Съемки вела студия "Белгоскино", созданная постановлением Совнаркома БССР 17 декабря 1924 года. Поначалу на белорусской территории можно было вести только съемки на натуре, эпизоды же в павильонах снимались в Москве и Ленинграде. "Лесная быль" в этом плане стала исключением: вместо павильонов создатели фильма получили от властей БССР возможность работать в роскошном дворце Чапских под Минском и в интерьерах тогдашнего белорусского руководства.
Сюжет фильма был жгуче актуален для БССР 1920-х годов - это события недавней польско-советской войны, во время которой Минск 11 июля 1920 года был освобожден от поляков. Литературной основой картины стала повесть известного белорусского писателя Михася Чарота (1896-1937) "Свинопас".
Автор с настоящей фамилией Куделько прекрасно знал реальную историческую канву своего произведения - Первую мировую закончил офицером запасного полка, затем примкнул к большевикам, был членом военного совета при Белнацкоме. Именно батальные сцены в фильме получились не только масштабными, но и в целом достоверными. Чарот стал одним из авторов сценария фильма, съемкам способствовали и его высокие должности, в тот момент он был членом ЦИК БССР и ответственным редактором центральной газеты на белорусском языке "Савецкая Беларусь".
Снимал же "Лесную быль" уже заметный в ту пору советский кинорежиссер Юрий Тарич (1885-1967). Приметным событием его ранней биографии стала ссылка в 1906 году за революционную деятельность в поселок Тара Тобольской губернии, и в память об этом недоучившийся студент Московского университета Юрий Алексеев взял себе псевдоним Тарич, со временем ставший и паспортной фамилией.
Во всех своих советских паспортах с 1930-х годов местом рождения режиссер указывал белорусский Полоцк, в 2010-м Таричу на основании этого факта установили памятник возле полоцкого кинотеатра "Родина". А вот архивные материалы повествуют о его рождении в "русской Польше", в губернском городе Плоцк. Сменить Плоцк на Полоцк Тарич благоразумно решил в 1930-х годах, когда происхождение с территорий враждебной СССР Польши вполне могло стать поводом для далеко идущих подозрений.
Фильм же "Лесная быль" никаких подозрений в симпатиях к полякам и польской власти вызвать не может. В картине имеются и польские паны, и польские каратели, и карикатурный персонаж с длинными усами, весьма напоминающий маршала Юзефа Пилсудского. Героико-приключенческая картина продолжительностью в полтора часа основана на контрасте между неумолимо наступающей на Минск Красной армией с союзником в лице простого белорусского народа и жестокими, развратными и бестолковыми польскими оккупантами. Главные герои из простого народа - недавний подпасок Гришка и его возлюбленная Гелька самым активным образом участвуют в партизанском и подпольном движении, приближая приход в Минск советской власти.
Власть эта в образе Минского ревкома 1920 года изображена в фильме Тарича реальными советскими вождями года 1926-го. В роли самих себя (как нынче говорят, камео) снялись председатель ЦИК БССР, он же "всебелорусский староста" Александр Червяков, председатель белорусского Совнаркома Иосиф Адамович и глава белорусских большевиков в 1920-м Вильгельм Кнорин, в момент съемок фильма заведующий агитпропом ЦК ВКП(б).
Благодаря такому высокому покровительству и стали возможны съемки пиров поляков во дворце Чапских в Прилуках, бывшем в то время закрытым специальным объектом, а также масштабные сцены наступления красных кавалеристов на центральных улицах Минска. Красноармейцы, как и белорусские вожди, были самые настоящие - в фильме участвовали бойцы и командиры расквартированной в БССР 7-й Самарской кавалерийской дивизии. Там в ту пору служил и будущий маршал Победы Георгий Жуков, параллельно преподававший военное дело в Белорусском государственном университете.
Итак, первый в истории белорусский фильм снимался и масштабно, и профессионально. Таричу в качестве ассистента режиссера помогал 25-летний Иван Пырьев, будущий классик советского кино. Оператором "Лесной были" выступил Давид Шлюглейт, перед войной его камерой будет снят известный белорусский фильм "Моя любовь" с Лидией Смирновой в главной роли. Из актеров выделялась звезда советского немого кино Галина Кравченко, сыгравшая дочь польского помещика Ванду.
Самое главное, что кино понравилось широкому зрителю БССР. Премьеру 26 декабря 1926 года приурочили к открытию в Минске кинотеатра "Культура". И в "Культуру", и в другие белорусские кинотеатры публика валила валом. А красноармейцам на примере батальных сцен "Лесной были" наглядно растолковывали особенности боевых действий в условиях города.
Слава "Лесной были" была громкой, но недолгой. В августе 1937 года фильм был запрещен, основания для того времени были самые серьезные: и сценарий "врага народа" Чарота, и показ "врагов народа" Червякова, Кнорина и Адамовича. Содержание же фильма, по мнению запретителей из "Белгоскино", было в целом правильным: "Поскольку фильм представляет собой интерес с точки зрения показа борьбы партизан и Красной армии с белополяками, нами принимаются меры к его исправлению". Исправление получилось своеобразным: вместо немой "Лесной были" тот же Юрий Тарич в 1938 году снял на ту же тему изгнания из Минска поляков в 1920-м звуковую картину "Одиннадцатое июля".