Причем в одиночной камере, где покончила жизнь самоубийством.
Новость о смерти Галицкой получила широкий резонанс. И этим привлекла внимание обновленного руководства прокуратуры и судебной власти в стране.
Судью, отправившего Галицкую в камеру, оперативно попросили на выход, а его начальницу - председателя подмосковного районного суда - разжаловали в рядовые судьи. Дело же, возбужденное против Галицкой, прекратили ввиду отсутствия не только состава, но даже и события преступления.
И уже 11 марта 2026 года, то есть спустя меньше месяца после гибели Алии Галицкой, в Тверской районный суд Москвы поступил административный иск Генеральной прокуратуры, в котором содержалось требование запретить на территории России деятельность и самого Александра Галицкого, и основанного им инвестиционного холдинга Almaz Capital Partners (признан экстремистской организацией и запрещен в РФ. - Прим. ред.). Поскольку и он сам, и его холдинг признаны экстремистским объединением. Также прокуратура потребовала конфисковать имущество предпринимателя: недвижимость на сумму свыше 1 млрд рублей и более 7 млрд рублей на банковских счетах.
Информагентства тогда сообщали: прокуратура пришла к такому выводу на основании информации о том, что венчурный фонд Галицкого поддержал санкции США и Евросоюза, прекратил инвестиции в российские компании и начал выводить капитал за рубеж, а также начал оказывать военную помощь Украине, направив более 50 млн долларов украинским компаниям-разработчикам и производителям боеприпасов, комплектующих для беспилотников и других видов вооружения.
Решение суда о запрете фонда и конфискации имущества Галицкий попробовал оспорить. Но ему и его адвокатам это не удалось. Узнал он о проигрыше процесса, уже находясь вдали от России.