Знаете, Лейла, все чаще слышишь от молодых мам, что нет смысла ходить к педиатру. Дескать, что можно ожидать от приема врача, продолжительность которого какие-то 12-15 минут. А ведь раньше все родители знали, когда пойти на "день грудничка", когда по плану очередная диспансеризация, когда надо идти с заболевшим ребенком в поликлинику, а когда на дом врача вызвать. И главное - слушали медиков, выполняли их назначения. Разве у нас тогда было намного больше педиатров? Или система была другая?
Лейла Намазова-Баранова: Во времена СССР детей было 86 миллионов, а не 30 с небольшим, как сейчас. А педиатров было практически столько, сколько и сегодня. И ведь справлялись! И острые болезни лечили, и много занимались диспансеризацией. Теперь это называется профилактическими осмотрами детей. И время было, чтобы подробно ответить на вопросы родителей. То есть продолжительность приема не может определяться числом врачей.
Уникальная система детского здравоохранения нашей страны, зародившаяся более 100 лет назад и признанная ВОЗ еще в далеком 1979 году наиболее "ребенокориентированной", не имеет аналогов в мире и в неизменном виде с профосмотрами осталась только в современной России. Но, как это часто бывает, нет пророка в своем Отечестве. Потому-то многие современные родители вообще не видят смысла в профосмотрах.
В начале 2000-х кое-кто пытался и у нас эту систему сломать, закрыть педиатрические факультеты. Только и звучало это ужасное слово ВОП - врач общей практики. Но главный педиатр Минздрава России академик Александр Баранов и всемирно известный детский хирург Леонид Рошаль отстояли педиатрию.
Лейла Намазова-Баранова: Сложное было время, но ведь отстояли! И до сих пор гордимся, представляя результаты работы нашей системы, и показатели младенческой и детской смертности ниже уровня многих развитых стран - отнюдь не единственный пример эффективности нашего детского здравоохранения. Но хочу сказать: цель нашей работы на нынешнем этапе уже не просто снижение смертности, а профилактика в широком смысле слова. Профилактика инвалидности, профилактика неинфекционных патологий, которые стали настоящей новой пандемией для человечества, профилактика обострений и тяжелого течения заболевания. Даже профилактика самого формирования болезни!
Это возможно?
Лейла Намазова-Баранова: Ну, конечно! Современная медицина многое знает про программирование здоровья. Эта научная концепция утверждает, что здоровье человека закладывается на коротком отрезке в 1000 дней: от зачатия до конца второго года жизни. И если сделать все правильно в такое "окно программирования", то это обеспечит человека крепким здоровьем на длинную и активную жизнь. И даже если что-то пойдет не так и у ребенка все же возникнет патология, то все еще можно исправить, "вернуть траекторию" в русло здоровья, ведь пластичность детского организма совершенно невероятная! То есть рано установив правильный диагноз и сразу начав лечить недуг, можно вернуть обществу здорового гражданина.
Или оперируя сегодняшними понятиями: "Нам не достичь здорового долголетия, не сохранив здоровым детство". Наши предшественники многими научными фактами, известными сегодняшним ученым, не владели, но чисто эмпирически они построили систему, которая полностью на это направлена - на раннее выявление болезней и восстановление здоровья детей. Это и есть наша знаменитая система профилактических осмотров. Она выстроена так, чтобы быстро и эффективно выявить то, что отличается у ребенка от нормы, и скорректировать. Согласитесь, если ребенка регулярно осматривать, то любые изменения видны достаточно четко. Такое своего рода ТО.
Как часто такие ТО?
Лейла Намазова-Баранова: Согласно приказу Минздрава России, ежемесячно на первом году, в 15 - 18 - 24 месяца на втором году жизни и далее ежегодно. Не очень напряженный график. И если ежегодный ТО машины для всех закон, то почему сомневаются в необходимости регулярных осмотров детей?
У меня нет ответа. Может, родители не задумываются над реальной ситуацией с болезнями? Может, считают, что дети не болеют.
Лейла Намазова-Баранова: Ну, это вряд ли. Ведь из любых СМИ только и слышатся советы, как лечить ту или иную болезнь. Увы, практически всегда от людей, далеких от медицины.
Сегодня неинфекционные болезни распространены не только среди взрослых, но и детей. Почему?
Лейла Намазова-Баранова: Это не то чтобы прямо вот только что случилось, хотя COVID-19 в определенной степени подстегнул этот процесс. Если очень коротко, то со второй половины ХХ века в мире значительными темпами стало увеличиваться число людей с аллергическими, аутоиммунными, онкологическими болезнями, ожирением, другими нейропсихическими нарушениями, болезнями легких. Этот феномен так и назвали эпидемией неинфекционных болезней по аналогии с бушевавшими раньше эпидемиями инфекций. Хотя мне представляется, что это уже не эпидемия, а настоящая пандемия. Для объяснения этого явления выдвигались разные теории, начиная от пагубного влияния вакцинации до воздействия плохой экологии, неправильной гигиены, избыточной стерилизации всего и изменения климата. Ведь действительно, связь была очевидна: чем меньше люди болели инфекционными болезнями, тем они больше болели неинфекционными.
Однако на самом деле, как давно доказано в вакцинологии, временная связь не значит причинно-следственная. Да и вакцинация началась, по сути, на пару столетий раньше, например, оспопрививание было широко распространено еще в дореволюционной России. Многие вакцины были внедрены еще в XIX веке, и это не сопровождалось такой частотой неинфекционных болезней. Значит, были другие факторы.
Вы меня заинтриговали!
Лейла Намазова-Баранова: Можно вспомнить еще одно важное явление - бурное развитие во второй половине XX века рынка смесей для искусственного вскармливания младенцев. Изначально в традиционной российской педиатрии существовал термин "естественное вскармливание" для обозначения процесса кормления ребенка материнским молоком. Соответственно, те дети, кто не получал придуманного природой и такого естественного материнского молока (или молока специальных "молочных" кормилиц, того, что сегодня называют "донорским молоком"), вскармливались искусственными смесями. Но потом как-то незаметно на рубеже XX и XXI веков к нам в лексикон "вполз" термин "грудное вскармливание", который, вроде, и отторжения не вызвал в связи с очевидной привязкой все к тому же грудному молоку матери. Никто не придал до поры до времени значения тому, что появился он в связке с другим термином, а именно - "заменители грудного молока" вместо привычных нам "искусственных смесей". Почувствуйте разницу: искусственные смеси - согласно определению, это те продукты, которые производятся искусственно для того, чтобы помочь накормить детей, лишенных естественного вскармливания. А теперь - внимание! Разве у материнского молока может быть какая-то замена?! Безусловно, нет!
Вот уж действительно, дьявол кроется в деталях!
Лейла Намазова-Баранова: Вторая половина XX столетия ознаменовалась невероятным ростом применения искусственных смесей прямо с первых часов жизни ребенка. Могло это внести вклад в старт неинфекционной заболеваемости? Безусловно.
И наконец, очень важное. Со времен Второй мировой войны в распоряжении человечества появилось еще одно грозное оружие. И это не атомная бомба, как могли подумать многие. Это антибиотики, новые лекарственные средства, в первые же годы после начала применения которых были спасены миллионы жизней. Но оказалось, что, начав использовать антибиотики, человечество открыло ящик Пандоры. И уже, по самым скромным подсчетам, смертность от того, что антибиотики перестали влиять на микровселенную (наш микробиом), с которой человечество разучилось жить в мире и согласии по причине неэффективности антибактериальных препаратов и выработанной микробами устойчивости к ним, превысит к 2050 году смертность от онкологических и сердечно-сосудистых причин…
Может, я не права, но вопрос о влиянии антибиотиков, назначаемых на ранних этапах жизни, на формирование неинфекционных болезней у детей встал во весь рост в последние 7-10 лет.
Лейла Намазова-Баранова: Правы! Чаще всего в фокусе внимания ученых были такие болезни, как аллергические, аутоиммунные и онкологические, а также нарушение нейроразвития: например, аутизм или СДВГ, формирование избыточной массы тела и ожирения.
Вновь и вновь поднимается вопрос о возможном неблагоприятном воздействии применения антибиотиков внутриутробно или в ранний постнатальный период на кишечный микробиом новорожденных и отрицательном влиянии на развитие иммунной системы младенцев. Это может выражаться в развитии атопии, аллергии, астмы и ожирения у потомства. В контексте поддержания здорового микробиома ребенка обсуждаются благоприятные эффекты от применения витамина D, грудного молока, пробиотиков и др.
И как это теперь все приложить к сохранению и укреплению здоровья ребенка?
Лейла Намазова-Баранова: Очень просто: информирован - значит вооружен. Если мы знаем о возможных эффектах назначенных беременной женщине или в последующем ее малышу антибиотиков, то мы должны отнестись к этому ребенку с повышенным вниманием. На первом году жизни при ежемесячных осмотрах с особым вниманием следует относиться к прибавке массы тела, объяснять, что избыточная прибавка нехороша вообще, а данному конкретному малышу с риском развития в недалеком будущем ожирения - в частности. Дополнительно привлечь внимание родителей к необходимости исключительно естественного вскармливания и правилам введения прикорма. Да, простые действия, которые дают выраженный эффект при последовательном исполнении.
Чтобы такую разъяснительную работу ввести и профилактикой развития болезней заниматься, надо больше времени на прием выделять…
Лейла Намазова-Баранова: Об этом мы с коллегами и родительским сообществом мечтаем и очень надеемся, что для страны, построившей лучшую в мире систему детского здравоохранения, внедрившей один из самых широких в мире скринингов новорожденных на врожденную генетическую патологию и оплачивающей невероятно дорогие лекарства для детей с редкими болезнями, будет несложно решить эту проблему.