Все случилось во время уборочной страды еще в середине августа. Александр Михайлович скосил пшеницу на одном участке и переехал на соседний - чтобы успеть спасти урожай до дождей. Стерню (сухие остатки стеблей на земле) убрать не успел. Но именно на этот участок рухнул сбитый дрон. Началось возгорание. Поле было опахано по периметру, и огонь не пошел дальше. Приехавшие пожарные быстро справились. Однако через несколько дней фермера вызвали к пожарному дознавателю от МЧС. Он выписал штраф за несвоевременно убранные "пожнивные остатки". На доводы, что стерня не была убрана из-за спешки и что вины фермера в падении дрона нет, инспектор по фамилии Захаров не обратил внимания. В постановлении указано: загорелось - значит виноват.
В пресс-службе ГУ МЧС по Ростовской области пообещали ответить на запрос "РГ" через неделю.
"Александр Михайлович очень расстроился, - рассказала "РГ" супруга фермера Наталья Анатольевна. - У нас ведь постоянно в поле хранится запас воды в бочках. В период уборки урожая он даже ночует в поле, чтобы предотвратить пожар сухой пшеницы. А в тот день он просто поехал работать на другое поле".
По словам супруги фермера, некоторые технологии вообще не предполагают распашки поля. После уборки урожая стерню не убирают, засеивают и вносят удобрения прямо через сухие остатки растений с помощью специального оборудования, что позволяет сохранять влагу. Технология называется у фермеров no-till (дословно: без вспашки). Что, если бы они сеяли по такой технологии? Но они засеивают после парования - то есть после вспашки. Просто в тот день не успели провести необходимые мероприятия.
Семья Грешновых ведет небольшое хозяйство - 240 гектаров пашни. Для них 60 тысяч рублей - сумма серьезная. Как рассказала Наталья, это ее "четыре пенсии". Чтобы найти деньги, нужно сдать зерно на элеватор, но сейчас фуры стоят там по трое суток и дольше. В Таганрогском заливе порты практически не работают из-за проблем с логистикой в Азовском море. Экспорт зерна застопорился, а цены на внутреннем рынке упали ниже себестоимости. Фермеры вынуждены брать кредиты, чтобы покрыть убытки.
Глава Митякинского поселения Анна Куприенко подтвердила, что БПЛА через их территорию летают постоянно: "Мы ближе всего к ЛНР. Летят через наш район часто. Были случаи падения - реагировали вовремя. А в том случае с фермером даже возгорания не было, было задымление, я сама выезжала на тот пожар". Она отметила, что поле было обработано по всем правилам пожарной безопасности - распахано по краям. Тем не менее штраф выписали.
Наталья Грешнова говорит, что будет оспаривать решение: "Написали в прокуратуру, подали иск в арбитражный суд (так как фермер - ИП). Оплатить нечем. Мы, фермеры, сегодня в тяжелом положении. В Ростовской области нигде не принимают зерно. А нам нужна солярка, семена, удобрения. Если в этом году не посеешь озимую - какой урожай будет?".
Власти региона знают о проблеме. Но пока ситуация с отгрузками остается критической, даже 60 тысяч рублей для мелкого хозяйства могут стать серьезным ударом. Особенно когда единственная вина фермера в том, что на его поле упал вражеский беспилотник.
Члена Союза юристов-блогеров при Ассоциации юристов России Лилия Василенко:
- С точки зрения действующего законодательства постановление о штрафе противоречит закону по следующим основаниям: отсутствие вины фермера, неурегулированность сроков уборки пожнивных остатков, выполнение фермером противопожарных требований и действие непреодолимой силы.
Согласно статьям 1.5 и 2.1 КоАП РФ, любое административное правонарушение характеризуется умыслом или неосторожностью. Однако фермер не поджигал поле и не создавал условий для пожара. Причиной ЧП стало падение украинского беспилотника, внешнего фактора, который фермер не мог ни предвидеть, ни предотвратить.
Ни в одном законе Российской Федерации, включая Правила противопожарного режима, Земельный кодекс и нормативные акты Минсельхоза, не установлены жесткие временные сроки для уборки пожнивных остатков или вспашки поля сразу после прохода комбайна. Законодательство регулирует лишь технологию: пункт 185 Правил строго запрещает выжигание стерни, а правила уборки требуют разбивки полей на участки и их опашки. Но ни один нормативный акт не регламентирует поминутный или подневный график проведения последующих агротехнических работ. В разгар уборочной кампании естественный временной разрыв между кошением зерновых, измельчением соломы и финальной зяблевой вспашкой неизбежен по чисто технологическим и климатическим причинам, особенно у малых КФХ с дефицитом техники и штата. Наказывать за этот промежуток времени юридически необоснованно.
Фермер заранее обезопасил поле - прокопал полосы по краям. Именно эта превентивная мера локализовала огонь и предотвратила его распространение на соседние участки. При этом падение беспилотника обусловлено обстоятельствами, на которые фермер не мог влиять. Обстоятельства дела однозначно свидетельствуют о форс-мажоре.
Подготовил Владислав Куликов