В этот день в 1941 году Иосиф Сталин утвердил приказ о создании Главного управления тыла Красной армии. Штурмовики на тыловиков смотрят иногда свысока, а зря: специалисты говорят, что тыл на войне иногда важнее фронта. Особенно на войне нынешней, где все решают сложные боеприпасы и оборудование.
Сегодня на войне склады зарыты глубоко под землю.
Из коробок пахнет мылом - тем самым, которое выдают по документам. На стеллажах лежит военная форма. Ботинки, фуражки, спальники. За соседним стеллажом - Сергей. Начальник вещевой службы. Он единственный здесь, кто знает, какой размер ноги у каждого бойца в полку.
Сергей работал на гражданке, отвечал за оборудование в пищеблоках в школах и детских садах. У него родился сын, казалось бы - все сложилось в мирной его жизни, а он сразу взял и уехал на СВО. Понял, что именно это нужно, чтобы защитить будущее своего сына и других малышей.
Теперь он начальник вещевой службы 41-го мотострелкового полка 72-й мотострелковой дивизии 44-го армейского корпуса группировки "Север". На складе, где лежат ботинки и спальники, он встречает свой профессиональный праздник - День Тыла.
А где-то там, на Донецком направлении, под Дебальцево, его младший брат-тыловик, начальник продовольственной службы, кормит горячим обедом целую мотострелковую бригаду. Два брата, два фронта, один тыл.
"Кофе будете? - Сергей пододвигает мне кружку, убирает стопку отчетов, чтобы не мешали. - Сейчас отчитаюсь, и поговорим".
Его позывной - Кежий. В мордовском языке (он родом из Мордовии) это значит "свирепый" или "добрый".
Снова в армию
- Я скучал по армии, - говорит Сергей. - Уволился в 2018-м. Я закончил Вольский филиал Военной академии тыла и транспорта в 2013 году. Служил в Красноярском крае. Был начальником вещевой и продовольственной службы. Потом перевели в Красноярск. Там я вырос до начальника продовольственной службы полка. И уволился.
Сначала работал торговым представителем. Потом пошел в муниципальное предприятие - дирекцию организации школьного питания Красноярска, которая кормит детей.
"Я ездил по школам, а потом и детским садикам, договаривался с заведующими, - он вспоминает и улыбается. - Мы подбирали оборудование, электрические плиты, сковороды, проводили капитальный ремонт. Меняли вентиляцию, электрику, водоснабжение - все по СанПиН. Знаете, это пригодилось и тут".
Наступило 3 сентября 2025 года. У Сергея родился сын. Он держал на руках теплый сверток, смотрел в маленькие глаза и понимал: сейчас или никогда. Пошел в военкомат.
Он набрал номер телефона бывшего коллеги Романа, который ушел работать замдиректора в одну из школ: "Все, я поеду на СВО". "Ты что, реально?" - в трубке повисла пауза. "Я же говорил тебе: сын родится - поеду".
Дома переживали. Жена рыдала так, что соседи думали: что-то случилось. Тесть ходил хмурый, теща молчала. Только что родился мальчик, вместо того, чтобы менять пеленки и слушать, как он сопит, Сергей уехал туда, где рвутся снаряды.
"Но я обещал себе, - говорит он. - Сын родится - я должен быть там, где я нужен. Там, где моя военная специальность спасет ребенка больше, чем мое присутствие рядом с кроваткой.
Преждевременный износ
…Войну показывают по-разному. По телевизору - это вспышки дронов и герои. В блиндаже у Сергея - это кучи актов списания и бесконечные цифры.
С 20 по 22 число каждого месяца - жесткий дедлайн. Он не спит. Бывает, что готовит отчет в дивизию ночью, если днем не успел. Тут же вопросы от начальства: "Откуда цифры? А почему так?".
"Ко мне приходят старшины подразделений, - рассказывает он уже не как журналисту, а просто самому себе, уставшим голосом. - Говорят: "Бойца ранило, "трехсотый". Форма порвалась, вся в грязи. Надо менять". Мы оформляем рапорт, подписываем, выписываем накладную. Старшина идет, получает. Старую форму списываем по акту. Или другой старшина пришел: "Ребята там рыли ход под передовой несколько месяцев - там сырость, подземные воды, все гниет и сыреет". Это называется "преждевременный износ".
Вот недавно был случай: взвод обеспечения первого батальона рыл подземные проходы в сырой земле - вся форма пришла в негодность. Нет, это не вина бойца. Он приказ выполнял.
Сергей проводит рукой по стеллажу. Здесь - с запасом. Если боец вылезает из болота или из-под обстрела в разорванной форме по пояс, именно на складе ему дадут сухое, чистое и новое.
Служба у начпрода - не сахар
А еще у Сергея есть младший брат. Андрей на пять лет младше. Он тоже выпускник Вольского филиала Военной академии тыла и транспорта. Андрей пошел в школу в пять лет, закончил академию раньше других - и уже в 21 год стал лейтенантом.
У Андрея служба не сахар. Он начальник продовольственной службы в мотострелковой бригаде на Донецком направлении. Служит с 2022-го. Считается, начпроду сложнее чем начвещу в тылу: накормить бойцов в чистом поле сложнее, чем одеть.
"У брата ни дня передышки, - качает головой Сергей. - Три дня - прием продуктов, три дня - выдача. Когда их эшелон шел на фронт, Андрюха прямо на ходу организовал полевую кухню. Ехал - и кормил людей горячим. Начальник железнодорожной станции не ожидал и сказал брату: "Обычно все сухой паек жуют, а у тебя Андрей - полноценный обед".
Он начинал в батальоне разведки, был начвещем и начпродом одновременно. Потом его перевели начальником продовольственной службы в танковый полк, а сейчас - на бригаду. Везде тяжело.
Их мать, узнав, что оба сына на СВО, не заплакала. Она давно это приняла: военных матерей не спрашивают. Их просто ставят перед фактом.
Сергей смотрит на компьютер, допивает остывший кофе: "Извините, работа". Он опять берется за накладные.
Задача тыла обеспечить армию всем: от обслуживания вооружения до горячего обеда и чистой формы. Сегодня это называется МТО - материально-техническое обеспечение. Раньше говорили - тыл. Смысл тот же. За всем этим - люди. Сергей один из них. Когда военная форма нужна срочно, он грузит "Урал" и везет ее за сотню километров. Затем - в склад под землю, чтобы снарядом не разбило. Значит бойцы будут одеты.
Кончится война - и он, наверное, вернется к детским садам - будет возить одежду. Только под землю ее прятать уже не придется.