Сиротская доля
У Кати шесть братьев и сестер. Все они родились и выросли в Ленинградском районе Кубани, где жили в старенькой хатке вместе с мамой. Весной 2019 года после тяжелой болезни она ушла из жизни, оставив круглыми сиротами четверых несовершеннолетних детей в возрасте от четырех с половиной до четырнадцати с половиной лет. Говорят, родственники пытались забрать племянников себе, но органы опеки не разрешили, сославшись на отсутствие надлежащих жилищных условий.
Зато вопрос с определением детей в приемную семью решился стремительно: 21 апреля умерла их мама, а уже 24 апреля все четверо несовершеннолетних Морозовых - Екатерина, Денис, София и Артур - оказались в доме Валерия и Марины Максименко. Супруги тогда уже пять лет занимались воспитанием сирот на возмездной основе, получая из бюджета вознаграждение и средства на их содержание. Полагающиеся сиротам пенсии поступали на отдельные номинальные счета несовершеннолетних.
В итоге суммы выходили приличные. Так, с 26 апреля 2019 года по 22 октября 2022-го, когда в семье Максименко находилась старшая из опекаемых детей, 14-летняя Екатерина, на ее содержание и воспитание, а также пенсию по случаю потери кормильца из бюджетов разных уровней был выплачен 1 014 576 рублей. Согласно банковской справке, за 2019 год сумма ежемесячного содержания составила 80 827 рублей, Катина пенсия - 79 086. В 2020-м ее опекуны на содержание получили 156 300 и 121 402 рубля пенсионных выплат, в следующем - 162 084 и 137 979, а в 2022-м - 140 470 и 126 998. Супруги снимали со счетов не только вознаграждение и средства, предназначенные на содержание детей, но и их пенсионные выплаты. Причем и в тот период, когда не тратили на них ни копейки.
Предприимчивые опекуны
Судя по документам, Екатерина жила в семье 3,5 года. Однако на деле девушка провела в их доме примерно половину подобного срока, а остальное время находилась в различных оздоровительных учреждениях. И опекуны в это время не тратились на лечение, оздоровление, питание и проживание детей.
- Когда нас к ним определяли, сказали, что с нами еще будут близнецы жить, - рассказывает Катя. - Но никого не увидели - их отправили в санаторий. А следом и нас, хотя мы ничем не болели. С тех пор это стало нормой. Иногда по полгода подряд проводили в различных здравницах, где и в школу ходили. Даже когда в техникум поступила, они договаривались с преподавателями, чтобы я училась дистанционно. Последний раз была в санатории с июня по октябрь 2022 года, вернувшись к ним за десять дней до своего совершеннолетия. 21 октября мне исполнилось 18 лет. В тот день они мне передали 100 тысяч рублей, взяли расписку и сказали, чтобы собирала вещи и переезжала в общежитие. Я так и сделала, а потом узнала в банке, что они полностью опустошили мой номинальный счет. А последняя пенсия пришла в день моего совершеннолетия и тут же была снята.
Обо всем этом Екатерина рассказала в аппарате регионального Уполномоченного по правам ребенка, где мы и встретились.
- Меня туда направила старшая сестра Карина, - пояснила девушка. - Она к уполномоченному обращалась, когда мама умерла, а мамины родственники пытались на себя опеку оформить. Но нас отдали чужим людям. Карине удалось оставить только нашего старшего брата, потому что у них общий отец. Они о нас никогда не забывали, но опекуны были против общения. Меня за это даже наказывали.
После вмешательства омбудсмена началась проверка, по результатам которой прокурор Ленинградского района в интересах Екатерины Морозовой обратился в суд с иском о взыскании с Валерия и Марины Максименко 422 387 рублей, выплаченных на содержание несовершеннолетней. Решением Ленинградского райсуда от 23 декабря 2024 года этот иск был удовлетворен частично: с опекунов в пользу сироты солидарно взыскано 148 тысяч рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований - отказано.
Вынесенное решение вызвало у многих недоумение и было оспорено. 18 июня 2025 года судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда отменила его, приняв по делу новое решение, которым исковые требования прокурора были удовлетворены в полном объеме. Четвертый кассационный суд общей юрисдикции 16 октября минувшего года поддержал коллег, отклонив поданную жалобу.
В вынесенном определении приведена шокирующая информация, свидетельствующая, что опекуны снимали деньги с номинального счета Екатерины, когда отправляли ее в санаторий. Всего таких периодов за 3,5 года было семь. Пару раз она отсутствовала в доме Максименко по несколько недель, но чаще это происходило месяцами. Как следует из судебного определения, Екатерина "за период с 26 апреля 2019 года по 21 октября 2022 года провела в приемной семье 1 275 дней, из которых 615 дней находилась в детских санаториях по путевкам, предоставленным за счет средств регионального бюджета". Причем за время "пребывания в санаториях с ее номинального счета ответчиками были сняты денежные средства на общую сумму 522 327 рублей (из которых 257 084 рубля - выплаты на содержание, 255 303 - пенсия по случаю потери кормильца, 10 000 рублей - единовременная денежная выплата)".
Опекуны уверяли, что расходовали эти деньги "исключительно в ее интересах": приобретали мебель, дорогие украшения и мобильные телефоны, которые она якобы постоянно ломала. Однако подтвердить документально не смогли. По словам Кати, она ушла от приемных родителей, забрав подушку с одеялом, тарелку, кружку, вилку с ложкой, юбку, футболки, кофты, кроссовки и подаренный старшей сестрой мобильный телефон. Вещи, из которых выросла, оставила младшей сестре Соне. Надеялась продолжить общаться с ней и братьями, оставшимися у Максименко, но те запретили им видеться.
Персона нон-грата
Нежелательной персоной в доме Максименко Катя стала после прокурорской проверки: по ее результатам был подан иск в суд и возбуждено уголовное дело. Главу приемной семьи Максименко обвинили по статье за присвоение вверенного чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору.
Для своей защиты Максименко наняли двоих юристов. А интересы девушки по просьбе омбудсмена безвозмездно взялся представлять известный адвокат Алексей Аванесян. Отдавший в прошлом свыше 10 лет оперативной работе, он вышел на лиц, причастных к этому делу, задал резонные вопросы: почему органы опеки годами закрывали глаза на "родителя", а медики выдавали направления для лечения здоровых детей? Увы, ответов на них Алексей не дождался: он умер в декабре прошлого года, вскоре после передачи в суд этого уголовного дела: не выдержало сердце.
Приговор Ленинградским районным судом был вынесен 26 февраля 2026 года. Валерий Максименко признан виновным в совершении двух эпизодов преступления, за что ему было назначено наказание в виде одного года лишения свободы условно с испытательным сроком один год. Исковое заявление прокурора о возмещении ущерба, причиненного преступлением, удовлетворено в полном объеме. 12 мая коллегия по уголовным делам Краснодарского крайсуда оставила его без изменения, а жалобы защитников осужденно- го - без удовлетворения.
Как сообщил "РГ" прокурор Ленинградского района Александр Коргулев, "в результате выявленных нарушений по охране прав и свобод несовершеннолетних в деятельности органа опеки и попечительства Ленинградского района прокуратурой района внесено представление об устранении указанных нарушений, которое рассмотрено и удовлетворено, к дисциплинарной ответственности привлечены лица, допустившие нарушения".
Но точку в этой истории ставить, похоже, рано. Ведь, несмотря на вынесенный обвинительный приговор, в приемной семье Максименко продолжают оставаться Катина младшая сестра и двое братьев.
При поддержке органов прокуратуры и детского омбудсмена младшие Морозовы поставлены на учет для получения жилья. В жизни Екатерины произошли большие перемены: в прошлом году она окончила техникум, вышла замуж и недавно стала мамой. Всех троих приютили родственники мужа, где они дожидаются собственного жилья. Но вот встретиться с сестрой и братьями не получается: в роликах, снятых опекунами и выложенных в Сеть, те заявили, что якобы не хотят ее видеть. Девушка уверена: ситуация изменится, когда родственников заберут из этой семьи.