От поставщика вооружений - к стратегическому партнеру
Главным мероприятием первого дня саммита стал Форум оборонной промышленности НАТО, собравший около тысячи представителей правительств, оборонных компаний и финансового сектора стран альянса и партнеров. Именно здесь Ли Чжэ Мён представил инициативу, которую сам назвал "Оборонно-промышленное партнерство НАТО - Республика Корея 2.0" (Korea-NATO Defense Industry Partnership 2.0).
По словам президента, нынешнее сотрудничество, основанное главным образом на продаже вооружений, уже не соответствует новым реалиям.
"Мы должны поднять нынешнее сотрудничество, сосредоточенное главным образом на поставках вооружений, до уровня "Оборонно-промышленного партнерства НАТО - Республика Корея 2.0", которое будет включать совместные исследования, производство и эксплуатацию вооружений", - заявил Ли Чжэ Мён.
Ли предложил существенно расширить совместные исследования в области передовых технологий, включая искусственный интеллект, беспилотные системы, робототехнику и космические разработки. В качестве примера он привел уже существующие программы сотрудничества Южной Кореи и НАТО в сфере боеприпасов и космоса, призвав запускать новые совместные проекты.
Особое внимание Ли уделил и устойчивости поставок.
"Подобно тому как страны Международного энергетического агентства совместно управляют стратегическими запасами нефти, чтобы противостоять энергетическим кризисам, подобная модель должна использоваться и в оборонной промышленности", - отметил он.
Современные войны выигрываются уже не только на поле боя
В своей речи президент неоднократно подчеркивал, что характер современных вооруженных конфликтов быстро меняется.
"Сегодня войны решаются уже не только на поле боя. Передний край национальной безопасности проходит через исследовательские лаборатории, где создаются новые технологии, и через предприятия, производящие вооружения", - заявил Ли.
По его словам, искусственный интеллект, дроны, роботизированные комплексы и устойчивость глобальных производственных цепочек становятся столь же важными элементами обороны, как численность армии или количество вооружений.
Отдельной темой стала проблема доверия между партнерами.
"Сотрудничество невозможно без уверенности, что поставки не будут прерваны ни при каких обстоятельствах и что ключевые технологии будут надежно защищены. Республика Корея обладает всеми необходимыми условиями, чтобы заслужить такое доверие", - подчеркнул глава государства.
Ли напомнил, что Южная Корея и страны НАТО объединяет не только нынешнее партнерство, но и совместная история Корейской войны, когда многие государства альянса направили войска для защиты Республики Корея.
Переговоры с руководством НАТО и партнерами в Индо-Тихоокеанском регионе
Помимо участия в форуме Ли Чжэ Мён провел двустороннюю встречу с генеральным секретарем НАТО Марком Рютте. Это была их первая личная встреча.
"Мы до сих пор разговаривали только по телефону, поэтому рад наконец увидеться лично", - сказал Ли при встрече.
В ответ Рютте отметил: "Спасибо, что приняли участие в саммите. Благодарю вас за усилия по дальнейшему развитию отношений между Южной Кореей и НАТО".
Затем президент принял участие во встрече формата IP4, объединяющего четырех азиатско-тихоокеанских партнеров НАТО - Южную Корею, Японию, Австралию и Новую Зеландию. Основной темой обсуждения стали укрепление сотрудничества в сфере безопасности и поддержание стабильности в Индо-Тихоокеанском регионе.
Почему Сеул меняет стратегию
Главный вопрос заключается в том, почему именно сейчас Южная Корея решила изменить саму философию взаимодействия с НАТО.
Ответ во многом лежит в происходящих изменениях на европейском рынке вооружений.
После начала российско-украинского конфликта европейские страны резко увеличили закупки вооружений. Только в 2025 году государства НАТО в Европе и Канада инвестировали в оборону около 574 млрд долларов, а импорт вооружений европейскими членами альянса за последние годы вырос на 143%. Одновременно страны НАТО договорились постепенно увеличить совокупные расходы на оборону и безопасность до 5% ВВП к 2035 году.
Именно благодаря этому Южная Корея сумела стать одним из крупнейших внешних поставщиков вооружений для Европы. Южнокорейские танки К2, самоходные артиллерийские установки К9, реактивные системы залпового огня K239 Chunmoo и другие образцы техники получили широкое распространение в странах НАТО.
Однако одновременно Европейский союз начал проводить более жесткую промышленную политику, стремясь сохранить производство вооружений внутри Европы. Новая стратегия ЕС предусматривает, что к 2030 году не менее половины оборонной продукции должно производиться внутри Евросоюза, а программа SAFE устанавливает жесткие требования к происхождению комплектующих. Для внешних поставщиков это означает постепенное усложнение доступа к европейскому рынку.
Символичным совпадением стало и объявление буквально накануне саммита результатов крупнейшего канадского тендера на строительство подводных лодок. Несмотря на активное лоббирование со стороны Сеула, победителем стал германский концерн TKMS. Этот эпизод наглядно показал, насколько трудно внешним поставщикам пробиться внутрь оборонного рынка стран НАТО.
От экспорта - к интеграции
Именно поэтому Южная Корея теперь предлагает другую модель сотрудничества.
Если раньше схема выглядела просто: разработать вооружение, продать его европейскому заказчику и получить прибыль, - то теперь Сеул предлагает гораздо более глубокое взаимодействие: совместные исследования, совместная разработка вооружений, совместное производство, обслуживание техники, участие в цепочках поставок, унификация стандартов и долгосрочная технологическая кооперация.
Эксперты, мнение которых приводят корейские СМИ, считают, что именно в этом заключается следующий этап развития южнокорейского ВПК. По их оценке, Южной Корее необходимо стать частью оборонной экосистемы НАТО, а не просто успешным экспортером вооружений. Для этого особое значение приобретает участие в совместных научно-исследовательских проектах, получение доступа к стандартам НАТО (STANAG), сотрудничество в сфере искусственного интеллекта, кибербезопасности, космических технологий и беспилотных систем.
Осторожность сохраняется
При этом сами эксперты подчеркивают, что более тесное сотрудничество с НАТО не означает готовности Южной Кореи автоматически вовлекаться в европейские конфликты.
Многие аналитики считают, что администрации Ли Чжэ Мёна предстоит соблюдать баланс между углублением взаимодействия с НАТО и сохранением свободы внешнеполитического маневра, прежде всего в отношениях с Россией и Китаем. Поэтому Сеул делает акцент прежде всего на военно-промышленном сотрудничестве, совместных технологиях, цепочках поставок и стандартизации, а не на расширении военных обязательств.
Новая философия сотрудничества
Первый саммит НАТО для Ли Чжэ Мёна показал, что Южная Корея фактически начинает менять саму стратегию развития своего военно-промышленного комплекса. Если еще недавно главной целью было максимально увеличить экспорт вооружений, то теперь Сеул стремится встроиться в крупнейшую оборонную систему мира, став не внешним поставщиком, а полноценным участником совместных исследований, производства и разработки новых технологий.
Именно в этом, по всей видимости, и заключается смысл предложенной президентом концепции "Оборонно-промышленное партнерство НАТО - Республика Корея 2.0", которая может определить развитие отношений между Сеулом и альянсом на многие годы вперед.