Художественный руководитель проекта Александр Чалдин переехал в Хабаровск вместе с семьей на весь период работ - по планам до 2028 года. Супруга трудится вместе с ним, детей зачислили в школу и детский сад. Точный срок завершения Чалдин называет осторожно: творческий процесс трудно прогнозировать, заказчик может попросить внести изменения, а при переносе сюжетов со сметы на стены вмешивается человеческий фактор.
По словам иконописца, подняться под купол одного из самых высоких храмов страны для него не проблема: первый месяц болят ноги, а потом привыкаешь. Самое сложное - грамотно спланировать нанесение рисунка. Цена ошибки огромна: фигура святого ростом в три этажа растягивается, пока пишешь лик, не видишь, что с ногами, а отойти посмотреть нельзя из-за завешенных лесов. Ошибешься - замазываешь все белилами, и недельный труд пропадает.
В бригаде иконописцев за каждым закреплена своя функция: один пишет лик, второй - одежды, третий - фон, четвертый - орнамент. Такие технологии были заведены еще с древности, чтобы уйти от гордыни и индивидуализма. При большом количестве разных рук индивидуальность размывается, и вся роспись выглядит так, будто ее создавал один художник. Для храма, как для объекта религиозного, это лучший подход. Если художники делят между собой композиции, бросаются в глаза разные стили, заметно даже, где писал мужчина, а где женщина. Это может быть хорошо в искусстве, но не в храме, где задача рассказать о святом, а не показать свое мастерство.
Строительные леса в храме возвели на рекордную для подрядчика высоту - 35 метров, почти до уровня двенадцатиэтажного дома. Чтобы собрать их, потребовалось около семи грузовиков конструкций. Из-за разной геометрии стен приходится докладывать доски, чтобы обеспечить безопасный доступ художников. Чалдин пояснил, что иконописцы не могут постоянно работать с альпинистскими системами - это мешает рисовать. Поэтому создали "коридор в коридоре": ровные этажи, застеленные фанерой, с ограждениями, освещением, розетками и лебедками. Созданы максимально комфортные и безопасные условия.
К высоте иконописцы уже привыкли, хотя Спасо-Преображенский собор - самый высокий из всех храмов, которые им доводилось расписывать. Под купол поднимаются утром, спускаются к обеду и снова до вечера наверху. К концу дня затекают руки-ноги, болит спина, но конечный результат радует - когда разбирают леса, душа ликует.
Чалдин отметил, что его работа - это проповедь в красках. В бригаде все люди воцерковленные, никто не паникует, если что-то идет не так. Все можно закрасить и переделать. В бригаде трудятся пять женщин, на них самая кропотливая орнаментальная часть, требующая усидчивости и умения работать даже лежа. Художественный руководитель подчеркнул, что никого не заставляют надрываться: устал - отдохни. Расписывать храм должно быть в удовольствие.
Обычный храм бригада расписывает за год-полтора, на хабаровский уйдет минимум три года. Иконописцы признаются, что по завершении работ будут очень скучать. Для Чалдина это четырнадцатый храм за двадцать лет работы. В хабаровском соборе бригаде предстоит создать около шести тысяч образов.
Худрук рассказал, что большой объем работы связан с размерами храма. Уже написан алтарный цикл, закрытый от простых людей, готов цикл на колоннах. Впервые в Хабаровске ему доведется писать притчи Господни: о блудном сыне, о милосердном самарянине и другие. В куполе на высоте около 70 метров будут изображены архангелы и ангелы.
Чалдин мечтает создать в Хабаровске мурал на православную тематику, готов сделать это бесплатно. Он предложил изобразить Георгия Победоносца, а если дадут больше домов - Александра Невского, Дмитрия Донского и других канонизированных воинов. Это тоже проповедь и демонстрация веры, подчеркнул иконописец.