Елена Николаевна, на что в последнее время жалуется малый бизнес?
Елена Артюх: На рост издержек и себестоимости услуг и продукции. Эти параметры не могут увеличиваться бесконечно - платежеготовность потребителей не бесконечна. Если сравнивать с 2025 годом, то появились новые вызовы, связанные с изменением налогообложения на "упрощенке" и патенте, цифровизацией производств, при этом сохраняется рост тарифов, а кредитных ресурсов не хватает. Немножко снизилась острота кадрового дефицита, хотя в некоторых отраслях она все еще остается.
На предстоящую встречу с губернатором мы выносим вопросы от деловых объединений, отраслевых ассоциаций, Союза МСБ. Они затрагивают как конкретные предприятия, так и системные проблемы. Диалог обычно длится 1,5 часа, в ходе него или по итогам даются поручения министрам, но всегда оставляем еще несколько минут на "открытый микрофон". Будут и подключения из муниципалитетов.
Cтало ли меньше ситуаций, когда правая чиновничья рука не знает, что делает левая?
Елена Артюх: С межведомственной рассогласованностью еще приходится сталкиваться, хотя гораздо реже. Инструменты для ее преодоления в Свердловской области есть, в частности, с мая 2022 года при инвесткомитете действует рабочая группа по внесудебному урегулированию споров между инвесторами и контрольно-надзорными органами, а фактически - с любыми публичными структурами.
К примеру, спецзастройщик, занимающийся развитием территории в Орджоникидзевском районе Екатеринбурга, из-за сложностей с расселением ветхого жилья затянул с возведением физкультурно-оздоровительного комплекса стоимостью полмиллиарда рублей. Мэрия отказывалась продлевать договор. Однако на заседании рабочей группы решение нашли. В итоге компания проект не бросила, надеюсь, жители получат спорткомплекс до конца 2027 года.
Чем хорош такой формат, когда все заинтересованные стороны - предприниматель, бизнес-омбудсмен, представители разных уровней власти, отраслевые эксперты - собираются и вместе ищут способ справиться с многослойной проблемой? Раньше каждый видел только свой фрагмент картины, а общего понимания могло не быть. Когда обсуждение идет коллегиально, больше шансов прийти к консенсусу.
Невозможно же чиновников все время собирать за круглым столом. Как поменять их мотивацию, чтобы они не боялись принимать решения?
Елена Артюх: Самое сложное - изменить сознание, внутреннее отношение. Здесь нужна постепенная и вдумчивая работа. Я сторонник разных вариантов внесудебного урегулирования споров и хочу сказать, что чиновники сейчас ведут себя иначе, чем 12 лет назад. Когда приходят жалобы из муниципалитетов, первым делом звоню главам и уточняю, можно ли снять вопрос переговорным путем. Именно так, например, удалось закрыть долг перед компанией из Екатеринбурга, поставившей щебень в глубинку почти на 900 тысяч рублей. Тем самым заказчик избежал прокурорской проверки, а предприятие - риска уголовной ответственности за возможные задержки зарплаты и ответственности за просрочку по налогам.
Недавно получилось погасить в зародыше потенциальный конфликт в одном из малых городов: минАПК отказалось добавлять новый магазин в лицензию торговой сети на розничную продажу алкоголя, получив заключение мэрии, что объект находится близко к станции скорой помощи. Мы обсудили ситуацию с главой администрации, в итоге во всем разобрались: в расчеты на самом деле вкралась ошибка, как и полагал бизнесмен. То есть торговую точку можно лицензировать.
Всегда ли в конфликте виноват "человек в мундире"?
Елена Артюх: Объективно до 40-50 процентов жалоб, ежегодно поступающих от бизнеса, не обоснованны, иногда собственники компаний заблуждаются, считая, что их права нарушены, иногда даже не знают, какую систему налогообложения применяют, - все доверяют бухгалтеру. Свежий пример: предприятие геологоразведки, пока шла смена руководства, накопило долги клиентов и просрочку по налогам более 2,5 миллиона рублей - ФНС подала иск о банкротстве юрлица, причем экстерриториально, через инспекцию из Башкортостана. Директор у меня на приеме в панике: "Что делать?" Я обратилась в свердловское управление ФНС, проконсультировали руководителя, как действовать, чтобы заключить мировое соглашение и составить график платежей. Но зачем было доводить ситуацию до крайней точки? Очевидно также, что на предприятии не знали о "внебанкротных" возможностях получить рассрочку.
Чем занимаются общественные помощники бизнес-омбудсмена на территориях, кроме сбора жалоб?
Елена Артюх: Обеспечивают полноценную и оперативную связь с местным бизнесом. У меня 22 общественных помощника в 21 муниципалитете и еще 13 по разным отраслям и сферам предпринимательской деятельности. А также десять общественных приемных: одна в Екатеринбурге и девять в других городах области. Конечно, кто-то из помощников более энергичен, кто-то менее, у одного в чате 20 пользователей, у другого - 150. Поскольку должность общественная, мы не требуем строгой отчетности, с другой стороны, мне не нужно, чтобы человек на ней просто числился. Ведь через этих представителей мы доводим до бизнеса важную информацию, приглашаем на приемы, вебинары, другие полезные мероприятия, организуем опросы, получаем от них данные о системных проблемах в экономике.
Назову только некоторых наиболее активных общественных помощников. В ЖКХ это директор управляющей компании Юлия Рыцева, а в сфере оценки - Лев Сегаль. По территориям: Владимир Воронов и Алексей Горбунов в Каменске-Уральском, Алена Чепчугова в Реже. В Сухом Логу недавно назначена Елена Ковбаснюк, на ее примере в пандемию мы с минобром Свердловской области отработали систему поддержки операторов школьного питания, когда детей отправили на дистант.
Какими качествами должны обладать общественные помощники?
Елена Артюх: Прежде всего профессионализмом как предприниматель и авторитетом в своей среде, активной жизненной позицией. Они консультируют заявителей на первом этапе, находятся в контакте с муниципальной администрацией, поэтому многие вопросы, которые можно решить на месте, до меня порой не доходят. Вместе с тем не в каждом городе я могу найти подходящих кандидатов - в частности, нет помощников в Первоуральске, Красноуфимске и Богдановиче.
Что еще поможет повысить эффективность взаимодействия бизнеса и власти, кроме медиации?
Елена Артюх: Заниматься чистой медиацией уполномоченный по закону не имеет права, поэтому мы говорим о медиативных техниках и инструментах. Я считаю, во многом благодаря им Свердловской области удалось решить ряд системных вопросов: расширить применение инвестиционного налогового вычета, сохранить в 2026 году 50-процентную льготу по транспортному налогу для международных грузоперевозчиков, вообще продлить действие сниженных налоговых ставок для УСН более чем 80 видам экономической деятельности. Правда, пока только на год, поэтому следующее предложение направлено на федеральный уровень - пролонгировать действие норм для "упрощенцев" до 2028 года, что позволит им адаптироваться к растущей фискальной нагрузке.
Высоким медиативным потенциалом обладает и участие в оценке регулирующего воздействия: от 80 до 100 процентов наших предложений учитываются региональными и муниципальными разработчиками проектов нормативных актов.
С одной стороны, я уже крайне редко, позвонив руководителю какого-то ведомства или муниципалитета, сталкиваюсь с неготовностью к разговору или формализмом. С другой стороны, бывает, что публичный орган судится до последнего, проигрывает во всех инстанциях, тратит время и средства бюджета, но не идет на мировую. Часто слышу от коллег из органов власти: мы должны обжаловать решения. Хотя процессуальное законодательство гласит: обе стороны вправе подать апелляционную или кассационную жалобу, но не обязаны.
Поэтому, считаю, стоит провести донастройку законодательства, например, записать: если одна сторона в суде предложила мировое соглашение или медиацию, а другая отказалась или уклоняется, то даже в случае победы именно она несет судебные издержки. В ряде юрисдикций такое правило работает.
Еще одно предложение - расширить круг споров, которые не могут оказаться в суде без претензионного порядка рассмотрения дела. Уверена, что необходимо поменять и общий подход к оценке поведения госслужащих, ведь зачастую они не идут на переговоры и мировую, опасаясь обвинений в коррупции.
Развитие механизмов внесудебного урегулирования конфликтов в экономической сфере может стать одним из конкурентных преимуществ Среднего Урала при привлечении капитала и человеческих ресурсов. Потому что инвесторы, предприниматели, потребители товаров и услуг - это прежде всего люди. Чтобы им хотелось жить и работать в регионе, учиться, создавать семьи, открывать предприятия, многое уже сделано. Продолжаем совершенствоваться.
Когда верстался номер, стало известно, что институт бизнес-омбудсмена в стране может изменить формат: президенту предложили сделать его общественно-государственным. Вместо аппаратов уполномоченного рассматривать жалобы будет автономная некоммерческая организация, учредителями которой выступит "большая четверка" деловых объединений. Сегодня часть полномочий правозащитников связана именно с госстатусом.