На паруснике - летом 1984-го, когда отмечали 400-летие Архангельска. Красавец "Седов" с курсантами на реях горделиво подошел к Пур-Наволоку, встал на рейде, а потом ошвартовался у Красной пристани. Чтобы четерыхмачтовый барк из Белого моря смог войти в устье Северной Двины и пройти по ее главному фарватеру, тогда пришлось временно снять провода высоковольтной ЛЭП, пересекавшие судовой ход…
Вместе с капитаном порта, на его катере, мы встречали парусник еще на подходе и первыми поднялись на борт. Щедрый подарок начинающему журналисту сделал тогда мой старший коллега - Евгений Евгеньевич Салтыков, легенда "Северного комсомольца" и неугомонная душа "Правды Севера". Это была изначально его, журналиста Салтыкова, задумка, чтобы барк "Седов" побывал у причала, откуда уходил в Арктику отважный исследователь Георгий Седов.
Памятный вымпел о том визите - ручная работа, личный заказ Салтыкова - храню до сих пор...
А на речном колеснике "Николай Гоголь", который открыл этим летом 115-ю свою навигацию (не путать с современным круизным теплоходом "Н. В. Гоголь" Камского речного пароходства), я ходил по Северной Двине несколько раз. Июньские впечатления 2025 года - на этих фотографиях.
Колесный пароход "Николай Гоголь" на Северной ДвинеА еще раньше, с десантом коллег, которых собрал на борту "Николая Гоголя" тогдашний председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов, мы поднялись по Северной Двине почти до Холмогор. Сошли с парохода на берег в месте под названием Верхняя Койдокурья. Оттуда - в деревню Ново-Затопляевская, где на угоре до сих пор стоит родной дом Валентина Каркавцева - талантливого и проницательного журналиста "Правды Севера", редактора областного еженедельника "Северный комсомолец", собкора и обозревателя "Комсомольской правды", чья жизнь оборвалась трагически и очень рано…
И туда, и в обратный путь до Архангельска на борту "Николая Гоголя" не утихали споры о вечном: кто ты и зачем на этой земле? кому пахать и сеять вместо тех, кто порвал с корнями своих отцов и дедов-прадедов? мы выбрали журналистику или она - нас?
Такие у меня остались впечатления, с той поездкой и пароходом связанные. А сколько всего другого происходило и происходит на его борту! Трудяга-колесник, понятное дело, не станет тягаться с парусниками ни статью морской, ни числом своей команды, не говоря уже о дальних странствиях-маршрутах.
Равны они в другом: построены, спущены на воду в начале прошлого века и служат уже более ста лет. Колесному пароходу "Николай Гоголь" - 115, барку "Седов" - 105, а "Крузенштерн" отмечает в этом году 100-летний юбилей.
И еще - самое важное! - о речном колеснике. Он, единственный из трех долгожителей, построен в России: в 1921 году на Сормовском заводе в Нижнем Новгороде по заказу Северного пароходного общества.
Служил в России, на пассажирской линии Архангельск - Вологда, а в годы Великой Отечественной ходил из Архангельска до Великого Устюга...
И умом, стараниями российских же корабельных мастеров из Центра судоремонта "Звездочка" по сей день поддерживается в рабочем состоянии, радуя команду и гостей-пассажиров.
Про "Седов" и "Крузенштерн" всего этого не скажешь. С разницей в пять лет оба парусника были построены в Германии (в те годы - Веймарская Республика). Один - на верфи Круппа в Киле, другой - на верфи в Бремерхафене. И под немецкими же именами служили разным целям вплоть до конца Второй мировой войны. А по ее итогам, в рамках репараций за причиненный ущерб, были переданы Советскому Союзу и переименованы.
В 1975 году чины из Минрыбхоза, которому на тот момент принадлежал "Седов", хотели было его утилизировать. Но стараниями неравнодушных граждан, включая голоса Романа Кармена и Тимура Гайдара, барк удалось сохранить, отремонтировать, вдохнуть в него новую жизнь.
Много лет после этого парусники "Седов" и "Крузенштерн", меняя ведомственную принадлежность и/или порт приписки, использовались как учебные суда - принимали на практику курсантов морских училищ торгового и рыбопромыслового флотов.
Так они используются и сейчас.
Капитан "Крузенштерна" Михаил Еремченко в интервью РИА Новости дал понять, что 100-летний юбиляр исполнен сил и планов: "Мы только что прошли докование, заменили некоторые конструктивные элементы и выполнили процедуры, которые необходимы для предъявления на класс регистра судоходства".
У "Седова" - схожая ситуация. Сейчас учебный парусник находится под управлением Калининградского государственного технического университета. По словам Альберта Мнацаканяна, который исполняет обязанности ректора, судно в прекрасном состоянии, только что вышло из дока и скоро в море: "Заберет 140 наших курсантов. Идем по Балтике".
Добавлю в заключение, что в июне 2015 года "Крузенштерн", как и "Седов" в 1984-м, зашел по Северной Двине в Архангельск. Был при этом, как пишут очевидцы, недолгий инцидент с посадкой на мель: парусник запоздал на подходе из Белого моря и попал на фазу отлива. Но пришли на выручку буксиры, подмогли, и "Крузенштерн" на трое суток ошвартовался у причала Морского-речного вокзала.
Желающие смогли его посетить и сделать фото на память. Мне такого шанса не выпало. Но когда-то, может, еще повезет.
Суда-долгожители в цифрах
Барк "Седов": длина - 117,5 м, ширина - 14,6, водоизмещение - 7320 т, площадь парусов 4192 кв. м, максимальная скорость на парусах - до 18 узлов, под дизельным двигателем - 10. Экипаж - 54 моряка, берет на борт 146 курсантов.
Учебно-парусное судно "Крузенштерн": длина - 114,5 м, ширина - 14 м, водоизмещение - 6400 т, высота мачт - 55 м (над палубой), площадь парусов - 3400 кв. м, максимальная скорость на парусах - 17,4 узла, под дизельными двигателями - 10. Экипаж - 70 моряков и 120 курсантов.
Колесный пароход "Николай Гоголь": длина - 95,8 м, ширина - 14,3 м, осадка - 2,45 м, водоизмещение - 1548 т, движитель - 2 боковых гребных колеса (их приводит в движение паровая машина от водяного котла с топками на мазуте). Скорость - 18 км/час (около 10 узлов), команда - 25 человек, вместимость (исходно) - до 320 пассажиров, сейчас - 165.