Дело не только в перекрытом Ормузском проливе, из-за чего поставки нефти и нефтепродуктов из стран Персидского залива во втором квартале этого года снизились на 16,7 млн баррелей в сутки, с 21,6 млн в конце прошлого года (оценка Минэнерго США). Но есть обходные маршруты, нефтяные хранилища, растет экспорт нефти из других стран, рынок уже привык к блокаде пролива.
Новое обострение выведет конфликт на другой уровень. У Ирана не останется других вариантов ответа на санкции США, кроме как еще больше ужесточить контроль за проходом судов через Ормуз, а также начать наносить удары по нефтегазовым предприятиям и инфраструктуре стран Персидского залива, которые считаются союзниками США. Официальное заявление о возможности таких мер в Тегеране уже сделано. В результате дефицит предложения нефти на рынке, который сейчас оценивают в самых пессимистичных обзорах в 3-4 млн баррелей в сутки, может вырасти до 9-10 млн баррелей в сутки. И здесь уже удержать котировки в пределах 100 долларов не получится.
Пока стороны осторожничают. Новые американские рестрикции были введены 24 августа. Все они оказались адресными: против конкретных компаний, людей и судов. Жесткие вторичные санкции против экономических партнеров Ирана применены пока не были. Тегеран же объявил о санкциях против 45 танкеров, перевозящих нефть и сжиженный природный газ (СПГ), и предупредил о возможности расширения этого списка.
Ни одна из стран не хочет уступать. Как заметил в беседе с "РГ" глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов, ситуация в Ормузском проливе настолько плохая, что ухудшить ее довольно сложно, но можно. Иран не экспортирует нефть, поставки из других стран упали до самого низкого за последнее время уровня. Когда США декларировали скорое перемирие и заключение сделки с Ираном, на рынке были одни настроения, спекулянты играли в оптимизм. Сейчас совсем другое дело, речь ведется об экономической блокаде страны и перспективах высадки американского десанта в Иране. Здесь уже не до игр в оптимизм.
По словам доцента Финансового университета при правительстве РФ Валерия Андрианова, трафик через Ормузский пролив упал на 90% по сравнению с довоенным уровнем. А теперь под угрозой и оставшиеся 10%. Сейчас движение через Ормуз осуществляется по двум коридорам. США организовали вывод судов через территориальные воды Омана. Иран пропускает танкеры вдоль своего побережья, если они предварительно согласуют свой маршрут с Тегераном. Очередная волна эскалации может привести к взаимным ударам по танкерам, пересекающим пролив "с благословения" Вашингтона или Тегерана.
Эксперты не исключают нанесение ударов Ираном по нефтегазовым объектам других стран. Как отмечает Симонов, ключевая стратегия Ирана - создать мировой экономике серьезные проблемы, чтобы другие страны - как импортеры, так производители и экспортеры нефти и газа - оказали давление на США. К тому же отношения с соседями у Ирана опять обострились. К примеру, ОАЭ полностью прекратили все торговые, коммерческие и финансовые операции с Ираном с 19 августа.
Разрушая добычную и транспортную инфраструктуру других государств Персидского залива, Тегеран, с одной стороны, предостерегает США от ударов по собственным объектам, а с другой стороны, повышает ставки в глобальной нефтяной игре, считает Андрианов. Если из строя будет выведено значительное число объектов, то последствия этого почувствует весь мир - в виде повышения цен на энергоресурсы и даже возможного энергодефицита. А значит, "цена" нынешнего конфликта становится неприемлемой не только для США, но и для всех крупнейших игроков, включая и страны НАТО, и Китай, не говоря уже о самих странах Персидского залива, полагает эксперт.
Правда, Симонов делает небольшую ремарку, уточняя, что США стремятся к доминированию на мировых энергетических рынках, поэтому проблемы стран Персидского залива также будут играть и на руку американцам. К примеру, проблемы с поставками катарского СПГ позволяют США наращивать мощности его производства и экспорта.
Для России очередная эскалация на Ближнем Востоке означает, что цены на нефть останутся на высоком, а может, и на очень высоком уровне. А это означает дополнительные доходы бюджета РФ. Кроме того, как указывает Андрианов, наша страна может рассчитывать на снижение дисконтов на российские сорта нефти. Дополнительным фактором становится угроза санкций против компаний, покупающих иранскую нефть или посредников таких операций. Благодаря этому может возрасти спрос на российскую нефть в Китае, который является крупнейшим покупателем иранской нефти.
Кроме того, обострение конфликта США и Ирана дает некоторую защиту России от новых санкций США и агрессивных действий против теневого флота, перевозящего нашу нефть, полагает Симонов. Но вот увеличить экспорт нефти, воспользовавшись моментом, Россия едва ли сможет. У нас есть внутренние и внешние инфраструктурные и торговые ограничения. Также на наш экспорт негативно влияет ситуация в Черном море, где отгрузки нефти сильно просели из-за рисков атак БПЛА, уточняет эксперт.
С точки зрения Андрианова, сейчас наиболее важной целью для России является увеличение поставок на внутренний рынок для нефтепереработки, а не наращивание экспорта (хотя он, безусловно, весьма выгоден для российского бюджета).