Право на проведение Олимпийских игр Берлин получил в 1931 году. Гитлер, став в 1933 году рейхсканцлером Германии, совершенно не стремился проводить Игры. Он боялся проигрыша немецких спортсменов и заклеймил олимпийские состязания "изобретением евреев и масонов". Как по команде к нему присоединился Национал-социалистический союз студентов, который вторил за нацистским лидером: спортсмены - арийцы не должны соревноваться с представителями "неполноценных" народов. Уговорить Гитлера смог рейхминистр пропаганды Йозеф Геббельс. Его главный аргумент - положительное влияние Олимпиады на репутацию страны в мировом сообществе.
Гитлер согласился с доводами министра. Геббельс сформировал в своем ведомстве "комиссию по пропаганде Олимпийских игр". Были выпущены пять миллионов плакатов, тематические журналы, брошюры, слайды, листовки… В 1935 году Оргкомитет Олимпиады в Берлине организовал 44 официальных "Олимпийских представительства" в 40 странах, где работали 175 человек. По указанию рейхминистра пропаганды активно подключились сотрудники дипломатических служб Германии, которые вели работу в зарубежье. К открытию Олимпиады в пропагандистских целях провели международные мероприятия: IV конгресс Международной федерации спортивной медицины, Всемирный конгресс организации досуга и отдыха, олимпийский конкурс искусств…
С приходом Гитлера к власти начались жесткие этнические чистки. Не пожалели выдающихся ученых, писателей и даже далеких от политики спортсменов. Из спортивных обществ изгнали евреев и цыган, официально установив для них запрет на тренировки, участие в соревнованиях, включая Олимпийские игры.
Из-за нарушения прав человека в Германии началось движение за бойкот и перенос Олимпиады в другую страну. За Соединенными Штатами последовали Великобритания, Франция… С 1933 года было проведено несколько кампаний, призывавших бойкотировать нацистскую Олимпиаду.
Перед американскими спортсменами остро встал вопрос - следует ли ехать в Берлин. Мнения разделились. Одни считали, что участие команды США будет равноценно поддержке рейха. Другие рассматривали берлинскую Олимпиаду как шанс поднять свой престиж. Это касалось в первую очередь афроамериканцев, которым запрещалось участвовать в соревнованиях в южных штатах США. Они хотели на предстоящей Олимпиаде успешно выступить и развенчать несостоятельную теорию о превосходстве белой расы. К этой группе относился великий атлет Джесси Оуэнс. Поэтому он не счел нужным отвечать на адресованное ему открытое письмо одной из нью-йоркских газет с призывом бойкотировать Игры в Германии.
В мировом сообществе вскрывались все новые факты притеснений в Германии. Дебаты по поводу проведения Олимпиады не утихали и, конечно, требовали от президента МОК графа Анри де Байе-Латура решительных действий. На Олимпийских сессиях в 1933 и 1934 годах постоянно ставился вопрос об участии неарийских немецких спортсменов в предстоящей Олимпиаде. Звучали требования дать официальные заверения в этом от правительства Германии. В конце концов фюрер сдался. Ценой невероятных усилий только одной спортсменке, рожденной в смешанном браке, удалось пробиться на Олимпиаду. Ей стала белокурая и зеленоглазая выдающаяся рапиристка, олимпийская чемпионка 1928 года Хелен Майер, жившая в это время в США. На Олимпиаде в Берлине она завоевала серебро.
Для изучения положения спортсменов-неарийцев в июне 1934 года в Германию был направлен член НОК США и будущий президент МОК Эйвери Брэндедж. В Берлине он не увидел, точнее не захотел увидеть вопиющих фактов преследования спортсменов-неарийцев, в чем публично заверил общественность США. Значит, Олимпиада должна состояться в Берлине. А на собрании в Союзе любительского спорта в декабре 1935-го Брэндедж привел даже своих делегатов, которые помогли выиграть голосование за участие в Играх спортсменов США. Примеру американцев последовали остальные страны.
В Париже в июне 1936 года состоялась Международная конференция в защиту олимпийских идей, которая призвала бойкотировать Олимпиаду в Берлине и перенести ее из тоталитарного расистского государства в Барселону. Однако и конференция, и созданные новые организации против проведения нацистской Олимпиады были созваны довольно поздно и практически не смогли повлиять на решения МОК.
Гитлер увеличил бюджет берлинской Олимпиады с трех до 20 миллионов рейхсмарок. К Играм построили 22 олимпийских объекта. Особенно поражал современный стадион на 100 тысяч мест, который еще называли "Спортивное поле Рейха". Архитектор Вернер Марх построил его из натурального камня, придающего сооружению вид античного. По последнему слову техники соорудили бассейн с 50-метровыми дорожками и окнами, ставни которых управлялись пультом с электрическим приводом. В районе Эльстале на территории военного полигона военнослужащие вермахта возвели Олимпийскую деревню. 3738 спортсменов-мужчин жили в одно- и двухэтажных домах. И каждый дом был назван именем немецких городов - "Гамбург", "Бремен", "Мюнхен"… Ландшафт деревни специально изменили, в миниатюре он повторял карту Германии. А Геббельс, проводя экскурсию для журналистов, сообщил о якобы исконном природном ландшафте этой местности. Так пытались создать благочестивый имидж Германии. Проживание оказалась комфортным. Несколько раз в день играл военный оркестр. В "Столовой Наций", где было 38 залов, потчевали каждую команду традиционными для этой страны блюдами.
Адольф Гитлер пафосно назвал это место "деревней мира". Уже в декабре 1936 года "деревню мира" передали вермахту для размещения пехотной школы. Во время Второй мировой войны комплекс использовали как военный госпиталь.
Намного скромнее жили спортсменки, их было всего 331. Девушек разместили в студенческом общежитии на территории олимпийского парка. Многие сочли эти помещения тесными и недостаточно оборудованными. Не хватало даже душевых и приходилось мириться с очередями.
К приезду гостей готовились тщательно. От инакомыслящих избавились, отправив их в концлагеря, а 16 июля 1936 года в Берлине и его окрестностях были арестованы около 600 цыган и помещены в специальный лагерь Марцан под Берлином.
А с берлинских улиц убрали все антисемитские лозунги и знаки, среди которых были запреты представителям неарийской расы сидеть на парковых скамейках. Немецким средствам массовой информации временно не разрешили выпускать антисемитские материалы.
Берлин перед Играми был щедро украшен флагами со свастикой, которые перекрывали олимпийские стяги. Площади и парки заполонили скульптуры мускулистых обнаженных атлетов, отдаленно напоминавших изваяния Древней Греции. Ведь нацисты утверждали: немецкая цивилизация - преемница античной культуры. Гости Олимпиады могли приобрести не только олимпийские сувениры, плакаты и марки с олимпийской символикой. Популярностью пользовались плакаты с лозунгами: "Гитлер - наша последняя надежда", "Фюрер - наш друг и защитник".
В крупных городах оборудовали телезалы, где желающие впервые в истории телевидения могли смотреть прямые трансляции с олимпийского стадиона. Впервые олимпийские радиотрансляции велись на 40 стран. Впервые использовали телекс. Впервые была проведена эстафета Олимпийского огня. В ее авторы записывали то генерального секретаря Оргкомитета Олимпиады-1936 в Берлине Карла Дима, то самого министра пропаганды Йозефа Геббельса. На самом деле идею факельной эстафеты выдвинул немецкий археолог Альфред Вильгельм Шифф, целое десятилетие занимавшийся археологическими раскопками в Греции.
В пятницу 1 августа 1936 года грандиозным пропагандистским спектаклем начался первый день Олимпиады. На финишном этапе олимпийской эстафеты факелы дозволили нести только белокурым и голубоглазым, соответствующим идеалу арийца. Последним факелоносцем стал 30-летний инженер-электрик, трехкратный чемпион Германии в беге на дистанции 1500 метров Фриц Шильген, которому доверили зажечь огонь в олимпийской чаше на стадионе в Берлине.
Над стадионом кружил почти 304-метровый дирижабль "Гинденбург" с гигантским олимпийским флагом на буксире. И первое, что услышали на церемонии открытия 100 тысяч зрителей и участников, это усиленный динамиками голос Пьера де Кубертена. На табло шел перевод выступления. Одна из его фраз стала крылатой: "Смысл Олимпийских игр состоит не в победе, но в участии; не завоевывать, а по-рыцарски бороться, вот главное в жизни".
Фюрер объявил об открытии Игр XI Олимпиады, в небо выпустили 20 тысяч почтовых голубей. На олимпийском стадионе прошел парад представителей 49 команд. Проходя мимо ложи Гитлера, спортсмены вскидывали руки в олимпийском или нацистском приветствии. Только американцы просто приподняли свои головные уборы. Отказалась от приветствия сборная Королевства Югославии. Конечно, на Олимпиаде отсутствовали советские спортсмены, присоединившиеся к олимпийскому движению в 1951 году.
На торжественном открытии актеры образовали четко выверенную свастику, а немецкие зрители вскидывали руку в нацистском приветствии, прославляли Гитлера восхищенными криками.
В соревнованиях участвовал 3961 спортсмен из 49 стран. Это был новый рекорд современных Олимпиад по количеству участников. С 1 по 16 августа было разыграно 129 комплектов медалей в 19 видах спорта. Среди новинок программы - баскетбол, гандбол и гребля на байдарках и каноэ. Прошли показательные соревнования по бейсболу и планерному спорту. Германия заняла первое место по количеству наград - 89 медалей: 33 золотые, 26 серебряных, 30 бронзовых, на втором месте США - 56 медалей, на третьем Венгрия - 16 медалей.
Каждый день выпускался информационный бюллетень, его получали 3690 газет и журналов, более трех тысяч из которых находились за пределами Германии. Поначалу бюллетени выпускались на пяти языках, а буквально через несколько дней после открытия Игр они стали выходить на 14 языках.
В первый день соревнований германский атлет Ханс Вёльке стал олимпийским чемпионом в толкании ядра. Адольф Гитлер в нарушение правил пригласил его и других призеров в свою ложу. На следующий день рядовому Вёльке было присвоено звание лейтенанта. Во время войны эсэсовец Вёльке был убит партизанами под Хатынью. Тогда и была сожжена немцами эта белорусская деревня.
А главным героем Игр стал чернокожий американский спортсмен Джесси Оуэнс. Он завоевал четыре золотые медали: в прыжках в длину, в беге на 100 и 200 метров, в эстафете 4×100 метров. День соревнований по прыжкам в длину стал самым трудным для Оуэнса. Он сильно нервничал и запорол первую и вторую попытки. В запасе всего один прыжок. Для квалификации нужно прыгнуть на 7,15 метра. Напомним, за год до этого Джесси установил мировой рекорд - 8,13 метра. Наблюдавший за его мучениями немецкий прыгун Карл Людвиг "Луц" Лонг, главная надежда Третьего рейха на золото, спас американца. Он подошел к растерянному сопернику и дал совет: Это всего-навсего предварительный отбор. Прыгни даже за полметра от линии, ты же все равно пройдешь в финал. Благодаря этой поддержке Джесси прошел квалификацию. В своей последней попытке он выиграл этот поединок, улетев за отметку восемь метров - 8,06. Луц, ставший серебряным призером, первым поздравил Оуэнса. Они вместе позировали для фотографов и вместе рука об руку шли в раздевалку. Эта возмутительная выходка арийца Лонга вывела из себя Гитлера. Фюрер покинул стадион, чтобы не видеть церемонию награждения. Посмертно Луц Лонг был удостоен медали Пьера де Кубертена за выдающиеся проявления олимпийского духа.
В Олимпийской деревне гестапо проверяло всю входящую корреспонденцию и перехватило письмо от болельщика, призывающего Оуэнса не пожимать руку Гитлеру. Сейчас это письмо выставлено в комнате-музее, где олимпийский чемпион жил во время Игр в Берлине.
В 1938 году режиссер Лени Рифеншталь выпустила фильм "Олимпия". Весь свой несомненный талант Рифеншталь обратила на то, чтобы через документальные образы спортсменов воспеть идеи национал-социализма.
За две недели гости Олимпиады увидели ложный имидж счастливой и процветающей Германии. И мало кто мог представить или предположить, что в этой стране преследуются и погибают тысячи несогласных с нацистским режимом и сотни тысяч людей неарийского происхождения.
После Второй мировой войны Международный олимпийский комитет выступил с официальным заявлением и принес извинения за решение провести Олимпиаду-1936 в нацистской Германии.
В заявлении говорилось, что действия МОК, направленные на сохранение Игр в Берлине в 1930-х годах, были неприемлемыми и ошибочными. Комитет признал, что не разглядел в нацистском государстве ничего, что могло бы нанести ущерб олимпийскому движению, и не разглядел в полной мере опасности, которую представляла идеология нацизма для принципов олимпизма.