Новое "Чучело" образца 2026 года с одноименным фильмом Ролана Быкова 1983 года не имеет ничего общего, кроме источника - повести Владимира Железникова. От нее, впрочем, тоже осталось лишь название и тема: школьный буллинг. А о выстраданных фильмах в нашем новом кино все давно забыли - безопасное победило.
В 80-е годы это был остропроблемный рассказ о дерзких попытках героини сохранить себя в тотально враждебном кругу сбившихся в стаю одноклассников. В середине 20-х годов нового века "Чучело" - это сборник развлекательных клипов, стремящийся ублажить потребителей Тик-Тока и между делом намекнуть им, как нехорошо заниматься травлей себе подобных. Чтобы приблизить героев картины к стандартам зрелищного жанра, их сделали почти взрослыми (в фильме 80-х, напомню, они учились в 6-м классе, а неказистая бунтарка Лена Бессольцева в кругу одноклассников выглядела гадким утенком).
Эта тотальная трансформация сама по себе говорит о специфике нового времени и векторе его развития: социальной драмы и ее осмысления больше нет, а есть безоблачное сознание, утрамбованное в куцые габариты клипа. Взрослые проблемы школьников стали детской шалостью. Априорное уважение авторов к юной аудитории, готовой к серьезному разговору, сменилось уверенностью в том, что незрелый ум не способен освоить ничего, что длится больше трех минут, а потом ему становится скучно.
Исходя из этого убеждения, сделан фильм 2026 года - "Чучело" режиссеров Ильи Хотиненко и Владимира Карабарова.
Старшеклассница Аня (Мария Симонова) с моложавым отцом (Кирилл Кяро) приезжает в маленький городок из столицы. Отец боится, что дочка заскучает в провинциальной школе - но та оптимистка и убеждена, что все будет хорошо. В отличие от героини старого фильма - неказистого "гадкого утенка" - она современна, уверена в себе и со своей волной пышных волос похожа на топ-модель - даже непонятно, почему новые друзья прозвали красотку Чучелом.
И есть полное взаимопонимание между поколениями. Учительница Валентина Петровна у Кристины Асмус почти ровесница ученикам и даже превосходит их в ребячливой эксцентричности. Отец Ани у Кирилла Кяро, даром что реставрирует старое оружие, но дышит с дочкой в полном синхроне и самозабвенно имитирует подростковый рэп. Других взрослых в фильме не видно - такой изолированный от реальности остров юных.
Иными словами, авторы последовательно снижают социальный накал описанной Железниковым истории до полной благостности. Класс достался Валентине Петровне - загляденье, у ней с ребятами гармония, на горизонте брезжит обусловленный программой Лермонтов, но класс и так знает его наизусть. Ну, а невинная шалость - стереть в чате важное сообщение учительницы - не преступление. Травля "предательницы" перенесена в интернет с его подлостями, что могло бы задать действию новый ракурс. Но никто не станет драматизировать ситуацию, как это было, скажем, в советском фильме "Розыгрыш" или в "Чучеле" Быкова, и даже угрозы бойкота звучат несерьезно: потанцевали - помирились, вот и весь кибербуллинг. Музыкальные клипы, то и дело останавливая фильм, все переводят не в мюзикл даже, а в Тик-Ток: там и учительница Валентина Петровна танцует на летающей тарелке. Все главным образом резвятся, а отдельные недоразумения - это понарошку.
Режиссура занята поиском визуальных решений, которые выглядели бы в глазахпублики цифровой эры современно и круто. Поэтому общение героев частично перенесено в чаты, и камера словно шампуром пронизывает шашлык их жилищ - ее всевидящее око объединяет квартиры в единое сетевое пространство. Внятность рассказа, вероятно, в сверхзадачу не входила: работа операторов невыразительна настолько, что все композиции кажутся случайными, без изобразительных акцентов, без возможности сосредоточиться на чем-то конкретно. Суть конфликтов предельно утоплена в этом массовидном хаосе. И слишком ощутимы режиссерские команды типа "Повернулись, побежали!", "Замерли!", "Заорали!".
В прессе фильм назвали мюзиклом - это не так. Мюзикл предполагает хотя бы подобие музыкальной драматургии, его позывные заявляются с самого начала - иначе внезапно запевшие герои бытового прежде действа кажутся свихнувшимися. Перед нами сборная солянка из обрывков сюжета с назревающей любовью Ани и первого парня на деревне Миши (Максим Карушев), разностильных песен, подиумных причесок и симпатичных, как всегда в этом возрасте, физиономий. Так что в умении точно почувствовать специфику потерявшего баланс времени и сполна ответить его незатейливым духовным потребностям авторам нового "Чучела" не откажешь. Ролан Быков пытался лечить болячки своей эпохи - и остался в истории искусств. Новые властители дум спешат ублажить любителей попкорна и останутся в кассовых рапортичках. Второе, несомненно, рентабельнее.