По Торжку надо ходить пешком. Впитывать подошвами Историю. Туристы приезжают сюда на двухэтажных автобусах из Питера, Москвы, Нижнего Новгорода, Владимира, Тулы, Пскова. Я могу перечислять до бесконечности. Я тоже оставил машину и пошел, куда глаза глядят. А они разбегались. Храмы, монастыри и знаменитые пожарские котлеты. Ведь Пушкин написал когда-то Соболевскому:
- На досуге отобедай
- У Пожарского в Торжке.
- Жареных котлет отведай
- И отправься налегке.
Соболевского не помнят. А котлеты - да!
В поисках трактира, где подают пожарские котлеты, я проделал 20 километров пешком. И везде отворачивался:
- Ну не эти котлеты ел великий Пушкин. Не было на кухне узбеков тогда!
Мой путь лежал именно к трактиру Пожарского. В поисках исторических котлет. На площади "9 января" (советское прошлое, с которым даже под наплывом туристов торжковцы не спешат прощаться), по-старому Торговой или Сенной, стояли группки людей. Вроде торговали чем-то. А на самом деле слушали внимательно своего экскурсовода. Три-пять человек скидываются и за три тысячи нанимают знатока истории. Был бы мобильный интернет, то и экскурсовод - излишество. Но в связи с тем, что в Торжке несколько стратегических предприятий, интернет ёк.
Поэтому экскурсоводы ходят с папочками. Показывают фотографии, как было и что сейчас осталось. Иногда они так заходятся в своих патриотических порывах, что часть экскурсантов переходят к другому экскурсоводу, развесив уши. Тогда скандал.
На лавочке греются три бабульки. Думаю, экскурсоводши свободные. Оказалось, нет.
- Мы местные! А вам что надо-то?
Тут же выпрыгнул малец.
- Я экскурсовод. Все знаю! Все покажу. Всего 500 рублей. У меня мама доктор археологических наук.
- Иди в попу, пионер! - грубо сказала старшая бабулька с костылем. - Человек из самой Москвы приехал. А ты тут еще...
Мне подробно объяснили, что надо пройти по пешеходному мосту мимо часовни, которую почему-то называют ротондой. Потом пройти налево вдоль лавок с золотым шитьем и всякой всячиной и повернуть направо на Почтовую лестницу.
- На Красную горку не ходи, время потеряешь! - вторила другая.
- Там увидишь голубой дом. Это и есть трактир Пожарских. Короче, я поблагодарил прекрасных торжковских дам и пошел искать Почтовую лестницу.
Лестница была исторических времен. Отдышавшись, я увидел не голубое здание. А монументальный зад Ленина. А под его гранитными ягодицами - могилу пламенных революционеров Ананьина и Бадюлина. Облупленный постамент памятника не являл собой достопримечательность. Я растерялся. Где же Пушкин?
Спокойно! Пушкин был впереди. Через парк 50-летия ВЛКСМ вышел я к голубому особняку на улице Дзержинского. Это и был трактир Пожарского, где уплетал котлеты сам Пушкин. Пушкин и Дзержинский по-своему отметили наш путь к потомкам. Бывает.
Дом красивый. Он так отражается в огромной луже из года в год, что я не удержался и сделал снимок. Это хорошо для туристов снимать историю в отражении воды. Только бы лягушки не завелись. Около Столовой N 1 на набережной - штук 30 велосипедов с притороченными палатками и всяким скарбом. Сидит парень на мостовой и меняет протертые от долгой езды носки. Из Твери группа приехала. Два дня по буеракам.
- Где ночевали?
- В лесу, где еще? Сейчас перекусили и обратно. Это у нас хобби. Завтра на работу. Надо успеть.
Ну вот и трактир Пожарских. Историческое здание. Его, конечно, фашисты раздолбали. Но все восстановлено. Захожу.
- А где здесь котлеток пожарских отведать и отправиться налегке?
На меня смотрят как на идиота.
- У нас тут музей, выставочный зал. Какие котлеты? Вы уж извините, от котлет чад. С искусством он несовместный. Вот есть выставка майолики. А есть кукольный Пушкин.
- На Пушкина билет!
...Кукла Маша, кукла Миша, кукла Саша и Ариша - с детства знал припев. А кукла Пушкин - нет. Сидит. Сочиняет. Тут столько красивых Пушкиных, что и Ленин неподалеку со своей облупленной вышины позавидовал! Жизнь берет свое, как завещал наш Поэт.
А что же котлеты?
Сказали иди в одно секретное местечко. Там цена - качество оптимальные. Да и рецепт хранят. Не смог я сразу найти депо пожарских котлет. Два раза прошел мимо. Вывески-то нет на улице Дзержинского. О чем думают!
В подворотне кое-как между магазином "Лён" обнаружил узкий проход. Сзади магазина. И мне открылись пушкинские скамьи с видом на неспешную Тверцу, которая потом впадает в Волгу. Аккуратные газоны, на которых можно лежать. Фонтан и главное - пожарские котлеты, которые готовятся по рецепту от 1853 года. Пушкин отведывал их, конечно. Но дочь трактирщика Пожарского Дарья зарегистрировала рецепт только после смерти Поэта и папеньки.
Рецептов пожарских котлет я насчитал 20. Даже в гостинице "Староямская" изобрели свой. Использовать вместо куриной грудки утиную. И обваливать котлетку в мелких сухариках-соломкой. Чтобы хрустели.
Что сказать? До сих пор идет битва между киевской котлетой, котлетой де-воляй и пожарской. Битва наций. А победит тут желудок, который выдержит это буйство вкусов.
Если честно, ребята, и борщ наш общий. И котлета по-киевски, которая подается в Донецке, как котлета по-донбасски. Тут уж ругаться не будем. А то форшмак какой-то получается.
В котлетном местечке был аншлаг. Я записался в очередь. Что бы я сделал в напыщенной Москве? Ну, вы догадываетесь. А тут послушно продиктовал циферки своего телефона и пошел гулять по парку "Верности и любви".
Верность у меня была одна - своему желудку. С Москвы ничего не ел. А любовь была изменчива. Рядом шашлычная N 1 и курочки в кляре. Стал голодным взглядом на пушкинской скамье огладывать окрестности. А хорош Торжок. И ничего его не испортит. Никакие нововведения и никакие реконструкции. Молодцы!
Через 40 минут мне приготовили столик, за которым сидела какая-то неприветливая бабка. Туристка из тропической тундры, наверное. Я испугался, что мне еще за нее придется платить. Но меня успокоили: ждет заказа на вынос. Стульев не хватает.
...Наконец принесли их. Не стулья. Две красивые и румяные пожарские котлетки. С маленьким свежим фигурным огурчиком. Бусинкой калины и веточкой петрушечки. Так полагалось подавать при Пушкине. Это недорезанные большевики придумали гарнир. Сверху хрустящая девственность. А внутри-и-и! Сливочное масло не брызгало. Оно равномерно стекало по ножу. Что главное в осетрине? Свежесть. А что в пожарской котлете? Сочность. И только сочность. В куриное филе, непременно рубленное двумя ножами до состояния нирваны, кладут лук, специи и сливочное масло. Потом котлетки обваливают в крошках свежайшего белого хлеба и безжалостно кидают в жесточайший фритюр. Более точный рецепт мне получить не удалось.
- Секрет фирмы! Сами попробуйте и убедитесь, как трудно попасть во вкус, - отвечали мне повара и загадочно улыбались.
А вкус был отменный. Ай да Пушкин! Ай-да эпикуреев сын! Все предугадал.