- Не бывший, а приостановленный, - поправляет.
- Это крайне существенное уточнение.
Смеемся. Интервью началось хорошо.
Дороги, которые мы выбираем
- Какими судьбами?
- Командование нашей бригады отправило меня в командировку по неотложным делам нашего подразделения. Так получилось по времени, совпало, что одновременно прошла защита моей кандидатской диссертации в родном Физтехе.
- Как на передовой умудрились выкроить время для диссертации? По ночам писали?
- Дата проведения защиты была назначена задолго до того, как я подписал добровольческий контракт. Соответственно и сама диссертация была написана еще до того, как я отправился на фронт.
- Как прошла защита?
- Благополучно, хотя и пытались спрашивать интересные и важные детали, - смеется. - Ну, судя по таким вопросам - все получилось. А чего вы удивляетесь? Думаете, если заместитель министра, то везде зеленый свет? Зачастую наоборот - спроса больше и требования строже. И это правильно. Кстати, диссертация называлась "Разработка подходов к построению антенно-фидерных элементов КВЧ-диапазона". Такие элементы активно применяются в спутниковой связи, радиолокации и бортовых комплексах космических аппаратов. Что касается докторской... если и буду когда-нибудь ее писать, то теперь уже, наверное, по социальной философии. Особенно сейчас, когда я окунулся в добровольческую тему. Там очень интересный срез нашего общества - можно сказать, соль земли Русской.
- А вы на этой машине с фронта приехали?
- Да, на своей "Гранте" всегда перемещаюсь. Я на ней уехал на фронт, всегда под рукой, если какая-то надобность.
- И как дорога из Курской области до Москвы?
- По бензину ничего нового не скажу, как и везде. Где дешевый - есть небольшие очереди, где цены взвинтили - никого. А вот где-то под Тулой в два часа ночи сморило. Решил часик-другой прикорнуть, а на рассвете тронуться дальше. Остановился прямо на обочине. Подобная ночевка для меня не в диковинку, для этого у меня в машине припасены подушка и одеяло. Только заснул - какой-то мужик стучится в окно. Говорит: "Братан, подкинь, здесь недалеко: 20 км туда и еще столько же направо". И машет рукой по направлению от Москвы. Еле сдержался, чтобы не выругаться, говорю: "Мужик, ты чего, такси нашел? Мне сна от силы час осталось". И опять заснул. Откуда он на пустынной трассе ночью? На рассвете тронулся в путь, а через какое-то время понял, что у меня проколото и спускает колесо. Доехал до заправки. Какой-то совершенно незнакомый человек одолжил мне запаску, оставив адресок - завтра на обратной дороге завезу. Вот что значит солидарность автомобилистов.
Почему не любят чиновников
Решение пойти добровольцем на фронт замминистра Минцифры РФ в свое время наделало переполоха. Это первый публично подтвержденный случай, когда на фронт добровольно уходит федеральный чиновник такого уровня. Коллеги по министерству говорили, что этот поступок никак не связан с его профессиональной деятельностью. Глава Минцифры Максут Шадаев отмечал, что Заренин "поднял с нуля департамент стимулирования спроса на радиоэлектронику" и что именно благодаря ему начали развиваться проекты по созданию отечественных базовых станций для сотовых сетей.
А вот в интернете его решение вызвало волну хейта. Многие пользователи отнеслись к нему весьма подозрительно. Кто-то посчитал, что очередной чиновник таким образом хочет уйти от ответственности. Певица Вика Цыганова написала: "Теперь у Заренина появится уникальный шанс протестировать собственные цифровые "достижения" в реальных условиях: как там поживают блокировки, замедления и прочие радости фронтовой связи". Прошу Андрея Александровича прокомментировать.
- Начну с приятного - с Вики Цыгановой. Так как ни блокировками, ни замедлениями на своей работе в Минцифре я никогда не занимался, то никто не вправе с меня спрашивать за решения и действия других людей. Это все равно что, если я предъявлю Вике, скажем, за Аллу Пугачеву. Вику Цыганову мы знаем и любим как певицу. Пользуясь случаем, приглашаю ее приехать к нам в бригаду, спеть для наших бойцов, поднять их боевой дух.
- Не любят у нас чиновников, Андрей Александрович. Почему?
- Не могу подтвердить тезис о том, что не любят… Возможно, так сложилось в России исторически. Ведь эти люди лично меня не знают, я для них собирательный образ из новостей и сводок про чиновников. Ну и потом многие же судят по себе: как это, с такого теплого места ушел туда, где страшно и больно? Уж они-то сами так точно никогда бы так не поступили, значит я лицемерю. Значит, по их мнению, хочу спрятаться от ответственности. Но вот уже прошло четыре месяца с момента моего ухода - ничего нет из того, что некоторые писали. Искренне надеюсь, этим хейтерам сейчас хоть немного, но стыдно.
Райком закрыт, все ушли на фронт
- Ну уж в зарплате-то вы точно выгадали!
- Понимаю ваш сарказм. Проблема в том, что наше общество сверху донизу давно пронизано этой мягко говоря странной логикой и философией, когда во главу угла ставится исключительно личная выгода, а не служение Родине, - на этих словах Заренин задумался и вдруг выдал базу. - Я бы вообще предложил каждого чиновника мужского пола отправлять на фронт, в порядке определенной ротации. На время. Полгода маловато будет, за этот срок только чему-то выучиться можно, а вот год - самое то. Каждый внесет лепту в армию по своему направлению: кто-то по связи поможет, кто-то по топливу договорится, кто-то в стройке…
- Представляю табличку: "Роскомнадзор" ("Минздрав", "Минпромторг" и пр.) закрыт, все ушли на фронт.
Смеемся.
- Ну вы до абсурда-то не доводите, я же сказал - по ротации.
- А как вы стали чиновником?
Заренин молчит. Слишком личное. Не для всех.
Но я уже знаю эту историю от нашего общего друга, который нас и познакомил. У Заренина тогда был непростой период. После окончания института он устроился работать в "Вымпелком" и в 2004 году потерял отца. Затем через восемь лет пришла еще одна беда - его мама заболела онкологией. Всеми правдами-неправдами добился столичной квоты на операцию, но несмотря на это в крупнейшем московском онкологическом центре потребовались в том числе и дополнительные деньги. Мама у него умерла…
И тогда Андрей понял, что для того, чтобы что-то поменять в стране, нужно самому работать в государственных структурах: менять систему изнутри. Через знакомых нашел контакты Министерства связи и массовых коммуникаций (сейчас это Министерство цифрового развития и массовых коммуникаций РФ), собрал команду единомышленников и вместе начали разрабатывать цифровую платформу "Госуслуги". Андрей ушел туда без раздумий на зарплату в несколько раз меньше, чем была к тому времени в "Вымпелкоме".
- Давайте-ка я лучше расскажу, как стал добровольцем, - предлагает он.
Родные узнали о его решении из новостей
В свое время губернатор Курской области Александр Хинштейн написал в соцсетях, что Заренин и до подписания контракта был человеком не посторонним для добровольческой бригады "БАРС-Курск". Более года он принимал самое активное участие в технологическом развитии отряда: занимался апробацией инновационных решений и современного военного оборудования на курской земле. Многие опытные перспективные разработки появились в бригаде благодаря его участию. Также им регулярно оказывалась серьезная гуманитарная поддержка нашим воинам.
- Нет, про гуманитарную помощь ничего рассказывать не буду, эта тема - закрытая, - сказал, как отрезал мой собеседник. - Помните, как в Евангелии сказано: когда творишь добро, то твоя правая рука не должна знать, что делает левая. Хвастовством все обесценивается. Как бы так объяснить, чтобы без пафоса и фальши… Это был точно не импульсивный порыв, решение вызревало долго. О том, чтобы подписать контракт, я задумывался в самом начале СВО, укрепился в этой мысли после оккупации ВСУ Курской земли. Ну а окончательное решение принял в Судже, куда я заехал сразу, как ее освободили: увидел расстрелянных мирных жителей на обочинах дорог в гражданских машинах, "буханку" с надписью "Груз 200", за которой тянется след смерти. Только был вопрос: куда и кем? Чтобы смог принести больше пользы, используя свой управленческий опыт и знания в области информационных технологий. Выбрал направление БПЛА - самую инновационную и нужную на сегодняшний день тему.
- А как ваши ближайшие родственники отреагировали на это решение?
- Они узнали о том, что я подписал контракт, из новостей в СМИ. Впрочем, они привыкли к тому, что я человек закрытый, но не думали, что настольно. Хотя стихов я не пишу, но в самые трудные и переломные жизненные моменты у меня в мозгу всплывают юмористические афоризмы в виде четверостиший, которые психологически мне помогают пережить ту или иную ситуацию. Например, когда я учился на Физтехе, то приходилось по ночам решать какое-то безумное количество уравнений классиков математики Лагранжа и Каши. И тогда меня в голове родилось: "Подлец Лагранж в ночной тиши пинал ногой портрет Каши". А в первые дни моего приезда в бригаду сочинил: "Теплый диван на холодный блиндаж: новый этап - новый вираж".
"Сложнее всего привыкнуть к постоянному напряжению"
- Тяжело было привыкнуть к тяготам и лишениям службы?
- Несмотря на внешний успех, я никогда не был избалованным представителем столичной молодежи. Родился и вырос в глубинке из глубинок - в городе Алатыре. Когда приехал в Москву и поступил в МФТИ, то в общаге мы жили втроем в одной комнате. Когда стал работать, то по служебным делам мотался по командировкам по всей России и другим странам. Сложнее было привыкнуть к постоянному напряжению: в любой момент в тебя может "прилететь". К возможной гибели товарищей. Ну и к бессонным ночам. Я только здесь в полной мере понял, что фраза "работаем 24/7" - точно не фигура речи. Неоднократно ловил себя на мысли, что не помню, какой сегодня день недели, первый раз в моей жизни такие наблюдения. Так что эта тема вовсе не про комфорт, а про внутренне состояние, про принятие и понимание ситуации.
Мы с Зарениным уже давно продолжаем беседу не в автомобиле, а под крышей летнего кафе за чашкой чая. Андрей признается, что четырех месяцев ему хватило, чтобы отвыкнуть от суеты мирного города.
Ну а беспечным и равнодушным к нуждам фронта москвичам пора понять: если ты не интересуешься войной, то война заинтересуется тобой.
- Чем приходится заниматься на СВО?
- Я начальник службы БПЛА, а также курирую инновационное развитие бригады. Задача нашего отряда - перехватывать вражеские дроны, которые ВСУ запускает со своей территории в Курскую область или транзитом - в другие регионы России. Представьте себе объем работы: граница Украины с Курской областью - 298 километров. По протяженности это половина дороги от Москвы до Питера. Задача - чтобы и мышь не проскочила. Есть и другие задачи: защита критически важных объектов инфраструктуры, воздушная разведка, обеспечение связи и координация между подразделениями. В сфере БПЛА идет гонка инноваций, каждый день необходимо опережать противника на один шаг. Получается многое, иногда с переменным успехом. Один высокопоставленный чиновник мне как-то посетовал, что мы забиваем микроскопом гвозди, намекая, естественно, на меня. Я ему тогда ответил: пусть микроскопом, но главное, чтобы в гроб противника.
- Вы также курируете инновационное развитие своей бригады. Расскажите о новшествах?
- Сейчас лучше про это не говорить. Приезжайте к нам в бригаду через пару-тройку месяцев, все расскажу и покажу, если комбриг разрешит. Ну а пока, пользуясь случаем, приглашаю вступить в наше подразделение решительным и дерзким, молодым и не очень, главное иметь мозги и желание учиться новому. Всему научим.
Цена ошибки - чья-то жизнь
Заренин допил чай и отодвинул чашку от себя. Чашка задрожала вместе со столиком - это тяжело прогромыхал мимо кафе военный "Урал" цвета хаки. В центре Москвы. Как знамение времени.
- Кто ваши боевые товарищи, откуда они?
- В нашей бригаде "БАРС-Курск" собрался весь срез нашего общества. На 50 процентов это куряне - они поднялись на защиту своей малой родины, а другая половина - люди со всей страны. Средний возраст - около 40 лет. Кто-то с орденом Мужества и "бахмутовской мясорубкой" за спиной, а у кого-то опыт только сантехником в ЖКХ. Кто-то из ВДВ, а кто-то с судимостью и даже устав военный никогда не видел. Есть предприниматели, которые на гражданке получали в десятки раз больше. А есть и те, кто пришел сюда за деньгами, но они прекрасно понимают: каждый момент может так случиться, что эти деньги могут им не понадобиться. И потому осуждать их за это никто не имеет права. Всех объединяет одно: они пришли на фронт добровольно.
С разной мотивацией, но добровольно. И это очень круто, это нужно уважать и ценить. Так что если я и разбогател на СВО, то именно друзьями и боевыми товарищами.
- Есть ли вещи, которые из окопа выглядят совсем по-другому, нежели из высокого чиновничьего кабинета?
- Цена ошибки. Здесь это человеческая жизнь. И время. Я уже говорил о нашем постоянном соревновании с врагом в инновациях. Моя задача - как можно скорее сократить срок от разработки до внедрения в войска, то есть до применения новшества в боевой обстановке. Кстати, в системе добровольчества легче миновать некоторые бюрократические барьеры.
В конечном счете от этого тоже зависит чья-то жизнь.
- Человек на фронте меняется? Например, его отношение к жизни? Вы как-то изменились?
- Меняется кардинально. Ценности смещаются в сторону простых базовых вещей. Начинаешь ценить каждую минуту, когда можно просто либо в тишине посидеть, либо что-то полезное сделать, например нарисовать схему, переговорить с бойцами, позвонить близким. Точно могу сказать, что отошло на задний план, по крайней мере лично для меня. Это какие-то финансовые и карьерные достижения. Здесь это просто стирается как шелуха. А остается то, что было когда-то в моем советском детстве: братство, долг, любовь.
Ты понимаешь, что действительно важно в этой жизни…
С начала нашего общения с Зарениным прошло два часа, а за это время ему на мобильник звонили не менее десятка раз. Судя по разговорам, все звонки были из бригады, причем добрая половина - по вопросам личного характера.
- Я смотрю, вы в своем подразделении и за замполита, и за снабженца, и за священника…
- Ну а к кому бойцам обращаться за помощью, как не своему командиру? Психологическая атмосфера в отряде очень важна, чтобы люди знали, что у них в тылу все хорошо и они могли сосредоточиться на боевой работе. Вот опять, извини… Алло… Какая любимая теща? Почему отказали в операции? Прости, старик, но я про онкологию знаю все. Прежде чем куда-то звонить и просить, мне нужна конкретика. Поэтому сначала все четко сформулируй. Все, брат, не могу говорить, завтра возвращаюсь, увидимся.
Завтра была война.