Центр общественных связей ФСБ опубликовал рассекреченные материалы УФСБ России по Курской области из уголовного дела Леонида Захаровича Шевченко 1922 года рождения, осужденного за измену Родине в годы войны, а также за шпионаж в послевоенное время.
После оккупации немцами Курска с ноября 1941 года по июль 1942 года в городе дислоцировался передовой разведывательный пункт (мельдекопф) "Абвергруппы 105" с условным названием "Бруно" - по имени командира. Возглавлял его обер-лейтенант, а впоследствии - капитан абвера Бруно Шульц. С вербовкой агентуры Шульцу помогал белоэмигрант Степан Васильев. Агентуру вербовали в лагерях для советских военнопленных, а также среди местных жителей, в том числе среди женщин и подростков.
Разведпункт абвера в Курске вел разведработу против ближнего тыла Красной армии, а также объектов оборонной промышленности. Разведку прифронтовой полосы агенты проводили, как правило, по одиночке. Агенты также засылались с разведывательными заданиями и вглубь территории СССР - Москву, Куйбышев, Воронеж, Тамбов, Пензу, Саратов, Старый Оскол, Елец и другие города.
Одним из агентов "Абвергруппы 105", заброшенных в начале 1942 года в советский тыл, был бывший младший командир Красной армии Леонид Шевченко. В 1940 году он окончил 8 классов средней школы и в октябре того же года был призван на военную службу в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии.
В 1941 году служил в звании младшего сержанта 3-го артиллерийского дивизиона 680-го артиллерийского полка 1-й противотанковой бригады. 28 августа 1941 года в боях под Черниговом добровольно сдался в плен противнику. Во время допросов Шевченко, якобы, из-за боязни попасть в лагерь для военнопленных, сообщил все известные ему данные о численности и дислокации частей Красной Армии в районе Чернигова.
В сентябре 1941 года Шевченко Л.З. был завербован под кличкой "Лео" белоэмигрантом Степаном Васильевым. Затем Шевченко неоднократно перебрасывался немцами в советский тыл с разведывательными заданиями.
В середине января 1942 года агент "Лео" получил очередное задание - в составе группы из пяти агентов, двух мужчин и трех женщин, отправиться в Куйбышев и устроиться в качестве рабочего на завод для разведки сведений о промышленности города. Старшим группы назначен бывший директор одной из курских школ, агент абвера Григорий Давыдов.
Шевченко было выдано поддельное свидетельство об освобождении от воинской повинности, справка 1-го отделения милиции Курска об утере паспорта и 1000 советских рублей. 14 января 1942 года группа агентов благополучно миновала линию фронта. Однако 1 февраля 1942 года недалеко от Старого Оскола Леонида Шевченко задержали красноармейцы и отправили в комендатуру города, а комендант передал его в Управления НКВД по Курской области, где в от же день он был арестован. Вскоре курские контрразведчики нейтрализовали остальных участников разведгруппы, в том числе задержали и старшего группы Давыдова.
На следствии Шевченко полностью признал свою вину и дал показания о своей работе на германскую военную разведку.
Из протокола допроса Шевченко Л.З. от 15 февраля 1942 года:
"Да, виновным в предъявленном обвинении я себя признаю в том, что я как военнослужащий, попавший в плен к немцам, дал им согласие работать на них в разведке. Как агент немецкого разведштаба выполнял работу разведывательного характера, начиная с первых чисел сентября м-ца 1941 г. я неоднократно разведштабом направлялся в тыл и фронтовую полосу частей Красной армии… Последнее задание от немцев мною получено в январе 1942 г. выбыть в г. Куйбышев и разведать о военной промышленности, о запасах, о вооружении… Обвинение в измене родины, в шпионаже на Германию против Советского государства - я признаю".
24 июня 1942 года Военный трибунал войск НКВД Курской области за измену Родине приговорил Шевченко к высшей мере наказания - расстрелу.
На следующий день после оглашения приговора, 25 июня 1942 года, Шевченко написал прошение о помиловании в Военный совет 40-й армии. В прошении Шевченко писал, что "…готов взять любое задание от советского командования и пойти в тыл к врагу и выполнить, чтобы искупить свою вину… Я прошу еще раз, чтобы мою молодую двадцатилетнюю жизнь, вернули и направили в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Я буду продолжать бить фашистских захватчиков, пока их не останется ни одного на нашей советской земле".
Однако 28 июня немцы нанесли контрудар и ворвались в расположение штаба 40-й армии. Воспользовавшись неразберихой, Шевченко бежал из-под стражи. Ему удалось прибиться к одной из частей Красной армии и во время боевых действий вновь перейти на сторону фашистов.
По возвращению в отдел абвера Шевченко рассказал о причинах невыполнения задания и о своем побеге. Руководство мельдекопфа приняло решение больше не использовать его на разведработе. Шевченко присвоили звание унтер-офицера и направили для прохождения службы в германскую армию. В должности командира отделения с оружием в руках Шевченко принимал участие в боях против советских войск, а затем против партизан на Украине. Осенью 1943 составе германских войск и подразделений "Русской освободительной армии" Шевченко был переброшен во Францию, где участвовал в боях против французских партизан и войск союзников.
В связи с тем, что участились случаи перехода "власовцев" на сторону французов, немцы начали их разоружение, более того, после разоружения их направляли на тяжелые физические работы и могли даже расстрелять. Испугавшись такой участи, Леонид Шевченко перешел на сторону французов, которые осенью 1944 года передали его американским войскам.
Находясь в американском плену, Шевченко изменил свою фамилию и отечество, став Леонидом Анатольевичем Даниленко. В мае 1945 года в лагере для военнопленных германской армии, расположенном недалеко от Марселя, на Шевченко Л.З. обратил внимание полковник американской военной разведки Чаус.
После непродолжительной обработки Шевченко в антисоветском духе, во время их второй встречи полковник Чаус предложил ему работать на американцев и присвоил кличку "Томи".
Как позже сообщил в своих показаниях Шевченко: "Чаус сказал, что я должен выехать в СССР и вести там шпионскую работу в пользу Америки. На мое заявление о том, что это связано с риском для моей жизни, т.к. меня могут поймать и расстрелять еще за работу в немецкой разведке, и что я хочу уехать в Америку, Чаус сказал, что мне ничто не угрожает, ибо я буду проживать под другой фамилией, к тому же документы обо мне во время войны скорее всего уничтожены.
Чаус говорил, что мне будут пересылать много денег и я буду хорошо жить, нигде не работать… Тут же Чаус вручил мне 5000 франков".
В итоге полковнику Чаусу удалось убедить Шевченко выполнить задание благодаря обещанию хорошего денежного вознаграждения. "Я должен был выехать в СССР и проживая здесь ожидать к себе в начале 1946 года другого агента американской разведки, который привезет много денег. Получив деньги, я обязан был выехать на Урал и собирать там как можно больше сведений о расположенных там заводах, шахтах, рудниках, о продукции, выпускаемой заводами".
Чаус особенно подчеркнул, что американскую разведку интересовала информация о "промышленных предприятиях, выпускавших танки, самолеты, орудия и другое вооружение", сообщил предатель о своем задании.
При этом американец советовал Шевченко побывать в разных городах Урала, установить знакомства с рабочими и служащими предприятий и добывать полезные для США данные.
"…Вы в достаточной степени будете обеспечены деньгами, за которые сможете купить любые интересующие нас сведения…", - пообещал Чаус.
Ждать связника американской разведки Шевченко намеревался по адресу - село Кабанье Кременского района Ворошиловоградской области, дом №2, где проживали его родные дядя и тетя, у которых он воспитывался. Агент должен был явиться в село и при встрече назвать Шевченко по его псевдониму "Томи".
В августе 1945 года американский агент под фамилией Даниленко был передан советским властям и репатриирован в СССР. Во время фильтрации Шевченко Л.З. удалось скрыть свою работу на германскую военную разведку и службу в вермахте.
Однако дальше все пошло не по плану американской разведки - Шевченко-Даниленко вновь призвали на службу в Советскую армию. Только после демобилизации в 1947 году он вернулся в свое родное село. К этому времени в живых осталась только его тетка - Шевченко Антонина, которая сообщила, что его никто не искал.
Однако обещание полковника Чауса о больших деньгах не давало предателю покоя:
"Я полагал, что представитель американской разведки еще может явиться ко мне и поэтому поселился у матери, проживавшей в 4 км от с. Кабанье и каждый день ходил к тетке. Этим и объясняется, что я оставался жить на родине и никуда не выезжал, хотя тем самым подвергал себя риску быть арестованным, что впоследствии и произошло. По фиктивным документам на фамилию Даниленко я был прописан в городе Попасное Ворошиловоградской области (сейчас - это Луганская народная республика, - Прим."РГ"), однако там я не жил, т.к. ожидал представителя американской разведки и боялся, что он может явиться в мое отсутствие".
Предчувствие не обмануло предателя. Частые визиты в село к тетке привлекли внимание местных контрразведчиков. Вскоре он был опознан как агент германской военной разведки - Шевченко Л.З, розыск которого не прекращался с момента его побега из под стражи в 1942 году. Его задержали и передали сотрудникам следственного отдела Управления МГБ по Курской области.
За совершение военных преступлений, сотрудничество с немецко-фашистскими оккупантами, проведение шпионской деятельности против СССР в период войны и послевоенное время, в связи с отменой смертной казни в мае 1947 года, высшая мера наказания - расстрел, была заменена Шевченко на 25 лет лишения свободы в исправительно-трудовых лагерях. Как закончил свою жизнь агент двух разведок, трижды предавший Родину, в архивах ФСБ не сообщается.