В те времена самым популярным видом спорта в маленькой стране были коньки. Великий стадион "Бишлет", где проводились десятки чемпионатов мира и Европы, превратился в столицу мирового конькобежного спорта. Крик, шум, дружелюбные приветствия. И шок, мною испытанный при первом посещении в январе 1971-го. Вдруг трибуны смолкли. Шумный и не очень трезвый (мороз же) народ поднялся в едином, как у нас писали, порыве и зашелся в овациях. Все смотрят не на лед, а куда-то вверх. Это появился в ложе человек, одетый точно так же, как три десятка тысячи зрителей. Цветастая, натянутая на уши шапочка, теплая куртка, горло замотано шарфом. Аплодировали ему. Как выяснилось, своему любимому королю Улафу V.
За что любили? Тут своя история, которую на все лады рассказывали мне разные жители Осло, Бергена и прочих городов. В годы войны папа Улафа, король Хокон VII, проявил себя настоящим героем. Не сложил лапки перед немцами, участвовал в сопротивлении, возглавлял правительство в изгнании, освобождал страну от фашистов.
Был прост в общении. Любил не только коньки. В 1928 году завоевал золото Олимпийских игр в Амстердаме, гоняясь на яхтах. Надо же король - чемпион. Знавал еще одного такого - победителя Олимпиад, и тоже в парусном спорте - свергнутого короля Греции Константина.
Улаф унаследовал от отца немало хорошего. Запросто ходил в народ, общался, не задирал носа, был в маленькой стране своим. Наши конькобежцы любили тренироваться в саду около королевского Дворца. В зимнюю стужу бегали по его дорожкам, прыгали, отжимались. Евгений Романович Гришин втолковывал мне, мол, смотри на флагшток Дворца. Если монарх дома, он поднят. Нет его, и флаг спускают. Король часто гуляет в саду. Повезет, то встретим, представимся. А Гришина и Гончаренко король знал лично. Но не повезло.
Улаф стал особо любим, когда после принятия непопулярного закона об ограничении скорости демонстративно в знак поддержки сограждан превысил допустимый лимит, был остановлен и настоял на уплате штрафа. Он вообще любил водить машину. Белогвардейский капитан Михаил Бенедиктов, осевший в Осло после гражданской войны, клялся мне, будто Улаф частенько останавливался на дороге и сажал в машину голосовавших соотечественников. Не знаю уж, как у норвежцев было с безопасностью, но нас из сада при Дворце никогда не гоняли. Да и охраняли резиденцию в прежние времена - не знаю, как сейчас - всего два гвардейца в высоких кокардах, застывших в карауле на морозе.
Улаф скончался в 1991-м. На престол, если он у норвежцев физически есть, взошел Харальд V. Так получилось, что бывал я с делегациями на приемах у премьер-министра, министра иностранных дел. Почему-то особенно запомнилась в этой роли Гру Брунтланн. Отношения с норвежцами всегда складывались сложные, но дама подходила к нам, жала руки, спрашивала о планах. Нахваливала короля. Тогда в мире пошли сомнения, а нужны ли вообще королевские правители. Но в Норвегии этой темы не возникало. Харальду повезло. Народная любовь перешла к нему по наследству.
Норвежцы собираются возле королевского дворца чтобы почтить память умершего Харальда VА с сегодняшнего дня в Норвегии новый король. 53-летний крон-принц Хокон взял имя Хокон VIII. И вот здесь возникают проблемы. Этой зимой чопорную Норвегию потрясли небывалые события. Крон-принц еще давно женился на бывшей официантке с внебрачным ребенком. И Хокон мальчика усыновил. Тот, в отличие от двух детей крон-принца и принцессы, оказался трудным ребенком. Скандалы, пьянки и, может, еще что похуже. В феврале этого года приемного сына обвинили в изнасиловании и других преступлениях. Дали четыре года.
И тут же уровень поддержки королевской династии опустился с 80 процентов до непривычных 60. Так что новому королю придется постараться, чтобы вернуть уже не любовь, а просто веру норвежцев в своего монарха.
Король Норвегии Хокон VIII